Чтение онлайн

– Лобо, слева двадцать вижу грузовик, – доложил по рации Джэк, продвигавшийся по флангу. – Людей не наблюдаю.

Здесь совершенно не боялись использовать позаимствованные на сторожевике сканеры, так как в такой глуши вряд ли можно ожидать перехвата.

– Проверь, есть ли горючка. Пистон и Рокер, прикройте его, – ответил Серов.

Он повернулся в направлении, указанном Джэком, и вскоре заметил рядом с постройкой, похожей на лабаз, красного мастодонта явно не первой молодости. Это был бразильский грузовик марки «Качамба», вполне подходивший для их целей, если, конечно, он еще способен самостоятельно двигаться. Вот рядом с грузовиком появились три фигуры, одна из которых юркнула в водительскую дверь, а две другие растворились бесследно в струящемся мареве.

– Все в порядке, Лобо, – из ожившей рации снова раздался голос Джэка. – Горючки полбака, и даже ключи на месте.

– Заводитесь и поезжайте влево. Мы будем ждать на северном выезде. Хук и Дюк, за мной короткими перебежками, – отдал приказ Серов и тут же, вскочив, побежал к дороге, пригибаясь пониже, на уровне ветхой тростниковой изгороди.

Вскоре из-за поворота появился красный грузовик, оповещая окрестности о своем прибытии натужным ревом двигателя. Поравнявшись с Алексеем, Джэк остановил машину, и тот сел в кабину, а остальные запрыгнули в кузов. Джэк тронул машину с места, и та нехотя стала набирать скорость, поднимая за собой клубы пыли. Серов озабоченно глянул в зеркало заднего вида. Никакого преследования не наблюдалось, но береженого Бог бережет.

– Притормози здесь, – сказал он Джэку и добавил уже по рации: – Рокер, видишь столб справа? Сбей там все изоляторы и продырявь ту коробочку. Это похоже на телефонный коммутатор.

Километров десять ехали по проселочной дороге, которая будто каньон разрезала плотный монолит сельвы. Лес вставал стеной у самой обочины, и лишь иногда встречались небольшие прогалины, где можно было видеть банановые плантации или небольшие поля маиса. Проехали также несколько хуторов, с виду обветшавших и заброшенных. Затем грунтовка привела на бетонный «хайвэй» местного значения, по которому поехали значительно быстрее.

До поворота, который вел к первому тайнику, оставалось около пяти километров, когда откуда-то донеслись звуки автоматных очередей. Ехать вслепую было нельзя, и Серов приказал свернуть в лес и произвести пешую разведку местности. Нужно было знать, кто стреляет, сколько их и могут ли эти стрелки помешать дальнейшему продвижению группы. Замаскировав грузовик ветками, все шестеро снова вышли на дорогу и двинулись по обочинам, по трое с каждой стороны, готовые в любой момент нырнуть в густой подлесок. Стрельба то утихала, то снова возобновлялась, и вскоре группа приблизилась к ответвлению дороги, ведущей в деревню, называвшуюся, согласно сделанной вручную вывеске, Ла-Кантера. Выстрелы теперь звучали где-то совсем рядом, но уже стреляли не очередями, а одиночными.

Серов приказал знаками развернуться в цепь с интервалом в десять метров и продвигаться вперед. Вскоре в прогалинах между деревьями стали видны какие-то одноэтажные постройки, некоторые из которых горели. Выйдя на опушку леса, затаились, чтобы осмотреться и оценить ситуацию. Как Алексей и предполагал, по характеру стрельбы, это была массовая экзекуция. На грунтовой площади посреди домов стоял небольшой армейский грузовик с пулеметной турелью в кузове и бронетранспортер со спаренной автоматической пушкой. В центре площади лежали десятка три окровавленных тел, судя по всему, индейцы, и среди них ходили несколько солдат, добивая раненых одиночными выстрелами. Еще дюжина солдат сидела на веранде самого большого дома в тени навеса. Они курили и лениво переговаривались. Там же сидел и офицер, перед которым на столе стояло несколько бутылок. Судя по нашивкам и шевронам, это были бойцы из частей Примитиво Переса.

Серов сразу понял, что вытащил счастливый билет. Если захватить бронетранспортер, то можно довольно комфортно путешествовать на броне под прикрытием двадцатимиллиметровых пушек. Такой шанс нельзя упускать. Большую часть солдат можно снять отсюда, из укрытия, но неизвестно, есть ли в деревне еще солдаты и найдется ли идиот, который в такую жару будет сидеть внутри раскаленной на солнце бронемашины. Алексей принял решение и указал Пистону и Дюку на технику. Они должны выйти на рубеж последнего броска, просигналить, и тогда остальные четверо начнут отстреливать разленившихся, опьяненных кровью солдат. Однозначно оставлять за спиной живых нельзя ни при каких обстоятельствах.

Щелчки раций нарисовали Серову расстановку сил. Все было готово для решающего штурма. Цена – всегда жизнь, которая дает возможность оставаться в деле и сделать еще один шаг, чтобы выполнить поставленную задачу. Серов, как, наверно, и многие другие, часто задавался вопросом – ЗАЧЕМ? И никогда не мог ответить сам себе, не покривив душой. Он ничего не выигрывал и ничего не проигрывал. Жизнь – каверзная штука. На гражданке десятки тысяч человек ежегодно гибнут на дорогах, в пожарах, замерзают и тонут по пьянке. А в спецназе даже ранение – это уже ЧП. Значит, работа не из самых опасных, если умеешь ее делать. Что нужно ему конкретно в этой работе? Возможно, не быть серой личностью, полжизни проводящей на диване у телевизора. А может, это просто болезнь? Что-то вроде адреналиновой зависимости. Есть много способов напитать адреналином кровь, но он выбрал именно этот. Почему? Зачем? Сейчас он со своими братьями по оружию начнет убивать. И не потому, что хочет наказать убийц за их злодеяния, а просто потому, что нельзя оставлять свидетелей. Об их существовании должны знать только те, кому он сам разрешит. Ну еще, конечно, Господь Бог и генерал Паливода.

Алесей выдержал паузу и дал сигнал к атаке, тут же вскинув винтовку, чтобы ловить на мушку этих смуглых низкорослых вояк и всаживать в них пулю за пулей.

Вся операция длилась едва ли две минуты. Дюк первым запрыгнул в кузов грузовика и тут же обнаружил второго офицера, насиловавшего молодую женщину. Он увидел глаза женщины, безразличные и почти безумные, и бритый затылок офицера, на котором искрились капельки пота. В последний момент Дюк отвел дуло винтовки, боясь, что пуля на излете может ранить женщину, и ударил прикладом по этому потному затылку. Тело офицера обмякло, а Дюк, потеряв к нему интерес, встал к турели пулемета и быстро привел его в готовность. Это был старый знакомый французский «Гочкис», и управиться с ним не составляло особого труда.

В это время Пистон уже оседлал бронемашину. Он залез через десантный люк сзади и, не найдя никого, закрылся изнутри. Вскоре взревел мотор бронетранспортера, и БТР сдал чуть назад, чтобы открыть Дюку сектор обстрела из пулемета. Тут же из-за кустов бесшумно выплюнули первую долю свинца автоматические винтовки с глушителями. Стреляли одиночными и наверняка, так как боекомплект к этим винтовкам был не резиновым, и требовалось оставить запас на всякие непредвиденные обстоятельства.

Первыми попадали солдаты, добивавшие раненых на площади. Те, что сидели на террасе, не сразу поняли, в чем дело, а когда сообразили и подскочили с мест, хватаясь за оружие, было уже поздно. Длинной очередью Дюк в несколько секунд выкосил всю террасу вместе со столами и стульями. По сигналу Серова остальные трое выбежали из подлеска и под прикрытием находившегося на высоте положения Дюка проверили каждый дом, но больше никого не обнаружили.

Оглушенный Дюком офицер, лежавший в кузове грузовика, видимо, очухался и попытался приподняться. Женщина, которая до этого момента не шевелилась, находясь в глубоком ступоре, вдруг издала истошный крик и, спрыгнув с грузовика, побежала в сторону леса. Ей никто не препятствовал. Дюк между тем нагнулся над скребущим пальцами по дну кузова офицером и неуловимым движением сломал ему шейные позвонки, после чего поднял обвисшее тело и сбросил его на землю.

«На войне как на войне», – с иронией подумал Серов, оглядывая площадь, где лежали десятки мертвых тел. Всего несколько часов назад эти люди и не подозревали о скорой гибели, строили планы на будущее, говорили, смеялись. Теперь и убийцы, и их жертвы лежали рядом, и вытекающая из их ран кровь смешивалась на пыльной поверхности, тут же густея и сворачиваясь под нещадным полуденным зноем.

У первого тайника пробыли недолго. Донья Пилар де Консепсьон держала свое слово. В тайнике лежало все согласно списку, запрошенному у нее Серовым. В первую очередь это были комплекты не новой (как и просил Алексей) формы армейской мотопехоты и стандартное личное оружие, типичное для пехотинцев. Это требовалось для возможного проникновения в расположение армейских частей. Из специального вооружения имелись два дальнобойных гранатомета и ящик зарядов к ним, а также дальнобойная снайперская винтовка, которая могла понадобиться в том случае, если придется производить ликвидацию объекта с большого расстояния.

Теперь ситуация совсем уже не казалась тупиковой, и у группы была четкая и ясная задача, подкрепленная надежной информацией. Как и говорил Виктор, группе легко удалось собрать с миру по нитке внушительную материальную базу, которую еще и было на чем транспортировать. Как потом выяснилось, в кузове грузовика, кроме нескольких коробок с патронами к пулемету, имелось также два десятка полных канистр с топливом для бронемашины. По приблизительным подсчетам, этого запаса должно хватить на тысячу километров. Поэтому решили взять с собой и грузовик, который, кроме транспортной единицы, был также и мобильной огневой точкой.

Праздничное настроение упало до нуля, когда им преградил дорогу танк при выезде с проселка на бетонку. Он просто выехал из леса и остановился метрах в ста впереди, заполнив своими габаритами и без того узкий проселок. Однако пушка у танка была высоко поднята, и на ее конце трепыхался в струях еле заметного ветерка белый лоскут.

– Назад! – скомандовал Серов по рации. – Всем с брони, гранатометы к бою!

В бронемашине остался только Пистон, прилипший к прицелу пушки. Остальные засели с двух сторон от дороги, наскоро расчехлив и зарядив гранатометы бронебойными выстрелами. Наступила полная тишина. Потом до Серова донеслось странное постукивание и заунывное пение на непонятном языке.

Вскоре из-за поворота появилась процессия из трех человек. Первым шел старый обрюзгший индеец, в седые, заплетенные в косички волосы которого были вставлены несколько разноцветных перьев. Его сопровождали два парня в шортах и майках. Каждый из них размахивал связкой белых костей, издававших этот странный дробный звук. Старик подошел почти вплотную к бронемашине и остановился, глядя чуть ли не прямо в дула пушек. Он что-то произнес на своем родном языке, и молодежь перестала петь и размахивать костями. В наступившей тишине стало слышно лишь стрекотание насекомых и шелест листвы на ветру.

Пауза затянулась, и Серов решил выйти из укрытия, чтобы прояснить ситуацию. Увидев Алексея, старик показал знаком своим сопровождающим отойти на несколько шагов назад и, глядя прямо ему в глаза, заговорил по-испански тихим осипшим голосом.

– Я не знаю, как тебя зовут, чужак, но мне сказали, что ты великий воин. Та женщина, которую спасли в деревне. Она все рассказала. Это ведь был ты?

– Зачем ты спрашиваешь? Чего ты хочешь? Говори, мы очень спешим.

– Спешить не надо. Ты пришел на нашу землю без приглашения, поэтому уйти сможешь, только когда тебе разрешат.

– Кто сможет нас задержать? Ты ведь не знаешь нашей силы. Очень много людей погибнет, но мы все равно уйдем.

– Войны не будет. Ты можешь уходить хоть сейчас, но нас много, и мы знаем эти леса. И у нас много огненных шаров. – Он изобразил руками выстрел из гранатомета. – Кто знает, из-за какого дерева прилетит огненный шар и взорвет твою машину и тебя вместе с ней?

– Что нужно от нас?

– Я вижу, ты чужестранец. Раз приехал сюда, значит, дело у тебя серьезное. Я тебе предлагаю взаимовыгодный обмен. Помоги мне в том, что умеешь ты, а я помогу тебе в том, что умею я. Мои люди знают здесь каждую тропинку. Они помогут тебе дойти до твоей цели, не встретив ни одного солдата. Ты ведь не хочешь ни с кем встречаться?

– Что я должен сделать? И как мне тебя называть?

– Меня зовут Уаси. Это значит «кондор». Я вождь племени.

– Вы араваки?

– Нет, мы варао. Нас мало, а сегодня стало еще меньше. Солдаты хотят нас всех уничтожить. Те, кто их прислал, желают забрать наши земли. Сегодня они уничтожили еще одну деревню…

– Чем же могу помочь тебе я?

– Здесь недалеко есть дом этого шакала Сильвио Мота. Там засели два десятка солдат, и мы никак не можем их выкурить. Стены каменные, очень толстые.

– А как же танк?

– Мы угнали его вчера. У меня есть один парень, который работал на тракторе. Он может вести машину, но стрелять никто не умеет. Помоги нам разрушить дом и уходи по своим делам. Мои люди тебя проводят самой короткой дорогой.

– Это далеко?

– Нет. Час пешком. На машине быстро.

– Я должен поговорить с моими людьми. – Серов не знал, как ему реагировать на все происходящее, поэтому он хотел просто побыть немного с ребятами, чтобы собраться с мыслями.

– Иди. Только не вздумай хитрить. На машинах тебе отсюда не выбраться, и пешком тоже будет трудно. Все не уйдут. Подумай, поговори.