Чтение онлайн

Я звонил к Вам домой, хотел поговорить с Любой [522] . Мне ответил какой-то новый голос, судя по произношению мне показалось, что это Коптяева [523] . Этот голос сообщил, что не то 25-го, не то 27-го вы уезжаете.

Тогда пожелаю Вам счастливого путешествия.

Привет и самые лучшие пожелания

Привет Любе, мы [524] ей как-то писали. Получила ли она письмо?

Впервые — Звезда, 1995, №3. С.112. Подлинник — ФЭ. Ед.хр.1689. Л.1–2. Кинорежиссер Григорий Михайлович Козинцев (1905–1973) был родным братом Л.М.Козинцевой-Эренбург и двоюродным племянником ИЭ по матери.

Нью-Йорк, 20 августа 1954

Дорогой товарищ Эренбург!

Думаю, что Вы еще помните Вашего еврейского переводчика. Из газет я узнал, что Вы находитесь в Южной Америке [525] . Жаль, что не в Северной, <а> то мы бы повидались с Вами.

Годы войны я провел в Китае, и туда доходили <до> меня Ваши пламенные слова против гитлеровских варваров. Но от этого времени не имел возможности читать какие-нибудь из Ваших произведений. Если это не трудно Вам, пришлите мне кое-какие, и я постараюсь их как-нибудь использовать.

Жду Вашего скорого ответа. Примите сердечный привет.

P.S. Меня очень интересует судьба моих товарищей: Маркиша, Фефера, Бергельсона [526] . Можете ли Вы мне что-нибудь сказать про них?

Впервые. Подлинник — собрание составителя. Переводчик книг ИЭ на идиш в Польше в 1920-е гг. Менахем Флаксер (1898–1978) писал ИЭ из Нью-Йорка и в 1961 г., вновь затрагивая судьбу уничтоженных в СССР еврейских писателей, которые были реабилитированы в ноябре 1955 г. (ответ ИЭ см.: П2, №481), в 1960-е гг. Флаксер встречался с ИЭ.

Комарово, 27 XII <19>54

Глубокоуважаемый Илья Григорьевич!

Поздравляю с Новым годом, всей душой желаю Вам здоровья и новых побед в Вашей многосторонней и такой нам всем нужной деятельности. И — для всех нас — желаю, чтобы и у нас, в нашем ремесле, наконец наступила бы оттепель.

Спасибо Вам за все. Пусть у Вас все будет очень хорошо.

Ваша старинная почитательница

Впервые. Подлинник — ФЭ. Ед.хр.2017. Л.1. Писательница Вера Федоровна Панова (1905–1973), как и ИЭ, была подвергнута резкой критике на 2-м съезде советских писателей.

Париж, 10 марта 1955

Дорогой мой Эренбург,

Я очень рад, что Вам понравился мой роман «Бомаск» [527] . И очень рад, что его перевод скоро появится в «Иностранной литературе» [528] .

Я согласен на некоторые сокращения. Я полностью доверяю Вам, надеясь, что они не нарушат ни общего замысла романа, ни его драматургическую композицию, которой я придавал особое значение.

«Бомаск» (это в известном роде галлицизм, понимаю, что по-русски такое название не подходит. А вот имя героини (Пьеретта Амабль) вполне соответствует основному смыслу романа. «Закалка Пьеретты Амабль», по-французски сказать совершенно невозможно из-за второго, арготического значения слова «закалка» [529] . Но может быть, по-русски это звучит лучше? Оставляю решение на Ваше усмотрение.

Спасибо, дорогой Илья, за эту публикацию. Ничто не может мне доставить большее удовольствие, чем знать, что советский читатель познакомится наконец с одним из моих значительных произведений.

Мы тоже бережно храним самые теплые воспоминания о дне, проведенном с Вами в Мейонансе [530] . Элизабет [531] и я, мы обнимаем и Вас, и Любу.

Впервые — ДП. С.667. Подлинник — ФЭ. Ед.хр.1347. Л.7. Роже Вайян (1907–1965) — франц. писатель; ему посвящена 7-я глава 7-й книги ЛГЖ.

<Прага,> 23.3.1955.

Уважаемый господин Эренбург, я достал для Вас все, что мне удалось. Такие игрушки изготовлялись у нас уже сто пятьдесят лет тому назад, однако в течение последних 30 лет их уже очень трудно найти, по крайней мере в неповрежденном состоянии.

Я вспоминаю о времени, проведенном у Вас и мне очень хотелось бы, чтобы такое взаимное понимание между людьми царило во всем мире.

Уважающий Вас

Впервые. Подлинник — ГМИИ им. Пушкина. Ф.41. Оп.1. Д.1. Л.65. Иржи Трнка (1912–1969) — чешский мультипликатор. ИЭ в 8-й главе 3-й книги ЛГЖ вспоминал, как вместе с В.Незвалом восхищался фильмами Трнки.

25 марта <1955>

Дорогой Илья Григорьевич!

Очень хотелось бы тебя видеть. Рада тебе сказать, что я много слышу о тебе добрых и теплых слов.

Знаешь, что самое главное? Спокойно работать. Мне бы, конечно, хотелось, чтобы это была книжка о поэзии. Я верю в нее. Любопытно, что всех интересует вопрос, о чем будет твоя следующая книга, и очень часто предполагают, что это будет либо стихи, либо книга о стихах. Целую тебя крепко.

Любочка, улыбнитесь — я вас целую.

Впервые. Подлинник — собрание составителя.

Лион, 11 мая 1955

Дорогой мой Эренбург.

Я так был рад снова увидеть Вас [532] . Как и Вы, я уверен, что без Ассамблеи в Хельсинки [533] ситуация не прояснится. Я со своей стороны готов искать решения, которые помогли бы дипломатам выйти из тупика. Мое дружеское отношение к русскому народу неизменно; оно окрепло еще в те годы, когда в ситуации, более сложной, чем сегодняшняя, я установил отношения между нашими странами [534] .