Чтение онлайн

— Не они искали со мной контакты, а я с ними. Я встречался, беседовал, завязывались отношения, получалось полезное сотрудничество. Не то, что они узрели меня и все толпой побежали «устанавливать контакты»…

Политики, с которыми я общался, были заинтересованы в отношениях с Советским Союзом и Россией. Они видели во мне человека, владеющего информацией, понимающего обстановку, готового откровенно говорить на темы, которые многие другие собеседники обходят либо по незнанию, либо из осторожности. Зачастую встречи (как в случае с Саддамом Хусейном) происходили по непосредственному указанию руководства нашей страны. Восточные лидеры сознавали, что я приехал не поболтать, а выполнить серьезную миссию. Поэтому относились ко мне хорошо. С интересом.

— Но король Хусейн прикатил не дела обсудить — повидаться. Умчался из дворца, даже не предупредив черкесов из личной охраны.

— Ну, это Хусейна характеризует, а не меня. Может, он и к другим так же приезжал.

— Он был такой плейбой?

— Не плейбой, но очень необычный король. Хусейн прекрасно управлял самолетами разных типов, великолепно водил машину, на мотоцикле носился, как гонщик. У него был Harley Davidson. Охрана, наконец настигшая на окраине города своего суверена, я думал, меня разорвет на части… Но в присутствии Хусейна черкесы могли позволить себе только грозно зыркать глазами. Нас с королем Хусейном связывала взаимная симпатия. Он был, по моему мнению, одним из самых умных государственных деятелей на Ближнем Востоке.

А Талабани, с которым я знаком больше сорока лет, прилетел в Сулейманию не потому, что я там оказался, а потому, что сам меня туда пригласил. Звали меня и в Багдад, но я видел: президент Ирака Талабани хотел принять меня дома, в своем родном округе. Он же курд. Мы долго задушевно общались, а потом я перелетел в Эрбиль — нынешнюю столицу Иракского Курдистана.

Меня очень тепло там встречали. Сказались мои дружеские отношения с покойным Мустафой Барзани. Его потомки сейчас руководят Курдистанским автономным районом. Они до сих пор признательны, что я принимал участие в выработке соглашения о мире между курдами и Багдадом, подписанного в марте 1970 года. Через пять лет соглашение было нарушено, на севере Ирака возобновились военные действия. Но договоренность 1970 года, провозглашавшая автономию иракских курдов, оставалась в силе.

«Нельзя Михаила Сергеевича рисовать одной краской. Никого нельзя».

«Александр Николаевич Яковлев масштабная фигура. Но не простая. Многоэтажная. Нас связывали очень хорошие отношения».

«Горбачев активно внедрял новую форму подготовки своих визитов: за несколько дней до его приезда в страну вылетала экспертная группа ученых, международников. „Десант", в 1986 году высаженный в Индии».

«На госдаче вместе с А. С. Черняевым, В. А. Медведевым, Н. Я Петраковым готовили выступление М. С. Горбачева на съезде народных депутатов».

«Моя первая поездка на Восток состоялась в 1957 году. Впечатления были яркие, но они давно перекрыты толстенным слоем более глубоких чувств и наблюдений, накопленных за все последующие годы». Каир.

«Мы тогда совершали круиз по Средиземному морю. Остановка в Афинах».

«Я впервые приехал в Иракский Курдистан в середине шестидесятых по заданию „Правды"». С лидером курдов Мустафой Барзани.

«В прошлом году я побывал в Эрбиле, нынешней столице Иракского Курдистана. Меня очень тепло встречали. Сказались мои дружеские отношения с покойным Мустафой Барзани». С сыном Мустафы Барзани — Масудом, президентом Иракского Курдистана.

«В горячие дни в Бейруте с премьер-министром Ливана Рашидом Караме» (слева).

«С Ясиром Арафатом, которого знал уже многие годы, на этот раз впервые встретился как с главой Палестинской автономии».

«Переговоры с премьер-министром Израиля Ариэлем Шароном».

«Накануне войны в Персидском заливе я был тем человеком, с которым Саддам Хусейн согласился разговаривать».

«Главное мое приобретение в Службе внешней разведки — знакомство с достойными людьми». С преемниками — директорами СВР В. И. Трубниковым (справа) и С. Н. Лебедевым.

«С руководителем разведки ГДР Маркусом (Мишей) Вольфом».

«Со знаменитым Джорджем Блейком (справа) и тогдашним помощником президента России по национальной безопасности Ю. М. Батуриным».

«У нас на самом деле очень сильная разведка. Лесное братство».

«Валентина Ивановна Матвиенко ушла с великолепного поста посла в Греции. Чувствую свою вину, поскольку настоял, чтобы она в сложное время стала моим заместителем в правительстве». Справа — министр иностранных дел И. С. Иванов.

«Это в основном те, кому правительство обязано своими успехами. Сплоченный кабинет».

«Хоть и сменяли друг друга на посту премьера, но оставались приятелями». С В. С. Черномырдиным, С. В. Кириенко, С. В. Степашиным.

«Это то время, когда отношения с президентом были безоблачными». С Б. Н. Ельциным.

«Мне кажется, сегодня уже никто не верит в Бога, сидящего на облаке, свесив ноги. Но я верю в высшее начало. Верю в то, что, если поступаешь хорошо, тебе это должно вернуться». На Валааме с владыкой Панкратием.

«В 2005 году Святейший вручил мне орден преподобного Сергия Радонежского первой степени».

С патриархом Московским и всея Руси Алексием II.

«В разгар кувейтского кризиса президент США Джордж Буш проявил острейший интерес ко всему, что касалось Саддама Хусейна, высказался за продолжение моих контактов с Багдадом».

«Билл Клинтон принимал меня, когда я был министром иностранных дел. В конце встречи я рассказал ему анекдот. Клинтон расхохотался. У него отличное чувство юмора».

«С госсекретарем США Уорреном Кристофером на личностном уровне существовала натянутость, мешавшая делу. Но на фото это незаметно».

«Политика — это прагматика. Она строится на разумном понимании обстановки, ее анализе, прогнозах». С вице-президентом США Альбертом Гором

«В непринужденной домашней атмосфере разговариваем с Мадлен Олбрайт о сложных отношениях России и НАТО».

«Даже во время совместного художественного номера на капустнике, традиционно венчающем форумы АСЕАН, каждый из нас отстаивал свою позицию».