Чтение онлайн

Снежный вихрь бесновался, закручиваясь вокруг захваченной им группы. Это был уже настоящий снежный смерч. Он, словно наделённый разумом, пытался сдвинуть их в сторону обрыва. Людям слышался злой рык в гуле и свисте ветра. Но, может, это рычал Летун? У смерча ничего не получалось. Клетка надёжным якорем держала их на месте. В качестве трофеев смерчу достались только лыжи и палочки. В ярости он разметал их по округе, на доступное ему расстояние.

Моррис, поняв, что теперь уже не стоит закрываться, можно магичить, помогая себе, женщине и детям выдержать этот враждебный натиск. То, что это не просто стихия, а нечто искусственно созданное и управляемое, он прекрасно понимал. Мужчина пустил по всему телу магические потоки, согреваясь и накрывая всех магическим щитом в виде одеяла, под которое не проникал холод и ветер. Но не остановился на этом, а стал потихоньку, буквально микродозами вливать свою Силу через соединенные руки в Лукерью. Перчатки не являлись помехой. Ещё не известно, когда к ним на выручку придут Кураторы. А они придут обязательно, потому что обязаны, потому что не могут допустить гибели Участников.

Их уже почти совсем замело снегом, руки, вцепившиеся в прутья клетки, занемели от напряжения. Они словно срослись в единое целое и не почувствовали, когда к ним смогли пробиться Кураторы, которым пришли на помощь Арбитры. Вшестером они смогли уничтожить кем-то управляемый смерч.

?
– Ты смотри, что тут творится! – воскликнул Старший Арбитр, когда расчистили снег над Участниками, впавшими в бесчувственное состояние. – Он их на себя замкнул и поддерживает магией, а сам, того гляди, выгорит.

– Ещё бы не выгореть, – сочувствующе проговорил второй Арбитр. – Такой силищи монстр магию из него тянул.

Третий молча махнув рукой, развеял созданную Моррисом защиту в виде одеяла, истончившегося до тонкой плёнки.

– Где вас носит? – приглушённо раздалось где-то между Лукерьей и Егорушкой. – Ведь чуть за Грань не ушли! – показалась возмущённая морда кота.

– Ну, уж, извини, Матвей Фомич, – развёл руками Старший. – Мы не могли придти раньше, а Кураторы не могли справиться с этим магическим творением.

– Всё у вас не как надо, – продолжал ворчать Матвей. – Одни не могут, другим некогда. Отправляйте нас к Филантею.

– Ребята, – обратился Старший к Кураторам, – переносите их к избушке. А догана мы в Академию заберём. ?

Вот как они лежали в снегу, уцепившись за клетку и друг за друга, связанные одной верёвкой, так и оказались на траве перед входом в избушку. Чуть в стороне валялись лыжи с палочками.

– Красота-а-а! – потянулся Матвей, выбравшись на вольный воздух прохладного утра ранней осени. – Тепло-о-о. Артур, где ты там, выбирайся. Или заснул?

– Я вылезти не могу – куртка застёгнута, – прокаркал юношеским тенорком воронёнок.

– Наконец-то! – воскликнул Филантей, выходя из избушки. – Все живые?

– Живые, живые, – проворчал Матвей. – Ещё бы немного и стали б не живые. Ну, я пошёл, хозяйство проверю, – задрав хвост трубой, подался за избушку.

Филантей обошёл лежащую на траве инсталляцию. Лукерья, лёжа на правом боку, вытянула руку, на коей покоилась её голова, сжимая пальцы в кулак, словно за что-то держалась. Второй рукой она держалась за руку мужчины. Он так же лежал на боку, лицом к ней, тоже вытянув вторую руку и сжимая кулак. Между ними лежали на боку ребята. Тимур буквально впечатал Егорушку в бабушку, одной рукой ухватившись за верёвку, опоясывающую Лукерью, другая тоже была вытянута, словно он за что-то держался. Руки, что были вытянуты над головами, были напряжены. На лицах отпечаталось сверхмерное напряжение, какое они испытывали до момента переноса.

– Да-а-а, досталось вам, – проговорил сочувствующе Филантей, покачав головой.

Спустя несколько часов очнулся Моррис. Зашевелился, простонав и откидываясь на спину. Затих, проверяя резерв. «Мда, почти пусто. Вот это я выложился», – подумал. Сел, стянув перчатки и разминая затёкшую руку.

– И где это мы? – спросил, пытаясь оглядеться, но оставил попытку – сильное головокружение не давало пошевелить головой.

– Дома мы, – ответил Матвей, нарезавший круги вокруг лежащих вповалку людей в ожидании, когда придут в себя.

– Это хорошо, что дома, – с облегчением выдохнул Моррис. – Филантей, ты здесь?

– Здесь я, – ответил домовик-механик, обходя Морриса так, чтобы тот его видел.

– Маленький ты какой-то, – щурясь, посмотрел Моррис на Филантея.

– Ну, не всем быть такими верзилами, как ты, – Филантей ростом был вровень с сидящим Моррисом. – Чего хотел?

– Будем знакомы – Моррис. Будь гостеприимным хозяином, завари нам питьё, как во фляжках высылал. Иначе не очухаемся.

– Так готово питьё, на печи дожидается. Сварил, как только вас сюда сгрузили. Настоялось. И обед по заказу, полчаса, как доставили.

– И давно мы тут отдыхаем?

– Так с вечера. Как раз светило в закат ушло. Сейчас-то уже полдень. Вас тут уложили и велели не тревожить, пока сами не проснётесь. А под утро вас трясти стало. На улице тепло, на вас куртки с сапогами, хоть в сугробе ночуй, а вас трясёт, как в лихоманке. Вон, ребята ещё до сих пор дрожат.

Моррис посмотрел на ребят, на Лукерью. Они действительно нет-нет да вздрагивали, словно замёрзли.

– А ты, никак, новый член семьи? Я так понимаю, – с хитрым прищуром осведомился Филантей.

– С чего ты взял? Я в свой мир возвращаться буду, – проговорил Моррис, развязывая верёвку.

– Ну-ну, – покивал головой Филантей, словно утверждаясь в чём-то своём. – А вот и Лукерья очнулась! – обрадовался и поспешил к ней. – Как ты, Лукерья Савельевна? Встать можешь?

– Не знаю. Всё тело ломит, в голове кружение и перед глазами всё плывёт. Да ещё вдобавок, морозит. И рука, вот, как не своя, – потёрла руку, отходящую от онемения. – Я, наверно, ещё маленько полежу.

– Полежи, Лукерья, – посоветовал Моррис. – Скоро отпустит. А я, пожалуй, встану.

Моррис снял сапоги, и на ногах тут же появились его родные. Осторожно, медленно поднялся, снял куртку. Внутри всё дрожало, но наружу не выходило, не трясло.

– Ну, Филантей, где там твой отвар? – побрёл в избушку.

Налил две кружки напитка и капнул по две густых тягучих янтарных капли. Филантей следил за ним не отводя взгляда, поэтому для него не было таинственным появление флакона в руке Морриса, как и сапог. Свою кружку Моррис опорожнил сразу в три глотка, вторую понёс Лукерье.

– Лукерья, давай-ка, выпей, полегчает сразу.

Опустился на колени и помог Лукерье сесть. Придерживая легонько кружку, что ходила ходуном в трясущихся руках женщины, и саму женщину, помог выпить. Лукерья выпила и передёрнулась.

– Какая гадость, это ваше питьё! Бррр, – передёрнулась ещё раз.

– Не правда, моё питьё вкусное! – не всерьёз возмутился Филантей. – Это твой целитель его испортил.

– Лекарство вкусным не бывает, – парировал Моррис. – Зато к вечеру мы полностью восстановимся и телесно и магически.