Чтение онлайн

– Генрих! Не за столом же, – мать пихнула отца в бок локтем.

– А ну, старая, не буянь. Видишь, с сыном говорю.

– Ну так не про исподнее варваров же.

– Эх, да что ты понимаешь. Так чего, Герман? Что молчишь-то?

– Да вроде как этот генерал я.

За столом установилась тишина. Отец с матерью переглянулись, после чего посмотрели на меня.

– Ты чего, сынок, шутки так шутишь?

– Нет, ма. Я и впрямь командовал походом королевской армии на юг.

– Кхем, кхем, – откашлявшись, отец встал из-за стола, после чего подошёл к сундуку, открыл его и, порывшись немного, достал бутылку с мутным содержимым.

– Ты чего это удумал, старый?

– Ай, помолчи. Такие новости и не обмыть – грех.

Мать, поджав губы, всё же не стала продолжать давить и принесла две деревянных кружки – на стекло также не было денег. Хотя… меня начали понемногу терзать смутные сомнения.

– Давай, Герман, за твою победу тогда, – отец налил до половины в каждую кружку и отставил бутылку в сторону, – вот, хранил до чьей-нибудь свадьбы, но здесь уж повод такой, что и сказать грешно – сын-то мой генерал целый! Да ещё и… эх… будем, Герман. Нам с твоей матерью надо будет принять вести такие. В ведь там и ельфы эти были, да?

– Были, – беру кружку и делаю глоток. Горько и безвкусно – не идёт ни в какое сравнение с горными настойками. Надо было захватить с собой пару бутылок. Ну да буду знать на будущее.

– Ох, – мать прикрыла руками рот, – и как же вы их сдюжили-то?

– Умением.

– А вот это правильно – головой надо всегда думать, хоть ты ельфов рубишь, хоть деньги считаешь. Давай, Герман, ещё по одной.

– Да куда ты напиваешься-то, старый? Вредно же.

– Тихо, женщина. Сегодня – можно.

Мать на него только полотенцем замахнулась, но не ударила. Выпили ещё.

– Скажи, отец…

– Да, Герман?

– А сколько вы получали денег от меня? Просто смотрю я на наш дом, и как-то обновок никаких не вижу. Даже со старыми долгами и братьями такого быть не должно.

– Так это… по пять золотых каждый месяц нам выдавали.

Кружка в моей руке чуть не треснула от внезапно приложенной силы.

– Пять? О чём речь?

– Ну так получили мы твоё письмецо-то, – почувствовав изменение моего настроения, зачастил отец, – и пошли в контору армейскую, где, значит, денежными делами ворочают. Там имя твоё назвали, роспись и этот… рап… раптор…

– Рапорт.

– Да, точно, рапорт ещё отдали. Ну а нам и вручили пяток золотых. А… что такого-то? – с лёгкой опаской поинтересовался отец.

– То, что мне положено в четыре раза больше, а вам я положил выделять всё своё довольствие.

– Это чего получается-то… надули нас?

– Получается, так, – я вздохнул.

– Ой, прости нас, Герман, – на глазах матери начали наворачиваться слёзы, – не уследили, старые. Это ж какие деньжищи-то?

– Да ну вы-то при чём здесь? – я немедленно начал успокаивать разволновавшихся стариков. – Мне самому нужно было вам в письме точно указать размер положенного довольствия. А то писари, которые отвечали за выдачу денег, поняли, что вам неизвестна сумма, а потому решили голову задурить. Ну да ничего. Завтра туда схожу, разберусь, – недобро закончил я.

– Так а как же… это ж королевские-то мытари. Как же ты с ними сладишь-то, Герман? – схватилась за грудь мать.

– О, не переживай, ма. Не переживай. И не с такими справлялись. Лучше давайте о вас поговорим дальше – как торговля идёт? А о деньгах не думайте, разберёмся.

Кажется, дела не планируют отпускать. Пусть мне и сказали, что я временно отстранён от службы, но подобную наглость – обворовывание солдат королевства, а ведь наверняка ублюдки не только моих стариков надули, сносить не намереваюсь. Терпение у меня как верёвка на виселице – очень короткое.

– Во имя всего сущего, Герман, вы что, не знаете смысла фразы «временно отстранён»?

Я поднял хмурый взгляд на Крузеракса. Дракон опёрся левой ладонью о мой стол и, повернувшись боком, наблюдал за редкой вереницей бывших писарей управления армейской казны, удерживаемых с двух сторон солдатами, ведущих их на улицу. Находись мы в хребте, далеко от столицы, и их бы вздёрнули прямо у дверей конторы, но здесь немного другие правила – разбирательство, суд и прочее. Благо что хоть за первым, хоть за вторым дело не встанет – казнокрады были достаточно умны, чтобы дурить доверчивых родственников солдат и командиров, но недостаточно для умелого сокрытия своих махинаций от поднаторевшего за последние полгода в подобных делах меня.

– Знаю. А ещё я знаю, что если гниль не выжечь сразу же на корню, то всё станет гораздо хуже. А что вы здесь делаете?

– Видите ли, Герман, я внезапно вспомнил, что такая вещь как деньги это не просто строчки на пергаменте, которые нужно друг с другом складывать или вычитать, а вполне себе существующая вещь, на которую, внезапно, можно обменивать другие существующие вещи. Или услуги… некоторые… Так что пришлось изменить свой путь и наведаться сюда. Всё же до нынешнего момента как-то не приходилось часто о подобном задумываться – когда ты дракон, сидящий в глуши, то отвыкаешь от обычаев прочих рас.

– Вот, – выстраиваю башенку из золотых монет, – ваше довольствие за… полгода.

– Мне кажется, Герман, что мы с вами вместе работали большее время.

– Мне кажется, что есть такая вещь, как штраф за ненадлежащее исполнение обязанностей.

– Помилуйте, Герман…

– Я даже не буду упоминать о столь очевидном проступке, как пререкания с командованием.

– Ха-а-а-а-а… – он просто сгрёб монеты себе в карманы.