Чтение онлайн

— Неприятный противник.

— Но у него слабые ноги. Стойка низкая, передвигается короткими шагами. Если заставить его бегать, устанет быстрее.

Пруссия против Франции.

Седьмой бой. Зигфрид против Люпена.

Прусский рыцарь вышел в полных латный доспехах с двуручным мечом, от которого искрились голубые молнии. Здоровенный шкаф в два метра. Машина, а не человек.

Люпен вышел в белом костюме, без оружия. Улыбнулся, поклонился публике и начал бой с того, что тоже исчез. Но не так как Бонд. Он оставил вместо себя иллюзию, которая продолжала стоять и улыбаться.

Зигфрид рубанул ее мечом и иллюзия рассыпалась. Настоящий Люпен появился у него за спиной и с интересом рассматривал крепления доспеха.

— Любопытная конструкция, — проговорил француз. — Ручная работа?

Зигфрид зарычал, развернулся и ударил. Люпен ловко увернулся, и в его руке оказался один из наплечников Зигфрида. Как он его снял, не видел никто.

Следующие пять минут Зигфрид пытался попасть по Люпену, а Люпен по одной детали разбирал его доспехи. Наплечник, перчатка, наколенник. Публика хохотала. Зигфрид звенел, как сломанный рыцарь из сказки.

Когда прусский боец остался без половины доспеха, Люпен внезапно оказался перед ним с его же мечом в руках. Зигфрид посмотрел на свои пустые ладони, потом на Люпена, и его глаз дернулся.

— Как?!

— Ловкость рук, — Люпен развел руками. — И никакого мошенничества. Ну, почти.

Зигфрид сдался. С достоинством, но сдался.

— Вот это номер, — хохотнула Лора. — Пространственная магия плюс иллюзии плюс наглость. Опасная комбинация.

При этом, я бы не сказал, что Зигфрид был слаб. Если бы он попал хоть раз, то, как будто, у нас была бы первая смерть.

Перерыв был коротким. Организаторы дали двадцать минут, чтобы арену привели в порядок. За это время я успел выпить чаю и посмотреть повторы. После бои продолжились.

Кеншин Химура из Японии сражался против Мирчи Старшего из Валахии. Рыжеволосый мечник разобрался с тенями вампира за три минуты. Его клинок рассекал теневые щупальца быстрее, чем те успевали формироваться. Мирча попытался уйти в тень, но Кеншин оказался там раньше и вышиб его обратно на свет. Япония победила.

Хана из Кореи вышла против Максимуса Аврелия, который представлял Рим. Этот бой получился по-настоящему жестким. Максимус оказался отцом Юлия, и дрался он не хуже сына. Сеть и трезубец, каменные шипы из-под ног, непробиваемая защита. Хана носилась вокруг него на такой скорости, что камеры едва успевали фиксировать ее силуэт. Бой затянулся на восемь минут, и в итоге Хана победила с минимальным преимуществом, достав Максимуса серией ударов в незащищенное колено. Гладиатор упал на одну ногу, и Хана приставила лезвие к его шее.

— Молодец, девчонка! — я непроизвольно хлопнул себя по колену. Всегда приятно, когда побеждают друзья.

— Ты болеешь за соперницу, — заметила Лора. — Это нарушение спортивной этики.

— Ой да ладно. Тебе же она нравилась.

Юлий Деций Меридий вышел против Логана из США.

А этот волосатый коротышка был впечатляющим бойцом. Из рук у него вылезали три металлических лезвия, раны он мгновенно регенерировал, и при этом не использовал никакой тактики, только ярость зверя. Юлий решил его измотать: наносил точечные удары, выжидая, пока регенерация начнет замедляться. На седьмой минуте лезвия американца раскалились добела от жара, и он их втянул, шипя от боли. Юлий закончил бой ударом гладиуса плашмя по голове, придавив противника огромными магическими фигурами, из которых тот так и не мог выбраться.

Я ни на секунду не сомневался в своем друге.

Следующий бой: Субэдэй из Монголии против Жанны из Франции.

Монгольский генерал призвал трех каменных элементалей и попытался задавить француженку массой. Жанна подняла двуручный меч, и белое пламя превратило элементалей в щебень. Когда она пошла на Субэдэя, от ее тела веяло таким жаром, что песок под ногами превращался в стекло. Монгол сдался, когда его каменная броня начала плавиться.

После них сражался Тэмуджин из Монголии против Хасана из Османской Империи.

Ассасин пытался действовать из тени, но монгольский лучник оказался на редкость живучей мишенью. Стрелы с магической начинкой прошивали каждый темный угол, и Хасану пришлось выйти в открытый бой, где лук оказался эффективнее клинков. Три самонаводящиеся стрелы в плечо, бедро и руку закончили спор. Хасан сдался, и на его лице осталось что-то вроде уважения.

Далее Касим из Халифата против Кетцаля из Мексики.

Мексиканец призвал ацтекского духа-змея и обрушил на Касима вихрь из камней и обсидиановых осколков. Касим ответил стеной льда, которая заморозила духа в полете, после чего разбил его одним ударом водяного кнута. Кетцаль попытался перейти в рукопашную, но Касим обездвижил его ледяными оковами за четыре секунды.

Дальше было что-то странное, но, по мнению Лоры, очень милое. Поклонившись, Касим повернулся к трибунам и отправил кому-то воздушный поцелуй. Камера быстро поймала реакцию и попыталась найти ту, кому был отправлен поцелуй.

И к моему удивлению, на экране, хоть и вскользь, но промелькнули мои Рыцари.

— Вижу, кто-то нашел мотивацию, — фыркнула Лора. — Романтика и магия. Великолепная комбинация.

Наконец, случился последний бой первого раунда. Ли Мубай из Китая против Кригера из Пруссии.

Прусский артефактор в экзоскелете выглядел внушительно: магические снаряды, встроенные ловушки, механические манипуляторы. Но Ли Мубай действовал спокойно и без эмоций. Прямой меч рассекал металл, как бумагу, огненные лезвия разбивали механизмы, а когда экзоскелет наконец заклинило, китайский мечник просто положил клинок Кригеру на плечо и вежливо подождал, пока тот сдастся.

Комната ожидания.

Первый раунд закончился. Лора вывела голограмму с результатами и аналитикой.

— Итого, — она водила пальцем по именам. — Фавориты по моим расчетам: Мусаси, Фарид, Геральт, Ип Ман. Эти четверо показали наибольший запас сил и минимальный расход энергии.

— А Люпен?

— Люпен хитрый, но не мощный. Его могу взять на себя. Против Зигфрида его фокусы работали, потому что прусс ригидный и прямолинейный. Против адаптивного бойца Люпен выдохнется. Его карман фокусов не бесконечен.

— Юлий?

— Юлий силен, но мы с ним уже сражались и знаем все приемы.

— Жанна?