Язык русской эмигрантской прессы (1919-1939)
Шрифт:
Но среди непредрешенцев есть лица и группы, которые стоят несколько особняком. Их правильнее было бы назвать полунепредрешенцами. Наиболее ярким выразителем этих настроений является сейчас ген. Деникин (Сигнал. 1939. 1 апр. № 52).
Во всех слоях народонаселения, за исключением небольшой правительственной клики, опирающейся на новое чиновничество и на полуинтеллигентов, правительство Ульманиса считается совершенно нежизнеспособным (Призыв. 1919. 4 (21.12) дек. № 135).
Сепаратизм не имеет глубоких корней в малороссийской ветви русской нации. Это явление заносное, подхваченное только частью малороссийской полуинтеллигенции из честолюбивых или корыстных побуждений (Рус. голос. 1939. 19 февр. № 411).
Примером вооруженной борьбы за установление власти новой господской группы является борьба всех политических партий, начиная с полумонархистов-полуреспубликанцев– кадетов и кончая левым крылом социалистической демократии – коммунистами-большевиками (Анархич. вестник. 1923. № 2).
Если в прошлом году конгресс, вдохновляемый вождем-пророком Ганди, стоял на позиции превращения Индии в доминион; эта полунезависимая государственная форма как будто удовлетворяла те средние круги, которые имеют своим органом национальные конгрессы (Сегодня. 1930. 12 янв. № 12).
В публицистическом стиле советских газет 20–30-х гг. XX в. слова с пол-/полу-, судя по материалам [Mazon 1920, Карцевский 2000, Селищев 1928, Obermann 1968, РЯСОС 1968], неактивны.
Характеризующая функция префиксоида пол-/полу– может проявляться в именах существительных, содержащих прагматическую оценку явления в понятийном ядре: полуидиот, полусумасшедший, полусветский – или в словах преимущественно политической сферы, подвергающихся, как правило, той или иной субъективной (групповой) оценке: полубуржуазный, полукрасный.
…политические расчеты и схемы буржуазных и полубуржуазных мудрецов… (Анархич. вестник. 1923. № 1).
Особенно велика ненависть Комиссаров к маленькой Болгарии, где правит в полном согласии с молодым Царем Борисом Национальное правительство Цанкова, успевшее за эти годы, после свержения полукрасного правительства друга большевиков Стамбулийского, благополучно подавить уже несколько устроенных из Москвы попыток красного переворота (Рус. правда. 1925. сент. – окт.).
2.8. Темпоральные производные
Слова, содержащие в своей семантической структуре временные (темпоральные) локализаторы, выражаемые префиксальными, префиксально-суффиксальными морфемами, составляют важный, актуальный лексический пласт в эмигрантских газетах. Конечно, в первую очередь рост таких производных был спровоцирован теми социальными, политическими, экономическими условиями, в которых оказались беженцы. Для абсолютного большинства эмигрантов время оказалось расколотым на две части: дореволюционное и беженское, эмигрантское. Изменилось психологическое измерение времени в субъективном мире человека: когда он жил в дореволюционной России, время текло иначе, чем тогда, когда он оказался в изгнании, в беженстве. Оно измерялось чаще не годами, периодами, десятилетиями, а теми или иными хронологическими разрывами, вехами, составляющими опорные точки психологического пространственно-временного континуума. Словообразовательные элементы с темпоральным значением позволяли назвать явление относительно некой опорной точки. Какие же префиксальные и префиксально-суффиксальные средства чаще всего использовались эмигрантами для называния понятий с временным значением? Пожалуй, лидерами являются префиксы до-, по-, а также после– и пред-.
Префикс до-. Префикс до– имеет значение предшествования какому-либо событию, факту, в эмигрантских текстах он встретился в следующих производных: добольшевистский, довоенный, дооктябрьский, допушкинский, дореволюционный, дофевральский, дофашистский.
В добольшевистской Москве было в году два знаменательных момента, переживание которых способно было заронить в душу неизгладимые впечатления. […] То были – Пасхальная ночь и Татьянин день (Огни. 1924. 28 янв. № 4).
…огромные массы населения [в Германии] совершенно разорены полным обесценением разного рода бумаг довоенного времени (Дни. 1925. 30 янв. № 678).
Кто наблюдал рабочих и крестьян в величественные дооктябрьские и октябрьские дни, тот видел, что нашу революцию творили широкие массы народа, стремившиеся разрешить в революции вековой спор между «черной» и «белой» костью, между трудом и капиталом (Анархич. вестник. 1923. № 1).
…машина советской государственности действует, главным образом, опытом и знаниями старой дореволюционной бюрократии и служилой интеллигенции (Дни. 1926. 19 нояб. № 1163).
…все… мало-мальски отрицательное, существовавшее за все бытие дофевральской России, блекнет перед теми ужасами, которые последние годы творят вызванные ими же, социалистами, злые духи (Призыв. 1920. 12 (28.2) марта. № 61).
И еще более удивительно это [благожелательное] отношение Италии к фашизму для всякого, кто давно знал и дофашистскую и довоенную Италию (Руль. 1926. 14 апр. № 1630).
Итак, для эмигрантов значимыми, поворотными моментами современной истории являлись:
а) Первая мировая война,
б) Февральская буржуазно-демократическая революция,
в) Октябрьский переворот (так чаще всего именовали события осени 1917 г. монархисты и часть демократов) или революция (в анархических текстах),
г) создание фашистской организации и идеологии, в которой многие эмигранты видели возможный механизм свержения большевизма.
Эти опорные исторические точки и служили мотивирующими основами при производстве слов с приставкой до-. Любопытно, что в советской публицистике смысловой акцент в этих словах был смещен в сферу практической деятельности: дозавуч (< школа дозаводского обучения), допризывник, дошкольник [Селищев 1928: 170, 173, 174].
Префикс пред-. Префикс пред-, имеющий значение близкого предшествования какому-либо событию, является стилистически маркированным в русском языке. В эмигрантской публицистике он также достаточно широко используется. С одной стороны, встречаются производные, называющие некоторые понятия-историзмы (Предучредилка [71] ).
Нельзя обвинять «Предучредилку», не вынесшую порицание большевикам накануне их выступления, чего так добивался в это историческое заседение Керенский. Все равно это не остановило бы большевиков, на следующий день разогнавших «Предучредилку» (Голос Родины. 1919. 1–14 мая. № 264).
71
С. И. Карцевский отмечает только официальное наименование Предпарламент, считая его калькой с нем. Vorparlament [Карцевский 2000: 244]. Это был Временный совет Российской республики, совещательный орган (со 2 (15) октября до 25 октября (7 ноября) 1917 г.) при буржуазном Временном правительстве А. Ф. Керенского. Эмигрантская пресса дает неофициальное, разговорное наименование.
С другой стороны, префикс сохранялся в религиозной лексике (предпразднество, предпасхальный), а также называл новые, возникшие в эмигрантском быту, понятия: предрешенец, предрешение, предрешенство, семантическая и словообразовательная мотивировка которых заключалась в предикативном словосочетании предсказать решение будущего устройства России (после падения режима большевиков).
Суббота перед Рожд[еством] Христовым. Предпразднество Рождества Христова (Возрождение. 1932. 2 янв. № 2405).
Великий пост и предпасхальные дни – самая горячая здесь работа (Возрождение. 1937. 10 апр. № 4073).
Самая возможность участия в любой революции народных масс требует подобного определения (как теперь выражаются: предрешения) целей (Младоросская искра. 1933. 15 нояб. № 34).
Префиксы по-, после-. Противоположное темпоральное словообразовательное значение следования после какого-либо события, названного мотивирующим словом, выражалось префиксом по– или после-: покоммунистический, пореволюционный, пореволюционность, пореволюционер. Этот префикс преобладает, префикс после– встретился только в одном случае (в двух орфографических вариантах): послебольшевистский [sic], послебольшевицкий.
Можно предположить, что в покоммунистической России они [монархисты] попытаются заговорить… (Младоросская искра. 1933. 5 янв. № 26).
За годы эмиграции появились многочисленные политические группировки пореволюционные. Эти группировки подчеркивают свою «пореволюционность», заявляя, что смотрят не в прошлое, а будущее [sic; без предлога в] (Младоросская искра. 1933. 10 июля. № 31).
Другой умник, профессор Алексеев, бывший евразиец, пореволюционер и явный большевизан, выпалил неожиданно… (Возрождение. 1937. 10 апр. № 4073).
Закончил свой доклад профессор теплым обращением к студенческой молодежи, призывая ее к активной работе, к воспитанию в себе той сильной личности, которая так нужна будет в послебольшевицкой России (Дни. 1925. 10 февр. № 687).
Префикс по– по направлению к XX в. постепенно терял свою словообразующую силу, будучи многозначным и перегруженным категориальными значениями; префикс после-, напротив, набирал словообразовательную активность, поскольку обладал ясной и прозрачной семантикой. [72] Семантически эквивалентный иноязычный префикс пост– еще не был известен ни русскому языку в СССР, ни эмигрантскому узусу. [73] Преобладание производных с по– в эмигрантских текстах свидетельствует, что данный словообразовательный формант являлся в них основным, ведущим для выражения словообразовательного темпорального значения, значительно превосходя свой семантический аналог после-.
72
В качестве префикса он впервые был признан только в СО-49.
73
Первые заимствования в языке метрополии относятся к 50–60-м гг. XX в. Первая лексикографическая фиксация префикса пост– дается в [МАС-2].