Чтение онлайн

Паша стоял у раковины, опираясь на столешницу, и смотрел куда-то в окно. Его профиль был напряжённым. Я видела это по мелочам: по тому, как он держит челюсть, по тому, как пальцы чуть сильнее, чем нужно, сжимают край столешницы.

Он контролировал. Всегда.

Я хотела спросить, о чём он думает, но в этот момент издалека донёсся звук.

Сначала — глухой, будто удар.

Потом — ещё один.

И сразу после — длинный, резкий звонок в дверь.

Я замерла.

Паша тоже замер, но иначе. Не как человек, которого напугали. А как человек, который моментально перешёл в режим действия. Он не сказал ни слова. Просто медленно поставил чашку на стол.

Звонок повторился.

Я почувствовала, как внутри всё резко похолодело.

Саша? Он нашёл? Так быстро?

Я вцепилась пальцами в край стула.

Паша посмотрел на меня.

— Сиди здесь, — сказал он спокойно. — И не выходи.

— Паша… — голос у меня сорвался.

— Маша, — он произнёс моё имя жёстче, чем раньше. — Сиди.

Я кивнула. Не потому что испугалась его. А потому что увидела в его глазах: это не просьба. Это безопасность.

Он вышел из кухни. Я услышала его шаги в холле.

Звонок снова.

Потом — голос. Женский.

— Павлик! Я знаю, что ты здесь! Открой!

Я застыла.

Женский голос. Не Саша. Не мужской. Не угрожающий.

Но легче не стало. Наоборот. Потому что женский голос означал другое. То, о чём я даже не думала. То, что я не закладывала в свою голову. Я медленно поднялась со стула и сделала шаг к дверному проёму кухни, но не вышла — остановилась, держась за стену, как будто она могла удержать меня.

В холле послышался щелчок замка. Дверь открылась.

— Наконец-то, — сказала женщина резко, и её шаги прозвучали уверенно. Каблуки. Дорогие.

Я услышала, как Паша вдохнул. Медленно. Глубоко.

— Ирина, — сказал он.

Это имя ударило по мне как пощёчина.

Ирина.

Он сказал его так, будто это не человек, а проблема. Как будто это не «рад видеть», а «почему ты здесь».

— Да, Ирина, — ответила она, подходя ближе. — А ты думал, я исчезну? Ты просто перестал отвечать. Ты исчез. Как будто меня не было.

Я не видела её полностью, но слышала — и этого хватало, чтобы внутри всё стянулось в тугой узел.

Я шагнула ближе и осторожно выглянула из кухни.

Она стояла в холле, в светлом платье с длинным рукавом, с идеальной укладкой, с дорогой сумкой на локте. Красивая. Слишком ухоженная для утра за городом. Её взгляд был цепким, раздражённым, но в нём читалось не только злость — там было ещё и унижение.

Паша стоял напротив. Спокойный. Сдержанный. Но напряжённый так, будто внутри него натянули проволоку.

— Как ты меня нашла? — спросил он ровно.

Ирина усмехнулась.

— Ты серьёзно? — она подняла брови. — Ты думаешь, я не помню этот дом? Ты один раз привёз меня сюда. Два года назад. И я запомнила. Потому что ты не водишь кого попало в такие места. Я почувствовала, как у меня внутри всё проваливается.

Два года назад. Привёз сюда. Она была здесь.

Я машинально сжала пальцы так, что ногти впились в кожу.

Паша не отвёл взгляд.

— Ирина, — сказал он спокойно. — Сейчас не время.

Она сделала шаг ближе.

— Не время? — переспросила она. — А когда будет время, Паша? Когда ты снова исчезнешь? Или когда ты решишь, что я тебе больше не нужна?

Паша не ответил.

И это молчание было громче любых слов.

Ирина вдруг замолчала тоже. Как будто впервые внимательно посмотрела на него. Потом её взгляд скользнул чуть в сторону — туда, где я стояла. И в следующую секунду она увидела меня. Я не успела спрятаться. Наши глаза встретились. Я почувствовала странное оцепенение. Как будто я не человек, а случайная деталь интерьера, которую обнаружили.

Ирина моргнула.

— О, — сказала она медленно. — Так вот оно что.

Паша резко повернул голову.

— Маша, — сказал он тихо, но в этом тоне было предупреждение.

Я не двинулась.

Ирина смотрела на меня уже иначе — не раздражённо, не агрессивно, а с тем самым холодным женским пониманием, которое страшнее крика.

— Ты… — она чуть усмехнулась. — Ты даже не пытаешься оправдываться. Интересно. И ты та самая Маша, похоже.

Я сглотнула и была удивлена тому факту, что она обо мне наслышана.

— Я не знаю, кто вы, — сказала я спокойно, хотя внутри всё тряслось. — Но я не собираюсь оправдываться.

Паша сделал шаг между нами. Почти незаметно, но чётко. Как щит.

— Ирина, — сказал он, не повышая голоса. — Да, это Маша.

— А я, значит, кто? — спросила она.

Паша выдержал паузу.

— Ты — человек, с которым у меня были отношения и не больше — сказал он ровно.

Ирина на секунду застыла.

Я почувствовала, как внутри меня что-то дрогнуло. Не облегчение. Скорее… подтверждение того, во что я отчаянно хотела верить.

Паша продолжил, глядя ей прямо в глаза:

— Ты была рядом, когда мне было плохо. И я благодарен за это. Но я не обещал тебе будущего.

Ирина усмехнулась, но в этой усмешке не было радости.

— Ты всегда так говоришь, да? — спросила она тихо. — «Я не обещал». «Я не говорил». «Ты сама придумала».

— Нет, — ответил Паша. — Я говорю сейчас честно.

Она резко выдохнула и посмотрела на меня.

— Ты знаешь через что он прошел? — спросила она вдруг.

— Я знаю достаточно, — ответила я.

— Тогда ты либо очень смелая, либо очень глупая.

Паша напрягся сильнее.

— Ирина, — сказал он уже жёстче. — Не переходи границы.

Она подняла руки в жесте «ладно-ладно».

— Хорошо. — Ирина снова посмотрела на него. — Скажи мне только одно. Ты её любишь?

Я почувствовала, как кровь ударила в голову. Вопрос был слишком прямым. Слишком рано. Слишком опасно. Паша молчал несколько секунд. Я смотрела на него, не моргая.

Он наконец ответил:

— Я не знаю, что будет дальше. Но я точно знаю, какой дал себе ответ и точно знаю, что я не хочу её снова потерять.

Ирина закрыла глаза. На секунду. Как будто ей стало физически больно.

— Понятно, — сказала она тихо.

Она снова посмотрела на меня. И в этот раз в её взгляде не было ненависти. Было разочарование. И что-то похожее на… зависть.

— Береги себя, — сказала она мне неожиданно.

Я не ответила. Потому что слова застряли.

Ирина повернулась к Паше.

— Лучше бы ты просто опять исчез.

Паша ничего не ответил.

Она развернулась и пошла к двери. Остановилась на пороге, не оборачиваясь. Было чувство, что слова с ее стороны не досказаны, но ничего не сказав она вышла. Дверь закрылась. И в доме снова стало тихо. Но это была другая тишина. После взрыва. Паша стоял неподвижно, глядя на дверь, как будто проверял, не вернётся ли она снова. Потом медленно повернулся ко мне.