Чтение онлайн

Вот оно! По всем признакам мы на месте. Река действительно резко уходила на запад. А на берегу, на небольшом отдалении высилось строение, похожее на крепость или старый замок. Вокруг ютились домики. Можно было по яркой крыше отличить постоялый двор. Нужна была разведка.

Вейлр и Ивонн отправились определиться с нашим местом расположения, уверяя всех по пути, что заблудились и, уговаривая прикупить в запасы хорошую сельдь. Совершенно не задорого. Ведь её просто необходимо убрать в ледник и хранить до самой зимы. А сколько дорогой соли потрачено на неё!

Их отсутствие нам показалось непомерно долгим. Мы с Илоной не выходили из своего убежища. Никто и догадаться не мог, что помимо Луи на борту есть люди.

Ожидание, мучительное, долгое. Волнующее.

Замкнутое пространство, и взволнованное дыхание Илоны. Темнело.

Голоса. Наконец-то. Я слышала громкий голос Вейлра.

Он, что пьян?

— Послушай, бродяга, ну зачем нам лошади? То ты селёдку купил. Потом продал почти задарма. Сколько на неё соли ушло? А? Вот и я говорю. А? А это всё серебряшечки стоят. Знаешь ли? Во-о-от! Теперь эти лошади. Что с ними делать? А? Их же кормить надо. А ты всё на соль истратил.

Какой бред несёт этот мужчина. Вейлр пьян! Нашёл время.

— Поехали в большой город и продадим их. В полях травы много, сами себя кормить будут.

Какой глупый смех. Фу! О Господи и второй пьян. Ивонн!

Мы в недоумении переглянулись с Илоной. Когда успели?

Они затянули, какую-то песню. Мадонна. Как горланят! Вся деревня их слышит.

Мы стали тихонько двигаться в направлении наших торгашей.

В осоке раздался тихий совершенно нормальный голос.

— Луи, давай сюда. Перекинь ту доску.

Послышался шорох и плеск воды.

— Ваша светлость! Выходите.

Подхватив рюкзаки, мы двинулись на выход.

— Луи, заплывите за резкий поворот, что делает река. Там нет поселений. Найдите укрытие. Как договаривались. Помните? Если всё хорошо будет, эти пьяницы скоро споют вам снова. Ждите нас!

Три лошади. Нас четверо. Могло быть и хуже.

— Илона, держись за меня крепче. Вперёд, господа. В деревне не должны видеть нас. Есть объезд?

И ночь заботливо укрыла нас от чужих взглядов. Узкая дорога, огромное облако пыли, что скрывало истинное количество наездников. Мы ехали в столицу продавать лошадей, которые сами себя накормят по дороге. Гениально!

Вся ночь в пути. Необходимые часы отдыха в густом лесу на берегу озера. Уход за лошадьми, хорошее питание для всех нас и снова в путь.

Я думаю, мы побили все рекорды, но вечером третьего дня путешествия мы были в столице.

Оставив на постой в придорожном трактире лошадей, мы пробирались дворами и улочками к своему городскому дому. Темнота. Огни в окнах жилых домов. Понимая, что свободные гостиничные номера найти невозможно, решили обосноваться в своём доме. Как много людей прибыло в столицу. Что задумал король? К чему все эти праздники? Лучше бы производство наладил. А то такие траты.

Не зажигая свечи, мы скользили по особняку. Попав в него через тайный вход, что вёл из хозяйственной пристройки.

Нам необходим был отдых.

— Свечи не зажигать! Все вопросы будем решать завтра. Давайте перекусим и отправимся спать. Занимайте любые комнаты.

На следующий день благородная леди, ожидающая семейного пополнения, в глубоком трауре, несла себя в здание городской ратуши. Её деревенское сопровождение старалось оградить её от малейших неприятностей.

— В таком положении католичка ни за что бы не вышла из дома. Эти протестанты. Они такие…

— Тихо дорогая. Она вдова.

— И что? На таких сроках леди не должна покидать свои покои.

Прохожие оглядывались ей вслед. Как неприлично.

— Позвольте, — тихий голос и скорбно опущенная, покрытая чёрной вуалью голова с волосами цвета тёмной меди, — мы так долго добирались, я могу эти документы, это прошение оставить на рассмотрение Его Величества? Мой муж, он погиб недавно. В пограничье, в сражении.

Леди явно переоценила свои возможности. Дрожащий голосок сорвался на самой высокой ноте, что могло себе позволить это сломленное существо. Положив маленькую ручку в чёрной перчатке на огромный живот, в котором находилось, вероятно, два или три младенца она стала заваливаться набок, закатывая глаза. Слуги поддержали её и усадили в кресло. Служанка достала, что-то с отвратительным запахом и поднесла к лицу леди. За чёрной плотной вуалью невозможно было разглядеть черты лица страдалицы.

Служащий смотрел в недоумении. Какой деревенский акцент. Понаехали в столицу. Эти хоть хорошо, что единоверцы. А то католики совершенно обнаглели.

— Прошу вас брат, мы сейчас уйдём. Примите послание миледи, прошу, во имя единой веры. Поставьте вот здесь отметку и подпись. И заверьте печатью. Что приняли на рассмотрение. Она так верит в нашего короля. Да продлит Господь годы его правления. Леди Финуэла завтра и не вспомнит, что здесь была, горе помутило ей рассудок. А вдруг по дороге настанет этот самый момент. Вы же понимаете? А так отметка будет. Его Величество не откажет нам. Ведь он действительно послан нам всевышним.

Илона, живя годами по соседству с протестантами играла свою роль просто на отлично.

— Давно приехали?

Девушка скромно опустила глаза, и будто растерявшись, отрицательно помотала головой. Скромная и нежная. Всё-таки лютеранство к лицу дамам.

А далее, мы слушали шёпот служащего, и я приходила в ужас:

— Слышали, королева примет через два дня протестантство, в этот день покрепче вечером закройте двери и ставни на окнах, а лучше уезжайте из столицы. Король ждёт отречения от католичества многих своих дворян. Все, кто присягнёт маленькому Эдуарду на верность, должны быть протестантами. Скоро отменят закон о свободе вероисповедания. Сколько пушек стянули к крепостной стене. Наша вера восторжествует. Вот увидите. Наши клинки наготове.

Илона безмятежно кивала в согласии, послушно внимая словам клерка. Её васильковые глаза с восторгом наблюдали за мужчиной, воодушевляя его на ещё большие откровенности. А у меня стыла кровь в венах от ужаса. Я не помнила, как попала обратно в карету.

— Нужно отъехать в сторону и подумать. Где мы сейчас находимся?

Я хотела биться головой о стену экипажа. Какая я дура.

— Посольство Франции, миледи.

— Остановись напротив и замрите.

Я наблюдала из-за опущенных занавесок. В здании шли сборы. Они старались делать это скрытно. Но я была уверена, что ночью здание опустеет. Союзники покидали страну. Вероятно, у них была для этого возможность. И они знали, что готовится переворот.