Яблоко с червоточиной
Шрифт:
Я снял плащ и шляпу. Он смотрел, как я положил свои вещи на стол. И хотя они промокли от дождя, как мне показалось, даже не обратил на это внимания.
Затем он провел меня в небольшую уютную курительную комнату.
Хозяин указал мне вначале на кресло, затем предложил рюмку вина, чашечку кофе и даже завтрак. Он не забыл ровным счетом ничего.
Из всего предложенного я выбрал только возможность присесть, отказавшись от всего остального.
Он тоже опустился в кресло. Направо от него стоял столик, на нем - два небольших кувшина, несколько поджаренных ломтиков хлеба, стакан сока...
– Завтрак я отложу на потом.
Я одобрительно кивнул.
Он закурил и глубоко затянулся. Затем не спеша выдохнул дым.
– Итак, мистер Эйприл... Можете начинать.
– Благодарю вас.
Как бы невзначай я достал "магнум" из кобуры.
И прицелился ему в живот.
ГЛАВА ХVI
Не сводя глаз с револьвера, Макмартен попытался улыбнуться. Однако его улыбка походила скорее на гримасу.
– Уверяю вас, мистер Эйприл, вам вовсе нет нужды угрожать оружием, чтобы получить причитающийся вам расчет.
– А у тебя, Макмартен, хватает выдержки! Неудивительно, что ты так преуспел.
Он слегка нахмурился.
– Не понимаю, к чему вы клоните.
– Ты прекрасно знаешь, но это не имеет значения. Я начну с отчета, который ты так ждешь. Мэнни Лейн вовсе не собирался наложить руку на Канзас-сити. Можешь спать спокойно. Ему и в Сан-Франциско неплохо живется. Его дела идут, как по маслу. И у него нет планов пускать корни в нашем городе.
– Вот это новость! Надо сказать, она только может порадовать.
– Вопрос исчерпан. Однако это только одна сторона дела.
Он подался вперед, чтобы загасить сигарету, и попутно попытался измерить на глаз расстояние, отделяющее его от револьвера.
– На твоем месте я бы не дергался.
Он пожал плечами и снова плюхнулся в кресло.
Я встал.
– Не двигайся.
Он молча посмотрел на меня.
Я подошел к нему. Приблизившись достаточно, изо всех сил пнул его ногой. Удар пришелся по колену. Заревев от боли, он согнулся пополам.
Я ударил его рукояткой револьвера в лицо. Невольно съежившись от удара, он забился в угол кресла.
Револьвер я убрал в кобуру - понял, он мне больше не понадобится.
На этот раз я ударил его ладонью наотмашь. Пощечина получилась звонкой, и он тут же оказался в другом углу кресла.
Я снова отвесил Макмартену оплеуху. Тумаки посыпались на него градом со всех сторон. Заблокированный в кресле, он едва успевал их считать, прикрываясь руками. Это было ему только на пользу.
Наконец от такой работы у меня заболели руки, и я на миг остановился передохнуть.
Теперь его лицо побагровело, как помидор. Левая щека, к которой приложилась рукоятка револьвера, была раскромсана багровым шрамом.
Он поднял глаза. Тонкая струйка крови стекала из уголка рта, губы дрожали.
– Что это... что... это... все значит?
Схватив его за горло, я тихонечко его приподнял. В его глазах проступил неподдельный страх.
– Так тебе не нравится, когда с тобой так обращаются? И какие у тебя впечатления? Отвечай, подонок!
Он пытался разжать мои пальцы. Я ещё сильнее их сжал. Его руки обвисли.
– И не пытайся, Макмартен. Негодяй, ты меня здорово подставил. Так, что комар носа не подточит.
Я тряхнул посильнее. Его тело затрепыхалось, словно белье на веревке.
А лицо начало синеть.
Я разжал пальцы ровно настолько, чтобы дать ему глотнуть воздуха, потом начал снова.
– Ты меня слышишь, Макмартен? Я знаю, что слышишь. Знаешь, когда я тебя раскусил? Я расскажу тебе, как можно обо всем догадаться, если хоть немного пораскинуть мозгами. Ты никуда от меня не денешься.
Я отпустил его. Потеряв сознание, он свалился набок, как мешок. Я огляделся по сторонам. Схватив один из стоявших на столике кувшинов, я плеснул его содержимое в лицо Макмартену.
Это был апельсиновый сок.
Я подождал.
Он закашлялся и открыл глаза.
Когда он заметил меня, в глазах промелькнул ужас.
– Я все ещё здесь. Сиди спокойно. Ну? Тебе помочь?
Я схватил его за волосы и слегка приподнял.
– Ты ворочаешь большими делами. Как крупный бизнесмен, ты имеешь право знать, где прокололся. Это может пригодиться тебе в будущем, верно?
Он уже не знал, что делать. Попытался кивнуть, только ничего из этого не вышло - я все ещё держал его за волосы. Мне стало смешно, и я наклонился к нему. Мне хотелось, чтобы он не пропустил ни слова из того, что я скажу.
– Помнишь, как все началось? С Эндрюса, того здорового верзилы, который приехал наломать мне бока. Позднее в моем кабинете ты допустил оплошность. Однако в тот момент я ещё не врубился. Я думал, ты мне льстишь. А вышло, что вовсе нет!
Из его глаз брызнули слезы. Похоже, моя лечебная терапия, примененная к его волосам, возымела действие.
– Ты сказал: "Я и не сомневался". Да, ты знал, как закончится потасовка, знал, что я побью Эндрюса. Однако был ещё кто-то, не столь уверенный, как ты. Кто это? Кто поставил на моего противника? Кто?
Он попытался ответить. Однако я был в такой ярости, что не дал ему слова сказать.
– Кто посчитал, что я с ним не справлюсь? Кто потребовал испытать меня?
Я толкнул его в кресло7
Он тяжело дышал, жадно хватая широко раскрытым ртом воздух.
Я взглянул на него. Он тут же схватился руками за горло.
– Неужели больно?
У него был такой затравленный вид, что вдруг захотелось оставить его в покое.
– А сейчас мы немного прогуляемся. Предпочтешь сразу отправиться на прогулку, или тебе ещё добавить?
Макмартен с трудом поднялся.
– Ты ещё не пришел в себя? Ну-ка, освежись!
Я схватил второй кувшин - как оказалось, там была вода со льдом - и опрокинул ему на голову.
Похоже, холодный душ принес ему облегчение. Несколько ледяных кубиков скользнули Макмартену за воротник