Чтение онлайн

Ну что же. Грим решил заявить о себе. После путешествий с армиями великих хеймов он был уверен, что много дварфов сами по себе не меньшая опасность, чем большой. Нам предстояло выяснить, работает ли это. Или Подземье напомнит нам, почему у дварфов не принято было выходить за стены большими группами.

Мы пошли вперёд. Как бы ни был уверен Грим, что перед сотней дварфов вся живность разбежится, заветами предков он не пренебрегал. Мы шли впереди. За нами остальные. Потому что как ни называй камень, он останется камнем.

А мы были охотниками.

Остальные повторяли наши движения: ступали за нами, останавливались вместе с нами и глазели по сторонам. Рядом с Гримом маячил короткобород в сносной броне из хитина и бронзы. В руках он держал наготове бронзовую трубу и палочку с навершием из прочной грибнины. Это у нас вместо боевого барабана Звук, кстати, приятный, мне нравится. На тренировках Грим учил нас подчиняться командам этой трубы. Но пока она молчала.

По Подземью звук от неё разносился довольно далеко.

Во время очередной остановки, когда мы замерли послушать тьму и осмотреться, Браск вдруг задумчиво поднял голову вверх. Светить фонарём он не рискнул и поворотом рычага убрал свет.

— Что там? — спросил Грим.

— Странное дело, но мне кажется, те точки движутся за нами, — сказал Браск.

Грим фыркнул и отвернулся. Он следил за хирдом, как мамка за проворным ребёнком, с которым почему-то вынуждена гулять по велосипедной дорожке. Всё время смотрел то на хирд, то вертел головой по сторонам. Помахал копьём, начал знаками отдавать распоряжения.

Браск понял, что сейчас не совсем то время, когда надо глазеть на потолок, и опустил голову.

— В прошлый раз, — сказал я Торву, — когда Грим пропустил слова Браска про подозрительный свет мимо себя, его чуть не сожрали. Готовь топор.

Грим услышал.

Услышали и остальные.

Мы остановились и задрали головы вверх. Для этого пришлось заметно отклониться назад — шеи у дварфов коротковаты. Мне вдруг пришло в голову, что со стороны мы напоминаем каких-то наркоманов в одинаковых позах, и я гоготнул. Остальные меня поддержали, даже не уточняя смысл шутки. Видимо улавливая саму иронию наших поз. Даже Грим хмыкнул.

Блин. Мы ещё прошли от силы четверть пути, а уже налакались этого тёмного пива.

— Ага, вижу, — сказал Торв.

— И я.

— Где?

— На ладонь правее того зелёного мха.

— Движется.

Хрень походила на какое-то НЛО.

Тусклые искры, сложенные усечённой пирамидкой. Штук семь. Они едва заметно колебались, но строй не нарушали.

Я присмотрелся.

— Потушите фонари, — сказал я и первым прикрыл шторки.

Остальные последовали моему примеру.

Искорки почти исчезли.

— Это отблеск, — пояснил я. — Как на полированном борту автомобиля. Или на тёмном зеркале...

Моя догадка вроде подтверждалась, но я совершенно не представлял, что там может быть такое, в чём отражаются наши фонари и что при этом движется.

— Это глаза, — сказал Торв.

— Это отблеск, — пояснил я. — Как на полированном металле. Или в бронзовом зеркале...

Моя догадка вроде подтверждалась, но я совершенно не представлял, что там может быть такое, в чём отражаются наши фонари и что при этом движется.

— Это глаза, — сказал Торв.

Грим думал меньше секунды.

— Отвернитесь, — тихо сказал он. И сам первым последовал своему приказу. — Не оглядывайтесь. Пройдём чуть вперёд.

Мы некоторое время шли молча.

— Что это может быть? — спросил Грим в пустоту. — Я видел Ловчего. У него нет таких глаз. У Лицогрыза глаз вообще нет. Сетемет? Похож. Но он прячется в грибнине, и я не слышал, чтобы они вырастали до таких размеров. Да и глаза у него расположены иначе...

— Старый Враг, — вдруг сказал Торв. — Парящий.

«Парящий» был одним из видов Старого Врага.

В детстве мы все знатно увлекались этими тварями, представляя, как однажды будем с ними сражаться. Но Парящий считался самым скучным. И самым непонятным. Дрянь, летающая под потолком пещеры на надутых газом кишках или чём-то вроде того.

Торв, разумеется, с детства зацикливался на таких вещах сильнее остальных.

Неудивительно, что он понял первым.

— Скьель, — сказал Грим. — У тебя глаз на мелкое намётан. Отойди в сторону, урони что-нибудь и нагнись подобрать. И землю посмотри. Вон там, где куча камней.

Я машинально глянул под ноги.

И тут же ответил:

— Да можно и не отходить. Тут их полно, Грим.

Когда знаешь, что искать, тоненькие прозрачные нити сигнальной паутины бросались в глаза. Они пронизывали камни каждые пару шагов.

— Я могу попробовать его сбить, — сказал Браск.

— Не в нём дело, — глухо ответил Грим.

Он остановился и поднял копьё, призывая ко вниманию. Обернулся к сигнальщику:

— Как скажу, бей готовность.

Подумал.

— Надо разворачивать хирд обратно. Скорее всего, мы ещё не вошли в их ловушку. Иначе они бы уже напали. Не будем медлить. Торв, Скьель...

Договорить он не успел. Если мы и не дошли до ловушки, то совсем чуть-чуть. Шорох и стук осыпающихся камней послышались впереди. Мы обернулись. И увидели, как из-под земли выкапываются тёмные громады.

Свет фонарей отразился от чёрного угловатого хитина.

— Чёрные, — выдохнул Торв.

— Сплотиться! — заорал Грим дварфам. — Назад! В хирд!

Это он, надо думать, уже нам.

Мы бросились к строю, который дварфы лихорадочно сбивали в плотную стену щитов.

Я прижался спиной к переднему ряду.

Рядом Грим что-то быстро говорил сигнальщику, а тот уже лихорадочно отбивал короткий тревожный ритм.

— Торв, Скьель, на фланг! Вы на другой! Ты! За мной!

Последнее он крикнул сигнальщику и буквально вбурился внутрь строя, раздвигая плечом ряды и таща того за собой.

Шум стоял уже изрядный. Но рёв Грима я всё равно легко разбирал. Как и гулкую долбёжку сигнального гонга. Таиться смысла больше не было. Старый Враг наверняка давно разогнал всю живность Подземья. Или, что вероятнее, сожрал её за то время, пока готовил нам встречу. Я пристроился рядом с Торвом. Но он вдруг повернулся, крепко пожал мне руку и крикнул, наклонившись: