Выявление паразмата
Шрифт:
Матаран молчал, соображая - куда это клонит Заместитель?
– А тут расходы больше необходимых... И курорт очень и очень подозрительный. Вы, может быть, не знаете, что четверо из пяти, туда отправившихся, обратно не возвращаются. Не желают. Или теряются, и их не ищут. А из тех, кто оплатил страховку, каждого двенадцатого возвращают в морозильниках - в весьма неприглядном виде. Отдых с душком, Херим Еги. Может быть, вы передумаете и предпочтете что-нибудь полегче для кошелька и возможных последствий? Я слушаю вас и жду более убедительных и правдивых доводов в пользу вашего выбора.
– Вы правы, юлдугаш Заместитель, я не все до конца рассказал. Мне казалось, что таким занятым людям, как вы, неинтересно знать те личные мотивы, что движут мной. Я с горечью сознаюсь, что не до конца отмыл свой позор - один мой обидчик укрылся именно там, куда я рвусь отдохнуть. И я, как говорится, стремлюсь одной веревкой укротить сразу трех ищщаков - посчитаться за обиду, отдохнуть и заработать.
– Да, кажется, ваше желание достаточно обосновано, и мы зря подозревали вас... Но нам потребуется время, чтобы все еще раз обдумать, проверить. Я надеюсь, что вы нас y-вa-жа-е-те и понимаете, что меньше, чем за пятьдесять недель, мы не сможем дать вам разрешение на выезд. Матаран решил поторговаться:
– Юлдугаш Заместитель, мое уважение к вам не знает границ, но вы войдите и в мое усталое положение, и, может быть, найдете возможность решить вопрос дня за два или десять?
– Трудно. Но... можно. Да, это минимальный срок решения, на который мы можем согласиться.
Матаран приготовил в ладони две ассигнации по десять тысяч дирхемов.
– Ваше превосходительство, разрешите мне, недостойному, в знак уважения, облобызать вашу руку?
Матарану благосклонно разрешили. В момент проявления уважения ассигнации из ладони лобызателя перешли в ладонь лобызаемую.
Глава 6
СПУСТЯ ЕЩЕ ДВЕНАДЦАТЬ ДНЕЙ:
17157 год, 30 мохххама, 2 часа ночи. Космодром "Хяллилик". 13 терминал, багажное отделение, "зеленый" коридор (погрузка животных и растений).
Служитель преградил дорогу Махкату.
– Извините, вам не сюда. Проход на посадку через два отделения.
Махкат покорно остановился. Сзади на него налетел Хахтияр:
– Слушай, двигайся. Я сам еле хожу, еще тебя должен толкать!
– Сюда нельзя, здесь прием багажа. Уважаемые, прошу удалиться.
– В-ва! А мы кто?!
– Хахтияр попер на служителя.
– Мы тоже багаж.
– Служащий рассмеялся:
– Вы люди. Возможно, пассажиры, но уж никак не багаж.
– Мы живой багаж, - возразил Махкат.
– На нас документы есть.
– Уважаемые, хватит шутить. Дошутитесь!
– Какая шутка! Тебе говорят: живой багаж, есть документы, даже печать и наклейка есть. Ты совсем тупой, слушай, наверное, городской. Да? Махкат, повернись, покажи свою задницу.
Хахтияр развернул Махката и показал служителю наклеенную сзади голографическую штамп-наклейку "ЖИВОЙ БАГАЖ". Приподнял полы своего халата, повернулся и, нагнувшись, показал свои такие же наклейки.
– Смотри, городской, - у меня целых две! Им тоже не веришь?
– Вы что, серьезно?! Гуллоос! Зови багаж-мастера. А вы стойте. Стоп! Ты куда?!
– служащий схватил Хахтияра за полы халата, когда тот рванулся вслед за клеткой с магстилом.
– Ты че халат рвешь?! Гитюш! Зарежу! Служащий отпрянул.
– Издеваешься, да?! Этот сын ищщака и крукодила в клетке - живой багаж, а я нет? Да?! Я хуже, да?! Я дохлый, да?! Его одна наклейка правильная, а мои две нет? Да?!
Провезли несколько прозрачных контейнеров с редкими карликовыми породами домашних китиков. На каждом контейнере была та же наклейка. Это еще больше взволновало Хахтияра.
– В-ва! Этот малюсенький китик - живой багаж. А я нет! Пошли, Махкат, этот шебултай ничего не понимает. Не мешай! Убью!
Испуганный служащий посторонился, но не успели Махкат и Хахтияр сделать пяти шагов, как сзади на них набросились стражи правопорядка и стали скручивать.
– Матаран-ага, Матаран-ага...
– заблеял Махкат.
– Ишан, на помощь! Матаран-агу не уважают!
– Хахтияр отбивался.
– Его живой багаж бьют!
Ишан все видел, но поспешил не на помощь слугам, а к Матарану доложить.
Уже полчаса бился Матаран с багаж-мастером корабля, доказывая ему, что Махкат и Хахтияр являются обычным живым багажом, точно таким же, как любой другой, - они оплачены по живому весу и по количеству голов. Везде и все с этим согласны (нигде и никто не отказывался от бакшиша), только на корабле почему-то этого не могут понять. Он готов оплатить это непонимание. "Что?! Этого тоже не понимаете?!" Пробить тупость космолетчика было невозможно. Правильно говорят: против глупости бессилен сам халлах. Что этому ни говори, твердит одно и то же:
"Люди не могут быть багажом, только пассажирами". На ищщака стал похож - лицо такое же тупое и длинное... Придется обманывать, как упрямого ищщака:
– Слушай, ты твердишь "люди, люди" - где ты видел людей?
< Вспотевший багаж-мастер тупо уставился на Матарана.
– А живой багаж?.. А ты... вы?
– Бритый обезьян тоже на человека похож. Пересмешник точно так же говорит, как ты и я. Их можно живым багажом перевозить?
– Их можно. Слушай, дорогой, отстань, а? Не я не хочу правила, корабельный устав не разрешают перевозить в багаже людей...
– Опять люди. Какие - люди?! Где ты видел людей?
– повторил Матаран. Багаж-мастер обалдело уставился на него.
– Горные гурду - это снежные хейваны. Если совсем маленькими поймать, становятся как люди, только одежду не любят и на четвереньках норовят побегать. Ты видел, какие они волосатые, где ты видел таких волосатых людей?
Багаж-мастер посмотрел на заросшее бородой лицо Матарана и открытые по локоть волосатые руки... и с сомнением покачал головой:
– Но ведь они в одежде и стоят на двух ногах.
– Культурные потому что! Но за этим дело не станет, дорогой. Раз правилами положено - будут на четвереньках и голышом. Хотя, слушай, жалко: совсем ученые, дрессированные гурду. Махката лично с детства дрессировал; правда, Хахтияр совсем недавно ко мне попал - еще чуть-чуть дикий...
– Нужны справки о прививках, разрешения на вывоз...
"Тридцать тысяч..." - посчитал в уме Матаран.
– И нужны две клетки...
"Сорок тысяч..." - уточнил Матаран.
– Все будет через полчаса, дорогой. Держи сувенир. Бери, бери! Мы договорились!
Матаран лично решил присмотреть за погрузкой своего багажа - мало ли что могло еще случиться. И порадовался, что не предлагал родственникам поехать багажом, а Касан отказался - сейчас они убили бы его, но на такой позор не пошли бы...