Чтение онлайн

Уррмаё. Плывем по свету как во снах.

Лукас вышел из такси перед случайно выбранным оте­лем на окраине Н-н-Йорка и арендовал сейф. Подождал, пока останется один, вытащил из сумки пустой пластиковый контейнер для продуктов и поставил его в сейф. Аккуратно налил две трети того, что находилось в бутылке для минеральной воды и что водой не являлось. Он был осторожен и старался не касаться субстанции голыми руками. Запах грибов был не слишком резким, но в пожелтевшей студенистой массе уже невооруженным взглядом можно было увидеть черные мотки мицелиальных волокон.

Он снял нетлог, вскрыл заднюю крышку, поддел ногтем чип и вернул онемевший нетлог на запястье. Мало кому на Земле удавалось провернуть подобное. У подавляющего большинства людей чип был внедрен под кожу, а на поверхность тела выходил лишь коннектор, через который чип соединялся с устройством нетлога. Однако Лукасу пришлось удалить чип, когда он летал на ссе — по тем же причинам, по которым все земляне перед дипломатической миссией оставляли дома сережки и кольца. ссеане приписывали металлам на теле человека религиозное значение. Металлические

украшения и устройства, не соответствующие доктрине, они считали богохульством. После возвращения Лукас должен был законопослушно вернуть чип обратно, однако по ряду мелких недосмотров этого избежал. Ему не хотелось иметь на запястье неудаляемый знак. К базам данных, Сети, идентификационным номерам и закону об информации он всю жизнь испытывал отвращение.

Чип он завернул в маленький пластиковый пакетик с герметичной закупоркой, выдавил воздух вокруг него и положил в подготовленный грибной пудинг. Сверху залил остатки из бутылки, чтобы быть уверенным, что его электронная личность действительно окружена грибом со всех сторон. Сейф он закрывал с весьма пугающим чувством. Только что он перестал быть реально существующим человеком.

По привычке он тут же бросил взгляд на нетлог, что было, конечно, смешно. Удалив чип, он лишился и часов.

Лукас поймал новое такси, на котором уехал в другое случайное место, а затем третье, которое отвезло его в аэропорт. В первый раз он заплатил купоном герданского банка, во второй — горстью ссенских монет. Все это время он думал, что паранойя — досадная болезнь, влияние шпионских романов на человеческое мышление губительно, а зрёгал наверняка получает информацию не путем просмотра электронных списков, но для спокойствия души Лукас не мог не предпринять элементарные меры предосторожности.

До космодрома он добрался в половине второго ночи. На таможне обошелся без нетлога — лишь показал карту, которую выпросил у Трэвиса вместе с Кораблем. Как он и предполагал, это был настолько мощный амулет, что о личности его уже и не спрашивали.

— Ваш пилот ждет вас. Добавьте себе номер дока, пожалуйста,— только и попросила его диспетчер.

Лукас не собирался объяснять, что случилось с его нетлогом. Двадцатизначный код он украдкой прочитал на дисплее за головой девушки. Пару чисел и букв его память проглотила как легкий десерт и честно их снова выдавала, когда он через мануальный ввод данных спрашивал дорогу у навигационных табличек на разнообразных перекрестках подземных коридоров.

Служебный Корабль «Спенсер АртиСатс», предоставленный Роберту Трэвису и для личного пользования в рамках заботы о благе генеральных директоров, был элегантным пятиместным гравилетом стопроцентного ссенского производства. Матовый черный корпус на вид был, вероятно, из порядочного аллотропного углерода, не из грибов, но что касалось внутреннего оснащения, Лукас ни на секунду не сомневался, что там все насквозь поросло ризоморфами и гифами от кабины пилота до самой кормы. Кроме того, стоило ожидать обычный напыщенный стандарт — то есть латунь, алый бархат и отполированный тик. Корабль уже находился в положении старта. Вместо стальных опор его удерживали лишь магнитные замки, усеченная носовая часть поднималась к небу под углом шестьдесят градусов, а регулярные синие вспышки импульсных двигателей свидетельствовали о том, что в ближайшие минуты он взлетит. Завывание двигателей ­действовало на нервы, но пока было выносимым. Пилот, видимо недавно ставший совершеннолетним, был одет в предписанные ему темно-синий костюм и белую кепку с логотипом Спенсеров, однако свой статус слишком всерьез не воспринимал. Он сидел на открытой двери с обивкой из алого бархата и читал что-то на дисплее, лежащем на коленях.

Лукас очень тихо подошел к нему — герданские туфли много шума не наделают, а шумящим двигателям составить конкуренцию он едва ли мог бы даже в деревянных башмаках. Однако парнишку это никак не оправдывало, черт возьми! При мысли, что этому мальчику он должен доверить жизнь свою и фомальхиванина, у Лукаса пробежал холодок по спине.

— Вы ведете себя весьма неосторожно, господин Ранганатан,— холодно произнес он, когда приблизился на расстояние трех шагов.

Парень подскочил на месте. Он спустился с обитой двери и тут же встал по стойке смирно. Лукас не ждал, пока тот начнет выдавливать из себя извинения.

— Роберт Трэвис должен был вас проинформировать, что мы едем не на экскурсию! — бросил он с образцовой язвительностью, которой мог позавидовать и его отец, и начал подниматься по трапу.

В этот момент парень смог оказать сопротивление. Он бросился на лестницу за ним и схватил его за рукав.

— Простите, но… но откуда мне знать, что…

— Что тот, кого вы должны отвезти, это именно я? — усмехнулся Лукас.

Парень молча кивнул.

Лукас двумя пальцами взял его руку и снял со своего пончо.

— Теперь можете поверить, так как я вас не убил,— произнес он.— Весьма убедительно, раз уж вы подверглись такому риску!

Его тон был словно снег и лед, к тому же он сильно преувеличивал: зрёгал вряд ли лишил бы этого парня жизни. Но было намного разумнее запугать его заранее, сократив в будущем количество возможных проб­лем.

— По правилам вы должны держать дверь закрытой и не пускать меня, пока я не приложу к замку идентификационную карту,— добавил он.

Затем поискал ее под складками пончо и показал:

— Эту.

— Так приложите ее!

— Я рад, что мое предупреждение так на вас повлияло,— отметил Лукас иронично.

Он смотрел парню прямо в глаза.

— Скажите мне честно: что думаете вы? Я тот, кто должен здесь быть?

Парень не отвел взгляд.

— Я вам верю,— наконец сказал он.

Лукас кивнул и положил карту в карман.

— Идите же. Мы спешим.

— Раз мы об этом… есть ли у вас доказательства, что я — это я? — возразил парень.

Лукас усмехнулся против воли.

— Я знаю, что это вы,— заверил он его.— Но, вполне вероятно, и я немного рискую.

Лукас отвернулся и поднялся на борт. Он рисковал больше, чем «немного»; но вовсе не тем, что мог не ­узнать Джеймса Ранганатана, которого Трэвис показал ему на стереофото. В «Спенсер АртиСатс» решающее слово было за ссеанами, так что существовала реальная опасность, что пилот Трэвиса получает приказы не только от Трэвиса. Перед тем как начать все это, Лукас, конечно, размышлял, насколько велик шанс, что вместо Деймоса он окажется прямо в пасти зрёгала. Но ссенское техническое превосходство в области космических полетов было таким огромным, что заполучить нессенский корабль было невозможно. Раз он не собирался сдаваться, приходилось рисковать — и при этом полагаться на свою скорость и тотальное невежество Трэвиса. Теперь, когда они с парнем обменялись парой слов и Лукас выдал ему определенную дозу хильдебрандтовской язвительности, ему стало спокойнее. По крайней мере, Джеймс Ранганатан — не раболепный глупец. Лукас понизил оценку риска настолько, что даже решался поворачиваться к нему спиной.