Чтение онлайн

— И она приезжая, вероятно, из Франции, так что нет никакой опасности разбитого сердца, учитывая, что твоё уже занято.

— Что мне делать? — спрашивает Rogu3, внезапно занервничав.

Я бросаю на него взгляд из-под опущенных ресниц. Чем ближе мы подходим к девочке, тем более испуганным он кажется. Одно дело подойти к группе мстительных взрослых, у которых на уме насилие, и совсем другое — поздороваться с симпатичной девушкой.

— Именно то, что мы отрабатывали, — я слегка подталкиваю его локтем и перехожу на другую сторону дороги. Даже будучи его помощницей, я не могу делать всё за него; эту партию он должен исполнить в одиночку.

Rogu3 делает глубокий вдох и подходит к ней. Его походка граничит с надменным вышагиванием, но когда он улыбается, я знаю, это сводит на нет всю дурную ауру, которая может от него исходить. Rogu3 смотрит девушке прямо в глаза и начинает говорить. Её лицо смягчается, и, клянусь, я вижу румянец на её щеках. Он засовывает руки в карманы и расслабляется, разговаривая с ней и указывая на что-то. Когда родители девочки оборачиваются — и отец хмурится с чрезмерно опекающей обеспокоенностью — я понимаю, что Rogu3 добился успеха.

Когда он возвращается ко мне, он напоминает мне Кимчи и его восторженно виляющий хвост.

— Ты видела? Ты смотрела?

Я улыбаюсь.

— Да.

— Её зовут Николь, и она из Марселя, — он понижает голос. — Она хотела узнать, где можно купить сигареты.

— Она слишком молода, чтобы курить!

— Бо, ты не понимаешь. Она подумала, что я достаточно крут, чтобы разбираться в таких вещах. Она положила руку мне на плечо! — он восторженно хихикает.

— А ты знаешь, где достать сигареты?

Он даже не слышит моего вопроса.

— Если я смогу вести себя так с Наташей, может быть, она меня всё-таки заметит!

Он обнимает меня и крепко прижимает к себе. Досадно, что ему приходится наклоняться, чтобы дотянуться до меня: есть что-то гнетущее в том, чтобы быть ниже четырнадцатилетнего подростка. Я оставляю тему сигарет; уверена, он слишком рассудителен для этого. То, что я сама время от времени курю, чтобы помочь в расследованиях и завязать полезные разговоры, не означает, что я одобряю, когда кто-то ещё это делает.

— Думаю, ты готов, — я широко улыбаюсь. — Когда дискотека?

Rogu3 бросает на меня странный взгляд.

— Дискотека? Кто ты? Джон Траволта?

— Тогда вечеринка.

— Это туса, — говорит он мне с раздражением. — И она в пятницу, так что у меня есть два дня, чтобы довести свой образ до совершенства.

— Не переусердствуй, — предупреждаю я его. — Тебе нужно выглядеть естественным.

Он сияет.

— Ты мой гуру, Бо. Тебе следует предлагать услуги консультанта по отношениям.

Я думаю о бардаке с Майклом, который я сама заварила, и у меня сжимается сердце. Я вполне уверена, что мои навыки лежат в других областях, но я рада, что Rogu3 чувствует себя лучше.

— Позвони мне, когда всё закончится, — приказываю я. — Я хочу услышать подробности. И не просто «всё было хорошо». Я хочу знать всё.

— Позвоню, — обещает он. К нам подъезжает автобус. — Я, пожалуй, пойду. Спасибо, Бо. Мне больше не нужно быть придурком, прячущимся в гараже своих родителей. Я всё могу!

Он перебегает дорогу, останавливая автобус как раз вовремя. Я машу ему на прощание, мечтая, чтобы всё в жизни было так просто.

***

Я оставляю голосовое сообщение Нише Патель, в котором рассказываю ей, что Rogu3 узнал о распорядителях похорон. Как бы мне ни хотелось посетить это место, это не моё дело. Мне просто придётся умерить своё любопытство по поводу Тобиаса Ренфрю и того, существует ли он на самом деле или нет. Суд Агатосов более чем способен разобраться во всём этом без моей неуклюжей помощи, а я могу вместе со всеми остальными прочитать об этом в газетах.

Вместо этого я хочу сделать что-нибудь, чтобы стереть затравленный взгляд из глаз Коринн Мэтисон. Я не могу повернуть время вспять, но могу попытаться найти ублюдка, который сделал это с ней и бог знает со сколькими другими. Возможно, Фоксворти и не хочет, чтобы я вмешивалась, но я не отступлю. Я рада видеть, что я не единственная, кто так думает — войдя в офис, я сразу замечаю совершенно новую белую доску. Там есть множество заметок, подробный график и несколько фотографий. Мои коллеги времени даром не теряли.

Я собираюсь двинуться вперёд, когда замечаю какое-то неясное движение у своих ног и чувствую острую боль в икре. До моих ушей доносится глубокое, громкое мурлыканье. Я хмуро смотрю на кошку и, прежде чем Арзо успевает начать расспрашивать меня о личности Rogu3, подхожу к доске.

— Это впечатляет.

Арзо кивает.

— Честно говоря, то, что нам удалось выяснить, пугает, — он указывает на график. — Тринадцать возможных жертв.

Мне становится дурно, когда я смотрю на имена.

— Тринадцать? Как никто не заметил этого раньше?

— Они не искали, — мрачно говорит он. — Само собой, мы уже знаем о Ребекке Смолл и Коринн Мэтисон. Первая, которую мы нашли, вот здесь, — он постукивает по доске. — У нас нет её имени, но её похитили прямо возле её дома, отвезли в местный парк и связали.

— Никаких кольев? Никакого изнасилования?

— Нет. Но характер её похищения и то, как были связаны её запястья, достаточно похожи на другие. И в то время в новостях сообщалось, что у нападавшего был золотой зуб.

У меня перехватывает дыхание.

— Значит, он начал использовать колья только здесь? — я указываю на другое имя. — Третья девушка?

— Да. Её имя было обнародовано. Барбара Фенвик. Двадцать два года. Деймон.

— Но он её не насиловал, — размышляю я. — Это произошло только после четвёртой жертвы. Почему её имя выделено зелёным?

— Зелёные — деймоны, синие — люди, жёлтые — ведьмы.

Я на мгновение прикрываю глаза.

— Тогда кто красные?

Голос Арзо звучит тихо.