Чтение онлайн

В тот же день жена Масакадо на лодках переправилась на противоположный берег. И враги, узнав об этом от осведомителя, выследили и захватили эти лодки. Более трех тысяч ценных предметов, находившихся на семи или восьми лодках, досталось [врагу]. Также была захвачена жена и дети [Масакадо]. В 20 день их доставили в провинцию Кадзуса. Так Масакадо остался без жены, и он был вне себя от гнева и злости. Как будто тело его жило, а душа умерла. [Жена Масакадо], не привыкшая проводить ночи вдали от дома, оплакивала свою судьбу и не смыкала глаз, но ничего не могла поделать.

Она была верной женой и хотела умереть вместе со своим Хань Пэном [707] . А [ее] муж [Масакадо], следуя [примеру] ханьского вана, собирался искать [дочь] дома Ян [708] . Пока он строил планы, прошло несколько недель. Но, несмотря на то, что они тосковали друг по другу, встретиться не было и надежды. И тогда жена [Масакадо] сговорилась со своими младшими братьями [709] и в 10 день 9 месяца смогла тайно вернуться в уезд Тоёта. Восстав против своей родни, она заняла сторону мужа, подобно жене из Ляодуна [710] , которая последовала за мужем, напавшим на царство ее отца. Эта жена восстала против своей родни и бежала в дом мужа.

Но Масакадо и его дядя, которые, наверное, враждовали еще с прошлой жизни, [все еще желали] отплатить друг другу. В то время сукэ Ёсиканэ находился в провинции Хитати, где у него были родственники. Масакадо, узнав об этом, вознамерился покарать его. Он собрал более 1800 воинов — травы и деревья пригибались [перед этим войском]. В 9 день 10 месяца [711] войско [Масакадо] выдвинулось в уезд Макабэ провинции Хитати. [Прибыв туда,] они сожгли резиденцию сукэ [Ёсиканэ] в Хатори [712] , а также все дома его соратников. Врага преследовали день или два, но он спрятался в высоких горах, и его не смогли найти. Пока [войско] стояло лагерем, дошли вести, что Ёсиканэ [прячется] на горе Цукуба.

В 13 день [713] [Масакадо снял лагерь] и направился [туда]. Так и оказалось: Ёсиканэ находился в долине к югу от горы Юбукуро [714] , оттуда далеко разносились голоса тысячи человек. Горы отзывались эхом, и травы дрожали, повсюду были слышны стук колес, барабанный бой, крики и проклятия. Масакадо построил войско и выставил стену из щитов. Он послал [Ёсиканэ] вызов и [скомандовал] наступление. Но было начало зимы по лунному календарю, и солнце уже начинало садиться. Поэтому и то, и другое войско отступило, волоча щиты, и встало лагерем.

Издревле и до наших дней врагам живется нелегко. Днем они натягивают стрелы на тетиву и со страхом ожидают, кто падет от выстрела другого. Ночью они кладут лук под голову, но боятся, что другой замышляет нападение. Когда дует ветер и идет дождь, твой дом — накидка из соломы и шляпа из бамбука. Когда стоишь лагерем и [спишь] на траве, твои враги — комары и слепни. Но враги настолько ненавидят друг друга, что сражаются, забыв о холоде и жаре.

Во время той войны [между Масакадо и Ёсиканэ] на полях оставалось еще много урожая. Колосья лежали над глубокой грязью, и люди и лошади могли проходить по полям. Десять коров умерло, съев слишком много сена, семь человек поплатилось за то, что перепили сакэ. (В войске Маки таких случаев не было). И подумать грустно о том, что были сожжены тысячи домов. И вспоминать печально, сколько риса было уничтожено. [Масакадо] не смог найти [Ёсиканэ] и ни с чем вернулся домой.

После этого, в 5 день 11 месяца того же года в провинции Мусаси, Ава, Кадзуса, Хитати, Симоцукэ был направлен указ, предписывающий Масакадо схватить сукэ Ёсиканэ, дзё Минамото-но Мамору, дзё Тайра-но Садамори [715] , Киммаса [716] , Кинцура [717] и Хата-но Киёбуми [718] . Узнав об этом, Масакадо весьма воодушевился и преисполнился сил. Но чиновники провинциальных управ, получив этот указ, не спешили его выполнять и никак не преследовали [указанных преступников]. Сукэ Ёсиканэ, по-прежнему исполненный яда злобы, не оставлял намерения убить [Масакадо]. Он ждал благоприятного момента, чтобы напасть на Масакадо.

В это время посыльный Масакадо Хасэцукабэ-но Кохарумару [719] часто посещал постройки в полях поместья Сида в провинции Хитати, так как там жили его родственники [720] . Сукэ [Ёсиканэ] рассудил так: «Мечом клеветы можно рассечь и скалу, постоянными мольбами можно поколебать и гору. Использую Кохарумару, чтобы уничтожить Масакадо». Он вызвал к себе Кохарумару и попросил его сообщить, [где находится Масакадо]. Кохарумару ответил так: «Очень хорошо. Дай мне одного своего крестьянина. Мы вернемся вместе [в уезд Тоёта], и я покажу ему тамошние места».

Сукэ [Ёсиканэ] очень обрадовался, подарил [Кохарумару] один хики восточного шелка [721] и сказал: «Если ты действительно придумаешь, как убить Масакадо, то ты оставишь тяжелую работу носильщика и станешь всадником в моей свите. И кроме того, я укреплю твою решимость горами риса и вознагражу тебя одеждами». Кохарумару уже съел мясо жеребца, но еще не знал, что умрет от этого [722] . Он был опьянен сладким ядом птицы чжэнь, и радость его не знала границ [723] . Взяв с собой крестьянина, он вернулся к себе домой, в село Окадзаки [724] в уезде Тоёта.

На следующий день рано утром Кохарумару со своим сообщником, взяв угля, пришли в лагерь Масакадо в Иваи [725] . Когда Кохарумару должен был остаться в лагере на день или два, чтобы мести ночное дежурство, он взял с собой сообщника, и показал ему, где хранится оружие, где проводит ночь Масакадо, а также где находятся восточная и западная конюшни, южные и северные входы. После этого посланец вернулся [к Ёсиканэ] и подробно обо всем доложил.

Сукэ Ёсиканэ подготовил войска для ночного нападения и вечером 14 дня 12 месяца того же года выступил в направлении лагеря [Масакадо] в Иваи. [У Ёсиканэ] было 80 всадников, каждый из которых стоил тысячи [людей]. Они натягивали тетиву, как Ян Ю [726] (в «Хань шу» говорится, что когда Ян Ю брал лук, птицы сами падали с неба, он сто раз стрелял и сто раз попадал в цель [727] ), носили за спиной колчан, как Разогнавший воронов (В «Хуайнаньцзы» говорится, что [когда-то] жил мастер лука по имени Чужеземец И. Это было при императоре Яо. Однажды на небе появилось десять солнц. Этот человек выпустил стрелы в девять солнц, и они упали на землю. На этих солнцах было по золотому ворону [728] . Поэтому его назвали «Разогнавший воронов». Так говорят про выдающихся воинов) [729] . Стучат копыта быстрых коней (Го Пу говорит: «Быстрый конь на третий день после рождения обгоняет свою мать. За день он проходит сто ли» [730] . Поэтому так говорят про быстрых коней). [Всадники] вздымают хлысты, как Ли Лин, проносятся, как ветер, летят, как птицы.

В час свиньи [731] [войско Ёсиканэ] вышло на дорогу около храма Ходзёдзи [732] в уезде Юки. Возле храма их ожидал один из воинов Масакадо, стоивший тысячи [людей], которому стало известно, что готовится ночное нападение. Он смешался со свитой [Ёсиканэ], находившейся в хвосте [войска], и не торопясь ехал [в ее рядах], так что никто и не понял, кто он такой. А после моста Камо он незаметно ускакал вперед, в лагерь Иван, и прибыв туда, обо всем доложил [Масакадо]. Властители и слуги находились в смятении, мужчины и женщины были в панике. В час зайца [733] враги осадили лагерь.

У Масакадо не набралось и десяти воинов. Он закричал: «Когда-то я слышал, что Ю Гун защищался от врагов ногтями, как щитом, и победил войско в несколько десятков тысяч человек. Цзы Чжу взял иглу и выбил из рук врагов тысячу пик [734] . У меня сердце вана Ли Лина! Не отворачивайте лиц от врага!» Масакадо выпучил глаза, стал клацать зубами и ринулся в атаку. Тогда враги, побросали щиты и рассеялись, подобно облакам. Масакадо вскочил на коня и погнался за ними, подобно ветру.