Чтение онлайн

— Я и не делаю, — ответил он. — Я просто не хочу, чтобы ты сейчас начала себя уничтожать.

Я резко посмотрела на него, но ничего не смогла ответить. Слова лишь стали комом в горле.

— Маша, — он произнёс моё имя так, что оно прозвучало почти мягко. — Я слишком много сделал плохого в своей жизни, а особенно по отношению к тебе, но вчера, я почувствовал, что ты живая, настоящая, та девчонка, которую я тогда встретил на мосту. А сейчас снова включила защиту.

Я сжала пальцы.

– Потому что я не понимаю, что это. Так много произошло за эти дни и я просто запуталась.

Потому что я не понимаю, что это.

— Это ты, — сказал он. — Просто настоящая.

Я усмехнулась.

— Настоящая я обычно не спит в кровати мужчины, с которым дала себе обещание больше не связываться.

— Ты спишь не в чужой, — спокойно ответил он, проигнорировав все остальные сказанные мной слова. — Ты спишь в той, где тебе не нужно бояться.

Эти слова задели сильнее, чем я ожидала.

— Ты слишком уверенно говоришь, — сказала я, пытаясь вернуть контроль. — Как будто всё уже решил.

Паша чуть наклонил голову.

— Я ничего не решил за тебя.

— Да? А что тогда ты решил за себя?

Он выдержал паузу.

— Я решил, что ты не будешь одна. И что если ты захочешь уйти — ты уйдёшь без преследования, без шантажа, без «ты мне должна», без слежки.Просто я должен знать, что ты в безопасности.

Я молчала.

— А если я останусь? — спросила я тихо.

— Тогда ты останешься, — ответил он так же спокойно. — Без обещаний. Без ярлыков. Без давления.

Я выдохнула.

— Мне нужно время, — сказала я.

— Я знаю.

— И мне нужно… — я запнулась. — Мне нужно понимать, что ты не играешь и не исчезнешь как в прошлый раз.

Паша посмотрел на меня внимательно.

— Я не играю, Маша и не исчезну, если ты сама этого не захочешь.

— Ты говоришь это слишком легко.

— Потому что это правда.

Я отвернулась к окну.

— Я боюсь, что Саша… — я остановилась.

Паша напрягся.

— Я знаю, — сказал он коротко. — И мы это решим.

— Мы? — я усмехнулась. — С каких пор это «мы»?

Он подошёл ближе.

— С тех пор, как ты перестала отталкивать меня.

Я почувствовала, как внутри всё сжимается. От этих слов хотелось либо заплакать, либо ударить его.

— Ты не понимаешь, — сказала я глухо. — Я не хочу, чтобы ты вмешивался.

— Почему?

Я посмотрела на него.

— Потому что ты уже однажды был в этой системе. Он твой бывший сослуживец. Ты знаешь, на что он способен.

Паша долго молчал.

— Да, поэтому я знаю как решить эту проблему, а ты думаешь, что если мы разделимся, то ты меня… ты меня защитишь? — спросил он наконец вопросительно посмотрев в мою сторону с легкой ухмылкой.

Я не ответила.

— Маша, это не защита, — сказал он тихо. — Это привычка жертвовать собой.

Я сжала губы.

— Я не жертвую. Я просто…

— Ты просто боишься быть важной, — перебил он.

Я замерла.

Это было слишком точное попадание.

— Не говори так, — прошептала я.

— Почему?

— Потому что мне казалось, что это было так шесть лет назад. А теперь я не хочу, чтобы это было правдой.

Он сделал шаг ближе и осторожно взял меня за руку. Не резко, не властно. Просто взял.

— Маша, — сказал он тихо. — Ты уже важная. Хоть тебе это и не нравится.

Я смотрела на наши руки и чувствовала, как внутри ломается что-то старое. Не больно — тяжело.

— Мне страшно, — призналась я.

— Мне тоже, — неожиданно сказал он.

Я подняла глаза.

— Тебе?

Паша усмехнулся, но без веселья.

— Конечно. Ты думаешь, мне легко быть рядом с тобой и не давить? Особенно когда столько времени утеряно и вот ты, наконец-то стоишь рядом. — Он выдохнул. — Я привык решать. Привык контролировать. Привык действовать. А с тобой… мне приходится учиться ждать.

Я молчала, слушая.

— И я жду, — продолжил он. — Потому что ты этого стоишь.

У меня дрогнул подбородок. Я резко отвела взгляд, чтобы он не увидел.

— Я не хочу плакать, — пробормотала я.

— Не плачь, — сказал он. — Просто будь.

Мы снова замолчали.

Потом он тихо добавил:

— Пойдём завтракать. Я сделаю кофе.

— Я сама могу.

— Я знаю. Но я хочу сделать.

Я кивнула, последовав за ним не разжимая наши ладони.

Кухня была неожиданно тёплой. Не по температуре — по ощущению и трепету, который накрывал меня с головой после такого интимного разговора.

Паша достал знакомую мне медную турку, молотый кофе и две белоснежные чашки.

— С молоком? — спросил он, не оборачиваясь.

— Да, — ответила я.

Он кивнул и достал молоко так уверенно, будто делал это каждое утро. Будто у него есть «каждое утро». Будто он вообще умеет жить обычной жизнью без своего спецназа.

Я села на высокий стул у островка и обхватила руками чашку ещё до того, как кофе появился в ней — просто чтобы занять руки. Чтобы не тряслись.

— Ешь, — сказал он коротко и положил тосты на пустую тарелку возле меня.

— Ты опять командуешь, — буркнула я.

— Я не командую, — спокойно ответил он слегка улыбаясь. — Я забочусь.

– Пахнет арбузингом. – прошептала я себе под приподнимая одну бровь.

– Что? – переспросил Громов оборачиваясь ко мне в моменте, когда наливал себе кофе.

– Вкусно говорю. – краснея отвтеила я, приподнимая тост в ответ.

Мы ели молча.

И в этом молчании было что-то странное: оно не давило. Оно не требовало. Оно просто было. Я сделала глоток кофе и почувствовала, как по телу разливается тепло. Снаружи дом был огромным, чужим, слишком просторным. А здесь, на кухне, он становился почти нормальным.