Япония в эпоху Хэйан (794-1185)
Шрифт:
Старшая в Эгути — Каннон. Ей подчиняются: Нака-но кими, […], Кома, Сиромэ и Тономори. В Касима все подчиняются Мияки. Среди таковых: Нёи, Ко:ро, Кудзяку и Татимай. В Камусаки хозяйка Како-химэ. Косо, Мияко, Рикимэй и Сёни работают под ее началом [1032] . Все они — воплощение Кусира и последовательницы Сотохори-химэ. В свои покои они приглашают всех: и высокопоставленных сановников, и простой люд, одаривая их своим вниманием. Иногда они становятся женами и наложницами [мужчин], которые готовы умереть ради любви. Даже мудрецы и благородные мужи не могут избежать этого [1033] .
1032
Сведения о структуре объединений «юдзё» не слишком обширны. Сохранились упоминания о том, что такие объединения организовывались и управлялись женщинами. По всей вероятности, главу «юдзё» (яп. тёдзя) выбирали либо из наиболее авторитетных представителей группы, либо ими становились самые состоятельные (в финансовом смысле этого слова) женщины. Подробных сведений о методах контроля главами групп простых ее членов не сохранилось, но некоторые источники содержат упоминания о необходимости получения простыми «юдзё» письменных разрешений даже в случае временного отсутствия на территории «увеселительного квартала». Такое разрешение выдавалось главой объединения. Тёсюки (Записи долгой осени). т. 1–2. Киото, 1965, Гэнъэй, 2-9-б, 1119 г. Подробное исследование положения глав объединений «асоби» в периоды Хэйан и Камакура см.: Тоёнага Сатоми. Тюсэй-ни окэру асоби-но тёдзя-ни цуйтэ (О главах «асоби» в средние века). / Тюсэй Нихон-но сёсо (Альтернативные подходы к средневековой Японии). Под ред. Ясуда Мотохиса. Токио, 1989, с. 408–421.
1033
В исторических и литературных источниках периода Хэйан сохранились упоминания о возможных брачных отношениях между придворными чиновниками и деятельными женщинами из числа незнатных особ. «Уцухо моногатари», в частности, свидетельствует о браке между министром Такамото и «богатой женщиной» по имени Токумати. Повесть о дупле (Уцухо моногатари). т. 1, СПб., 2004, с. 146. По мнению Фукуто Санаэ, браки между высокопоставленными придворными и женщинами незнатного происхождения — это сравнительно позднее явление, непосредственно связанное с изменением социально-политической обстановки в стране. Чиновники в условиях нерегулярных выплат сезонного жалования из казны, о чем, к примеру, свидетельствует седьмой пункт «Рекомендаций в 12 пунктах» Миёси-но Асоми Киёюки (полный перевод документа смотри в настоящем издании), дабы поправить свое имущественное положение, даже, порой, несмотря на неодобрительное отношение окружающих, женились на состоятельных дамах. Наиболее предпочтительными партиями в этом плане считались браки с женщинами, управляющими торговыми корпорациями, или с дамами, которые возглавляли объединения «юдзё». Фукуто Санаэ. Хэйан-но мияко… Указ. соч., с. 250–253.
К югу располагается святилище Сумиёси, а к западу — святилище Хирота, куда они отправляются, дабы вознести молитвы божествам. И все для того, чтобы боги ниспослали им хороших любовников. Главнейшее имя среди их божеств-охранителей — Хяку дайбу. Если бы каждая посетительница [святилищ Сумиёси и Хирота] вырезала бы его изображение, то таковых насчитывались бы сотни, даже тысячи. «Асоби» умело соблазняют мужчин, как и в стародавние времена.
В годы «Тёхо» [1034] , когда государыня Хигаси Сандзё отправилась в паломничество в святилище Сумиёси дзиндзя и храм Тэннодзи, ее спутник Фудзивара Митинага благоволил Сёканнон [1035] . В годы «Тёгэн» [1036] во время поездки государыни Дзётомон-ин сопровождающий ее Фудзивара Ёримити осыпал похвалами Нака-но кими [1037] . В годы «Энкю» [1038] , когда государь Госандзё удостоил своим вниманием святилище [Сумиёси дзиндзя] и храм [Тэннодзи], Комаину, Коуси и их спутницы приблизились к его кораблю [1039] . Люди называют их «чародейками». Они самое необычное явление нашего времени.
1034
Тёхо (999-1004) — один из девизов правления государя Итидзё (986-1011).
1035
Нихон киряку, Тёхо, 2-3-20, 1000 г.
1036
Тёгэн (1028–1037) — один из девизов правления государя Гоитидзё (1016–1036).
1037
Сёюки, Тёгэн, 4-9-25, 1031 г.
1038
Энкю: (1113–1118) — один из девизов правления государя Тоба (1107–1123).
1039
Фусо рякки, Энкю, 5-2-20, 1117 г.
В соответствии с преданиями, когда придворные мужи совершали путешествие из столицы в направлении Кая, дабы насладиться общением с «юдзё», они пользовались услугами женщин из Эгути. Люди, путешествующие по реке из западных провинций, начиная от помощника управителя провинции до простого писца, предпочитали общаться с женщинами из Камусаки. И все это по причине необходимости сделать остановку на первом перевалочном пункте.
Оплата услуг [у «юдзё»] называется «дансю». Когда наступает время распределения заработков, женщины теряют всякий стыд. Старшие и младшие становятся необыкновенно сварливыми, превращая разногласия в настоящую драку. Иногда приходят к единому решению, разрезая длинный отрез шелковой материи на отдельные, равные по размеру куски, или делят весь имеющийся рис на маленькие порции, подобно тому, как Чэнь Пин разделял на одинаковые порции мясо [1040] .
1040
В «Ши цзи» сказано: «Чэнь Пин стал распорядителем [запасов] в храме поселения. Он так равномерно распределял жертвенное мясо и другие припасы, что фулао [старейшины общины] говорили: „Превосходно. Юный Чэнь — хороший распорядитель!“ На это Чэнь Пин отвечал: „О, если мне Пину, поручили распоряжаться Поднебесной, то я поступал бы так же, как с этим жертвенным мясом и припасами!“». Сыма Цянь. Указ. соч. т. VI., с. 225.
Если женщины из наиболее известных родов [1041] «юдзё» поднимаются на борт лодок, курсирующих по реке, это называется — «погрузка в последний момент», либо «выход для развлечения». Получают они немного — это заработок одного дня. Их прическа носит название — «разброс материала». В лодку они берут с собой зонты от солнца, а на одежде каждой из них есть символ в форме полумесяца — таковы их обычаи. Если вы читали предисловие Оэ-но Юкитоки [1042] , думаю, что я записал здесь только несколько дополнительных деталей.
1041
В тексте используется термин «гокэ» — «сильные (известные) дома». В трактате XIV «Какайсё» (Записи о реках и морях) отмечается, что «гокэ» могли включать от ста до тысячи членов, а в «Исторических записках» Сыма Цяня аналогичны термином называются родовые группы, в состав которых входило несколько тысяч человек. Кодай сэйдзи… Указ. соч., с. 447.
1042
Речь идет о сочинении знаменитого придворного ученого Оэ-но Юкитоки (955-1010) под названием «Юдзё-о миру» (О «юдзё»), где в манере, присущей произведениям изящной словесности, описывается повседневность «юдзё». В «Юдзё-о миру», в частности, есть такие слова: «Молоденькие девушки накладывают на лицо пудру, румяна и помаду. Они ублажают сердце мужчины песнями и улыбками. Более опытных из них можно увидеть в лодках с зонтиками. Мужья, если их и осуждают, то только за недостаточное количество почитателей, а родители желают им изобилия клиентов. Это стало повсеместным обыкновением и чувства людей не имеют значения». Хонтё мондзуй. Указ. соч., с. 60–61. Есть немало документальных свидетельств обеспокоенности властей вольготным и, порой, бесконтрольным поведением «юдзё». Почитатель строгих нравов Оэно Масафуса с раздражением писал: «Женщины изящно подводят брови и используют особые составы, дабы создать эффект ложных слезинок на щеках. В таком виде они и жеманничают во время прогулок. Украшая себя в красные тона, поют соблазнительные песни и играют чувственную музыку… Они не возделывают рисовые поля и не выращивают тутовых деревьев, а власти не способны их контролировать. Не занимаются они и ремеслом. Они как „перекати-поле“, словно не замечают вышестоящих чиновников, да и служащих местных управ не боятся. Они не платят налоги, и вся жизнь их основана на развлечениях. По вечерам они поклоняются ста божествам. Танцуют под барабаны и весело шумят, с мольбами обращаясь к божествам за благополучием». Кодай сэйдзи… Указ. соч., с. 158.
Оэ-но Масафуса (1041–1111)
Записи и размышления Оэ-но Масафуса
«Годансё» (нач. XII в.)
Свиток первый
1. О том, как не смогли провести церемонию повышения в рангах, потому что еще не бывало прецедента, дабы ее проводил «тюнагон» [1043] .
1043
Тюнагон — должность придворного советника среднего ранга. Первоначально была введена в качестве замещающей для должности придворного советника старшего ранга (яп. дайнагон), а также определения круга потенциальных претендентов на пост «дайнагона». В окончательном виде иерархия придворных советников высшего ранга сложилась во время правления государя Камму и включала три различных должности: «санги» — советник третьего ранга; «тюнагон» — советник второго ранга; «дайнагон» — советник первого ранга. Такие советники входили в состав «Гисэйкана» — органа высшей политической власти и были допущены к самым важным секретам государственного управления. Тем не менее, в отечественном японоведении не сложилось единого порядка перевода названий должностей советников Гисэйкана. «Санги» традиционно переводится как «придворный советник», «тюнагон» — «средний советник двора», а «дайнагон» — «старший придворный советник».
Некто рассказывал: «В конце годов „Энтё“ [1044] благодаря повышению по службе Фудзивара-но Тадахира [1045] и Фудзивара-но Санэёри [1046] государя при дворе стали называть „священным правителем“ [1047] . Но были и те, кто не столь высоко почитал государя. Однажды в день церемонии повышения в рангах Фудзивара-но Тадахира по причине болезни остался дома. В то время он был единственным „министром“. Тогда государь призвал „дайнагона“ [1048] Фудзивара-но Митиакира [1049] , но тот сказался больным и не пришел. Поскольку ранее еще не случалось примеров, когда церемонию повышения в рангах проводил „тюнагон“, то ее отменили. На следующий день Фудзивара-но Митиакира прибыл во дворец для участия в пиршестве. Государь спросил его: „Прошлой ночью ты ведь сказался больным. Как же ты сегодня сумел явиться во дворец? Поясни мне, прошу тебя“. Когда же Фудзивара-но Митиакира покидал дворец, государь, облегченно вздохнув, сказал: „Причина, видимо, в том, что у Митиакира был свой интерес“. Разве что добавишь к этому. После возвращения домой Фудзивара-но Митиакира опять сказался больным и совсем перестал появляться во дворце, а в скорости скончался».
1044
923–931 гг.
1045
Фудзивара-но Тадахира (880–949) — государственный деятель периода Хэйан. Сын Канцлера Фудзивара-но Мотоцунэ. Сделал блестящую придворную карьеру дослужившись до постов Главного министра и Канцлера-«кампаку». В источниках известен также под псевдонимом «господин Саданобу».
1046
Фудзивара-но Санэёри (900–970) — государственный деятель периода Хэйан. Канцлер. Сын Фудзивара-но Тадахира.
1047
Речь идет о государе Дайго (897–930), во время правления которого получают распространение представления о «мудром правителе» (яп. сэйдай). «Мудрый правитель» должен был инициировать различные благие деяния и заботиться об образовании и нравственном состоянии подданных. Более того, могущество государя было настолько велико и всеохватно, что он обладал властью не только над подданными, но и над духами, нечистью и необыкновенными существами подведомственной ему территории. В историко-литературном памятнике XI столетия «Эйга моногатари» (Повесть о славе) сказано, что «сэйдай» — это правитель способный заставить своим благородным духом даже ветер оставить ветви деревьев в покое, дабы сберечь цветы, которые наполняют ароматом неподвижный весенний воздух, и темно-красные и желтые листья, мирно лежащие на ветках в осеннюю пору. Непочтение к правителю в любой форме считалось недопустимо и квалифицировалось не только как в высшей степени непочтительный акт (яп. мурэй), но, порой, как уголовнонаказуемое преступление.
1048
Дайнагон — должность придворного советника старшего ранга. Зачастую, чиновники, обладающие постом «дайнагона», замещали старших министров (Правого, Левого и Главного) во время их отсутствия на службе по уважительным причинам. Пост «дайнагона» в период Хэйан был свидетельством социальной, политической и экономической стабильности, а потому (как явствует из исторических и литературных источников этой эпохи) многие чиновники мечтали заполучить эту должность хотя бы перед смертью, дабы увеличить социальный престиж своего семейства.
1049
Фудзивара-но Митиакира (856–920) — крупный придворный сановник. Автор нескольких произведений в стиле подражания древним китайским мудрецам.
2. О том, как управляющий делами Дайдзёкана [1050] Фудзивара-но Корэсигэ [1051] сумел осуществить желаемое повышение в ранге.
Некто рассказывал: «Во время интронизации государя Кадзана [1052] , перед тем, как колокол и барабан должны были возвестить при дворе о начале церемонии „сокуи“ [1053] , государь, находясь в Дайгокудэне [1054] , сидел на троне и отдавал распоряжения придворному церемониймейстеру. Управляющий делами Дайдзёкана Фудзивара-но Корэсигэ, восхищаясь звоном украшений и колокольчиков на головном уборе правителя, сказал: „Докладная колокольчикам“ и подал государю прошение о повышении в ранге. Государь взял прошение и удалился, а повышение прошло именно так, как и задумывал Корэсигэ».
1050
Дайдзёкан — Большой государственный совет. Именно в Дайдзёкане решались все важнейшие государственные дела. Глава Дайдзёкана обладал огромным влиянием и, зачастую, юные государи находились под его мощным давлением. Управляющий делами Дайдзёкана (яп. Бэнкан) — ключевая должность в делопроизводственной рутине. В период Хэйан пост управляющего делами Дайдзёкана считался очень престижным с точки зрения политического влияния при дворе и возможности налаживания социальных связей. Согласно официальному протоколу существовало два главных управляющих — Левый (яп. Сабэнкан) и Правый (яп. Убэнкан), каждый из которых контролировал всю входящую и исходящую письменную документацию между Дайдзёканом и четырьмя (из восьми) министерствами. Помимо этого были управляющие среднего и низкого рангов.
1051
Фудзивара-но Корэсигэ (?) — представитель среднерангового чиновничества. Фаворит государя Кадзана. Знаток сумо и частый участник веселых пирушек. В хэйанских источниках манеры Фудзивара-но Корэсигэ стали «притчей во языцах».
1052
Государь Кадзан (984–986). После отречения (ум. 1008) сохранял немалое влияние при дворе.
1053
Сокуи — одна из церемоний интронизации японского государя. Основной смысл состоял в принесении подданными клятвы верности новому правителю, подношении ему священных регалий в виде «зеркала» и «меча», а также вручения (после церемониального троекратного отказа) символов власти: государственной печати и жезла верховного правителя.
1054
Дайгокудэн (досл. Зал Полярной звезды) — Тронный зал в государевом дворце.
3. О том, как начинались придворные пиршества.
Далее некто рассказывал: «Первые „внутренние пиры“ [1055] начали проводиться во время правления государя Сага [1056] . То был четвертый год „Конин“ [1057] — год младшего брата воды и змеи. Говорят, что предисловие к стихотворному собранию „Восхищение цветами сакуры“, составленному на том пиру, написал Оно-но Такамура [1058] . А тему для собрания выбирал Миёси-но Киёюки» [1059] .
1055
Внутренние (т. е. проходившие во «внутренних покоях» дворца или усадьбы аристократа) пиры (яп. найэн) представляли собой один из важнейших элементов «культурной жизни» знати эпохи Хэйан. Пиры являлись не просто приятным времяпрепровождением, но и одной из форм управления государством. Для начала, необходимо сказать, что существовало множество разновидностей пиршеств. Только во время первого лунного месяца в цикле мероприятий, направленных на осуществление благоденствия страны на протяжении всего будущего года, устраивались следующие пиры: новогодний пир (1-й день); пир для государыни и наследного принца (2-й день); пир в усадьбах «регента» и «канцлера» (2-й день); пир в «первый день Крысы» Нового года; пир в честь дня сбора молодой зелени (обычно 5-й день); пир после церемонии лицезрения государем белых лошадей (7-й день); пир по поводу празднования «Госайэ», когда государь читает сутру, защищающую страну от различного рода напастей в течение будущего года (между 8-м и 14-м днями); пир по случаю «первого дня Зайца»; пир по причине ритуально-песенного шествия «тока» (14-й или 16-й день). При этом источники периодов Нара и Хэйан позволяют говорить о многообразии форм пиршеств: после религиозных церемоний, по случаю счастливых знамений, по случаю прибытия гостя (гостей), в качестве завершающего элемента государственных ритуалов; по причине прибытия иностранных послов или представителей региональных элит во дворец и т. д. Именно на пирах заключались договоры между странами и отдельными территориями, налаживались добрососедские отношения между различными родами, а также устанавливались социальные связи между конкретными людьми. В период Хэйан классическим образцом пира в реализации его политической функции считается «найэн», проведенный в 886 году. Это ритуализованное мероприятие формально было связано с двумя очень важными событиями для канцлера Фудзивара-но Мотоцунэ, в частности, и всей «семьи регентов и канцлеров» (яп. сэкканкэ), в общем. Дело в том, что во 2-й день 1-го лунного месяца 2-го года Нинна (886 г.) была проведена церемония совершеннолетия для Фудзивара-но Токихира — старшего сына канцлера Фудзивара-но Мотоцунэ, а в 16-й день того же месяца удостоились повышения в рангах сразу 28 представителей «семьи регентов и канцлеров». По этой причине в 20-й день 1-го лунного месяца Фудзивара-но Мотоцунэ организовал грандиозный пир в Зале Стяжания гуманности. В этом пиршестве принял участие государь Коко (884–887), а также 63 высокопоставленных чиновника, включая всех министров и придворных советников различных рангов. Круг вопросов, решенных во время пира, был поистине огромен: рассмотрен вопрос о целесообразности поездки государя по провинциям региона Кинай, а также провинциям Оми и Мино; определено разграничение властных полномочий между канцлером и регентом; для них же установлен порядок предпочтения при испрашивании высочайшей аудиенции; обсуждена кандидатура нового придворного советника (яп. санги), нового главы Государевой канцелярии (Куродо докоро) и одного из управляющих делами Большого государственного совета и т. д. Всего было затронуто 27 вопросов государственного управления, а некоторые из них (по причине их окончательной разрешенности) так и не были вынесены на обсуждение Высшей политической палаты (Гисэйкан), состоявшееся 29-го дня того же месяца. Однако, помимо этого, нарские и хэйанские пиры — это и способ реализации идей «фурю» об изящности жизни представителей образованной элиты. Довольно распространенным явлением были так называемые «выездные пиршества», где на лоне природы занимались стихосложением, играли на музыкальных инструментах, а сам процесс винопития был эстетизирован. Известно, что хэйанские аристократы не только по причине определения вкусовых качеств, но и для получения большего чувственного наслаждения от такого благородного напитка как вино, зачастую не просто пили его, а капали себе на язык. Самой известной в древней и раннесредневековой Японии разновидностью пира (хотя его корни уходят в китайскую культурную традицию III–V вв. н. э.) являлся «гокусуй эн» — «пир искривленной воды», когда участники усаживались по берегу ручья, напоминающего изгибающуюся змею или дракона, и пускали вниз по течению чарку с вином. За то время, пока она подплывала к очередному игроку, необходимо было сочинить достойное его положения стихотворение. Иянага Тэйдзо. Нинна нинэн-но найэн (Дворцовый пир 2-го года Нинна). // Нихон кодай си ронсю (Сборник статей по истории древней Японии). т. 1. Токио, 1971, с. 505–563; Сайгуки (Записи из Западного дворца). Сер. «Кодзицу сосё». Токио, 1952, с. 267–279; Яманака Ютака. Хэйантё-но нэнтю гёдзи (Ежегодные праздники в период Хэйан). Токио, 2003, с. 94–166. О пирах в раннесредневековом Китае см.: Кравцова М.Е. Поэзия вечного просветления. СПб, 200, с. 168–187.
1056
Государь Сага (809–823). После отречения (ум. 842), зачастую, выступал в роли главного политического советника своего брата — государя Ниммё (833–850).
1057
813 г.
1058
Оно-но Такамура (802–852) — известный придворный ученый. Автор многих произведений (поэзия и проза), как на китайском, так и на японском языке.
1059
Миёси-но Киёюки (846–918) — государственный деятель и ученый. Автор различных произведений на камбуне. Профессор изящной словесности в столичной школе чиновников.
4. О том, что следует избегать проводить праздник Ясосима в день, неблагоприятный для государя.
Некто рассказывал: «Празднование Ясосима-но мацури [1060] и отправка государевых посланцев в провинции зачастую приходится на „день Курицы“. Если этот день является неблагоприятным, то празднование отменяется, но при этом регламент требует, чтобы отправку государевых посланцев и осуществление празднования проводилось именно в „день Курицы“. Так государь Дайго, когда ему исполнилось четырнадцать лет, все-таки отправил посланцев в провинции, хотя „день Курицы“ был неблагоприятен для правителя. Когда же ему исполнилось двадцать два года, „день Курицы“ опять стал неблагоприятным, и празднование Ясосима-но Мацури отменили. Поэтому неблагоприятных дней избегают».
1060
Ясосима-но мацури — синтоистское празднество, проводимое на следующий год после завершения интронизации государя (церемония Дайдзёсай). По одной из версий, было направлено на окончательное подтверждение легитимности нового правителя.
5. Пример, что проведение того же праздника не следует осуществлять и в дни, неблагоприятные для наследного принца.
Некто рассказывал: «В годы „Эйкю“ [1061] если день проведения Ясосима-но мацури не считался неблагоприятным для государя, но понимался как неблагоприятный для наследного принца, то празднования в тот день избегали».
6. О подготовке к проведению чтений сутр «Нинъо» [1062] и «Сайсё» [1063] , а также дополнительных чтений буддийских сутр.
1061
1069–1074 гг.
1062
Буддийский ритуал чтения сутр, проводившийся для защиты и умиротворения страны.
1063
Ритуал чтения сутры «Конкомё сайсё окё», во время которого проводились моления о благополучии государства.
Далее некто рассказывал: «Не следует проводить чтения сутр „Нинъо“ и „Сайсё“ при дворе, а также чтения сутры „Дайханнякё“, одинаково, с одной и той же утварью. Зал для чтений сутр „Нинъо“ и „Сайсё“ должен быть больше, чем помещение для чтения сутры „Дайханнякё“ [1064] . При этом зал для церемонии чтения сутры „Дайханнякё“ должен быть больше, чем во время ритуала чтения сутры „Обуцумё“» [1065] .
7. О том, как началось внеочередное празднование в храме Ивасимидзудэра [1066] .
1064
Во время чтения этой сутры молили о мире и спокойствии в государстве. В противоположность регулярным (сезонным) чтениям сутр «Нинъо» и «Сайсё», это был ритуал, осуществляемый по особым случаям.
1065
Во время чтения этой сутры на протяжении трех ночей (начиная с 19-го дня 12-го лунного месяца) монахи усердно молились об отпущении «грехов», накопленных за год.
1066
Один из окказиональных обрядов в период Хэйан. Иногда проводился в середине 8-го лунного месяца.