Чтение онлайн

Она вдруг подняла голову, и меня пронзил ее взгляд. У меня было неприятное ощущение, что она видит сквозь мои одежды.

— Вы новенький, не так ли? — резко спросила она.

— Да, — ответил я и утвердительно кивнул головой, продолжая копаться в чемодане Максисона. Я вытащил оттуда мешок с инструментами и протянул Максисону.

— А что это у вас со ртом? — неожиданно спросила она. — Можно подумать, что у вас опухоль.

Я машинально провел языком по своим каучуковым тампонам. У меня было скверное состояние.

— Это меня укусила пчела, — ответил я, отворачиваясь. — Я и не думал, что это так заметно.

Я чувствовал, что она не спускает с меня глаз. Наконец, она подошла к двери.

— Поторопитесь, — бросила она Максисону, прежде чем уйти. Я очень внимательно, рассмотрел ее: у нее были узкие бедра и красивые ноги. Когда она закрыла дверь, я выпрямился и вытер лоб.

— Ведьма! — прошептал я. — У нее глаза не в кармане! Максисону тоже было жарко.

— Это, действительно, гадюка, — сказал он.

— Точно! — подтвердил я, направляясь к двери. Я открыл ее, чтобы посмотреть в коридор. Он был пуст. — Ну что же, начнем действовать.

Я снял свою большую мантию и бросил ее под полотенца, которыми пользовался врач. Потом снял свои очки и вынул изо рта тампоны.

— Вы знаете все, что вам надлежит сделать, — сказал я Максисону. — Выньте второе дно и спрячьте его под гроб. Подольше возитесь с устройством трупа, но когда я вернусь, то будьте готовы быстро покончить с этим.

Он кивнул, глаза его чуть не вылезали на лоб.

— Осторожнее, вы! — продолжал я. — Никаких шуток! Сумасшедшая снова стала смеяться отрывистым смехом, как истеричка. Это опять вызвало у меня ужас.

Я снова открыл дверь в коридор и посмотрел вдоль него. Митчел уже ждал меня. Он подал знак.

— О'кей? — спросил я.

— В настоящий момент, да, — ответил он. — Только, ради Бога, будьте очень внимательны.

— Я буду очень осторожен и внимателен, — пообещал я.

— Лестница находится в углу. Утренний обход уже закончен. У вас есть полчаса до следующего. Будьте предельно осторожны с Роббингс. Ее вам надо опасаться больше всего.

— Будь спокоен, — сказал я. — Ты знаешь, что тебе следует делать?

— Да, но мне бы очень хотелось, чтобы в этом не было необходимости.

— Мне тоже, — сказал я, быстро проходя по коридору.

Я никого не встретил. Я слышал голоса из соседней комнаты, но не остановился, а быстро подошел к лестнице. Оглядевшись еще раз, я поднялся по ней.

Широкая лестница вела прямо на верхний этаж. Я прошел вдоль стальной решетки, окружавшей галерею, на которую выходили двери камер. Мне пришлось пройти мимо заключенного, который стоял на четвереньках и мыл пол. Он несколько отстранился, чтобы дать мне пройти, и я почувствовал, что он посмотрел на меня и, вероятно, спросил себя, кто я такой. Я шел не останавливаясь до тех пор, пока не достиг последнего этажа.

Я знал, что мне осталось всего лишь несколько минут до свидания с мисс Бондерли. Эта мысль вызывала во мне странные ощущения — одновременно и панику, и радость.

В конце лестницы я очутился перед стальной решеткой, но меня это не беспокоило. Митчел снабдил меня универсальной отмычкой.

В тот момент, когда я пересекал лестничную площадку и подходил к решетке, сумасшедшая издала пронзительный вопль, который как бы повис в воздухе, как крик ведомого на казнь. Он прозвучал так близко от меня, был таким сильным и неожиданным, что я просто похолодел от ужаса, и мое тело покрылось холодным потом. Был момент, когда я вдруг захотел оказаться снова внизу лестницы, но я взял себя в руки и продолжал свой путь.

Когда я уже хотел вынуть из кармана отмычку, я остановился. Я вдруг почувствовал, что за мной кто-то наблюдает. Я оглянулся.

Эдна Роббингс стояла в проеме двери, которая находилась посредине коридора. Ее маленькое жесткое лицо было лишено всякого выражения, фигура тонкая, с квадратными плечами, неподвижная.

Я почувствовал, что мое сердце, сделав бешеный скачок, замерло, и не пошевелился. Мне казалось, что мы целую вечность оставались неподвижными, глядя друг на друга. У нее был подозрительный взгляд, но не обеспокоенный. Моя форма стражника успокаивала ее, но я чувствовал, что нельзя больше давать ей времени на размышление. Я медленно направился к ней. Она ждала меня.

— Здесь есть что-то ненормальное, — сказал я, когда оказался совсем рядом с ней.

Ее лицо оставалось бесстрастным.

— Что дает вам повод думать так? — спросила она.

— Я слышал какие-то дикие крики. Я был на этаже ниже и поэтому поднялся, — проговорил я, внимательно глядя на нее.

— Вы на самом деле замечательный и заботливый сторож! — насмешливо проговорила она.

Я мог убедиться, что она свободно выдержала мой взгляд.

— Но вам тут нечего делать. Уходите!

— О'кей, — ответил я, пожимая плечами. — А вам совсем незачем сердиться. — Я шарил взглядом по ее фигуре. — Мне бы не хотелось, чтобы случилось что-либо неприятное для такой красивой девушки, как вы.

— Ах, так? — сказала она. — А ну-ка, идите сюда. Я мгновение колебался. Потом последовал за ней в маленькую комнату, устроенную как кабинет, такую же пустую, леденящую и такую же мужскую, как она сама.

Она прислонилась к письменному столу и скрестила руки на груди.

— Странно, но я вас никогда не видела здесь, — сказала она.

— Я один из новых сторожей, которые приехали из комиссариата, — садясь около нее на угол стола, сказал я.

Мы находились близко друг от друга. Она вынуждена была повернуть голову, чтобы смотреть на меня.

— И все же я вас где-то встречала, — проговорила она с удивленным выражением в глазах.

— Я вас встретил вчера, — ответил я, безбожно солгав. — Я был у заграждения, когда вы проходили. Ее глаза стали жесткими.

— Но вы похожи на нового факельщика, которого я видела в зале вскрытий, — сказала она. Я рассмеялся.

— Ничего удивительного, это мой брат, нас очень часто путают друг с другом. У него, правда, более широкое лицо и он умеет обращаться с женщинами.

— А вы, вы умеете?

Ее голос бы откровенно ироничен. Я бросил на нее косой взгляд.

— Женщины — это мне известно! К тому же я им нравлюсь.

— Может быть для того вы и болтаетесь в женском отделении? — спросила она.

— Эта курочка меня здорово испугала, когда так страшно завопила. Я подумал, что она, может быть, набросилась на вас. Ее взгляд зажегся странным блеском.