Чтение онлайн

— Мне не нужна замена. Я не отдам Томрина, — повторила я жёстко. — Даже не надейся.

— Осторожнее с тоном, девочка, — её голос стал резче. — Не забывай, что они вообще-то не твои. Их купили мы с отцом. Я могу забрать их всех — если захочу.

Я растерялась. Внутри всё сжалось, и я на секунду даже не знала, что сказать. Только одно пришло в голову:

— Тогда я пожалуюсь папе, — выдохнула я с вызовом.

Мать усмехнулась.

— Пожалуйся. Он тебя выслушает. Но если твой четвёртый циск не появится до ужина — я всё равно заберу всех. И посмотрим, как ты будешь выкручиваться.

Она поджала губы, бросила последний холодный взгляд на цисков, и вышла, оставляя за собой шлейф запаха благовоний и угроз.

Дверь закрылась.

А я осталась стоять, пытаясь понять — то ли мне срочно бежать и искать четвёртого, то ли просто зарыться в кого-нибудь из своих и завыть от бессилия.

— Мать у тебя, конечно та еще..., — прошептал Талмер.

— Скорее бы Мей вернулся, — ответила я тихо. — Если он не вернётся…

— Почему ты… вы… так упрямо не хочешь отдать ей Томрина? — раздался за спиной голос Кайрена. Он стоял, скрестив руки на груди, и смотрел на меня с привычной холодной прямотой.

Я резко развернулась к нему.

— Потому что очевидно, что она собирается его пытать.

— И?.. — Кайрен приподнял бровь. — Не понимаю трагедии.

— И ?! — я сделала шаг к нему, голос задрожал от злости. — Какое ещё и , Кайрен?

— Вы и сами нас пытали. На регулярной основе. Это считалось нормой. Традицией. Частью "обучения", как вы это любили называть, — он говорил спокойно, почти отрешённо.

Я сжала кулаки. — Как ты меня достал, — выдохнула я.

Кайрен скривился, но промолчал. Лишь бросил напоследок: — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, лея. — И вышел, оставив меня с Талмером.

Талмер сделал шаг ко мне, обнял за талию, прижал к себе, мягко поцеловал в висок, потом в щеку, ниже — в губы. Долго, нежно. — Всё будет хорошо, — прошептал он. — Я с тобой.

Я уткнулась лбом в его плечо, позволила себе один глубокий вдох. Но потом выпрямилась и, отступив на шаг, тихо сказала:

— Уйди, пожалуйста. Мне нужно подумать.

Он кивнул, взгляд мягкий, понимающий. — Если что — я рядом, — тихо сказал он, провёл пальцами по моей щеке и вышел, не обернувшись.

Комната опустела. Осталась только я — и невыносимый шум в голове.

Я какое-то время приводила в порядок стол — аккуратно складывала документы, убирала книги в шкаф. Пальцы дрожали от всего, что произошло за утро, но я старалась сосредоточиться. Радовало одно: родители не стали проверять мои финансовые записи. Ограничились «испытанием» Талмера, и слава богам.

Убирая очередную папку, я вспомнила, как он сказал, что я буду «послушной девочкой». И — улыбнулась. Сама себе. Наглость Талмера была... какой-то особенно органичной. Как будто ему это позволено. Как будто это часть какой-то старой игры, в которую мне вдруг захотелось играть.

Потом я вспомнила про Мея.

Выдохнула, стряхнула с юбки пыль и пошла в холл. Остановилась у окна. Постояла.

Глупо. Если он идёт — я всё равно не увижу его отсюда.

Я поднялась на веранду, что была на этаже выше. Там, в тенистом углу, стояло кресло. Я села в него, подтянув ноги, обняла себя за плечи и уставилась в даль.

С этого ракурса, при желании, я смогу увидеть, когда он появится. Если появится.

Ветер шевелил занавески, и откуда-то доносился запах пыли и цветов. Я сидела, слушала ветер и ждала.

Глава 32

Кайрен

— Поверить не могу, что ты это скрыл! — я набросился на Талмера, едва он переступил порог общей комнаты.

Он спокойно прикрыл за собой дверь, будто я не собирался его придушить на месте.

— Это тебя не касается, — отрезал он.

— Это касается всех нас! — рявкнул я, сжимая кулаки. — Ты хоть понимаешь, что это значит?

— Ты сказал мне, что она чудовище. Что то, что она сделала со мной в первый день, — это не вспышка ярости, а её обычное поведение.

Я кивнул. Да. Именно так я и сказал. Потому что это была правда.

— Но это был единственный раз, когда она повела себя… неадекватно. Всё остальное время она была другой. Совсем другой. Нежная. Чувственная. Добрая.

Я уставился на него, как на сумасшедшего.

— Что за бред ты несёшь?

— Она не замкнула на себе метку, Кайрен, — сказал он. — Просто не стала. А когда я… консумировал нашу связь, я чувствовал всё, что чувствовала она. И там не было ни капли злобы. Ни грамма ненависти. Она сказала, что хочет быть моей. Искренне.

— Она тебе лгала, слепой ты идиот! — прошипел я. — Она врала всю жизнь, а теперь ты решил, что пара ночей всё изменили?

— Мне нельзя солгать, Кайрен, — холодно произнёс Талмер. — Я чувствую ложь. Она говорила правду. Моя жена чудесная. И ты не посмеешь её тронуть.

— Ты с ума сошёл? — я чуть не поперхнулся.

На наши крики вышел Томрин. — Жена? — Томрин уставился на Талмера, будто тот только что признался, что женился на… ну, на Таше. Что, собственно, и произошло. — Ты серьёзно? Она решила стать женой циска?

Ну, хотя бы не только я один чувствовал себя придурком.

Таша за пару дней изменилась до неузнаваемости. И неважно, сколько раз я это повторял — я всё равно ничерта не понимал.

Талмер лишь кивнул, а потом, будто нарочно, добавил:

— И она не отдала тебя Карин. Даже когда мать потребовала.

Я почувствовал, как внутри всё сжимается.

— А ещё не захотела, чтобы мы на потеху Карин избивали друг друга, — хмыкнул Томрин. — Даже рискнула жизнью.

— Чем она рисковала? — фыркнул я.

— Это ты взял кинжал и чуть не убил мою женщину! — рявкнул Талмер, и я почувствовал, как по позвоночнику пробежал холодок.

Мою женщину. Да он точно помешался.

— Ты хотел её убить?! — Томрин смотрел на меня в полном шоке.

— Вы оба что, объелись перебродивших фруктов? Конечно, хотел! Потому что она чудовище! — выкрикнул я, чувствуя, как снова закипает ярость. — Вы забыли, что она с нами делала?! Или вам в голову ударила жалость, потому что она разок вас не ударила?!