Чтение онлайн

Воздух вздрогнул от нечеловеческой ярости.

Тело, что давило меня к шелковым простыням, взвилось в воздух — не поднятое, а вырванное, как сорняк из земли, безжалостно, с такой силой, что я почувствовала, как ветер хлестнул по щекам.

Эллинер стоял посреди комнаты, как ураган, сорвавшийся с цепи.

Его грудь вздымалась. Изо рта вырывался пар, будто он уже не дышал воздухом, а сжигал его изнутри.

Его глаза — две щели, вертикальные, как у хищника в ночи. Кожа на скулах натянулась, и сквозь неё проступила чешуя — тёмная, почти чёрная. Не узор. Не иллюзия. Настоящая. Живая.

— Ты сказал… что? — прошипел подонку, которого держал за горло.

Мерзавец задыхался, брыкался, но не мог вырваться. Его ноги болтались над полом.

— Эллинер, подожди, это шутка! Просто игра! Мы же… — начал он, но не договорил.

Генерал бросил его.

Не в дверь. Не на пол.

В окно.

Стекло разлетелось в брызги, как лёд под копытом.

Осколки сверкнули в свете люстры.

Крик оборвался на полуслове.

Тишина.

Секунда.

Другая.

Двое дружков, не сговариваясь, бросились к двери.

Без криков. Без попыток оправдаться. Просто — побежали, как крысы. Им не хотелось ждать своей очереди.

И снова тишина.

Она накрыла комнату тяжелым покрывалом. Только снег шуршал за окном, да дыхание генерала — рваное, звериное, будто он сдерживал пламя ярости в груди.

Я видела, как в спальню врывался снег.

Холодный, белый, невинный.

Как стоит посреди комнаты разъяренное чудовище. Горячий пар его дыхания смешивался с ледяным ветром улицы.

Эллинер не бросился в погоню.

Но я чувствовала, что он убьет их.

Не сейчас. Позже.

И я никогда не узнаю, как и где это произошло.

Генерал сделал шаг в мою сторону. Потом ещё один.

Тяжело опустился на край кровати, будто его ноги отказывались держать вес собственной ярости.

Его рука — дрожащая, с когтями — медленно потянулась к моему плечу.

Я не отстранилась, глядя на чудовищные когти.

Не могла.

В тот момент, когда рука коснулась моего плеча, она стала человеческой.

Пальцы коснулись разорванной ткани осторожно, почти благоговейно — как будто боялся, что я рассыплюсь, если он двинется слишком резко.

— Дита… — выдохнул он.

Имени хватило.

В следующее мгновенье он сорвал меня с постели, прижал к себе так, будто хочет вдавить в свою плоть, спрятать в рёбрах, где я стану частью его сердца — и тогда никто, никто, даже он сам, не посмеет дотронуться до меня.

Я чувствовала, как дрожит его горячее тело.

Не от холода.

От ярости, которую он загнал внутрь, чтобы не пугать меня.

Я прижала ладонь к его груди — и почувствовала, как под кожей бушует жар.

Как будто в нём — целый вулкан, который он сдерживает ради меня.

Снег врывался в комнату, цеплялся за расстёгнутый алый мундир, таял на его чешуйчатых скулах и растрёпанных волосах.

Я чувствовала, как его сердце колотится под моей щекой — быстрое, горячее, почти звериное.

Эллинер сделал вдох и закрыл глаза. Словно пытался погасить собственное пламя усилием воли.

Ещё один вдох.

И на меня смотрели глаза не зверя. Человека.

Узоры на скулах исчезали с каждым глубоким вдохом.

Я чувствовала, как под пальцами дрожит его кожа. Как бешено колотится сердце — не от страсти. От ужаса.

Его ужаса.

За меня.

— Ты… — прохрипел он, и его голос был пропит дымом и болью. — Ты в порядке?

Я не могла ответить.

Губы дрожали. В горле стоял ком из слёз, страха и облегчения, которое было острее самой боли.

— Больше… никогда… не смей… — прохрипел он, и голос его дрожал не от ярости. От страха. — Не смей молчать. Не смей терпеть. Не смей думать, что я не услышу.

А я…

Я прижалась к нему и впервые за эти дни перестала дрожать.

Потому что теперь его тело говорило.

Зверь внутри. Я чувствовала его…

И он говорил со мной.

Без слов.

Но я его понимала.

Он сказал, что если бы весь мир обрушился на меня — он бы заслонит меня собой.

Даже если для этого придётся обернуться драконом и сжечь всё дотла.

Я посмотрела на его лицо.

Тень чешуи, как будто дракон внутри не хотел уходить.

— Всё хорошо, — выдохнула я, желая помочь. — Ничего не случилось. Ты успел…

— Зачем ты это говоришь? — послышался хриплый голос, а меня опалило жарким дыханием.

— Я… я хочу тебе помочь успокоить… его, — прошептала я, чувствуя присутствие зверя совсем близко.

— Ты не успокоишь его, — прошептал генерал. — И он не уйдёт.

— Почему? — прошептала я.

— Потому что он хочет тебя.

Я чувствовала.

Слышала его.

И я не могла объяснить, как это у меня получается.