Чтение онлайн

— Всё! Мне это надоело! Ты и Шуйский — марш за шкаф! — Сергей Владимирович ткнул пальцем в стоящую на некотором отдалении от стены книжную полку, за которую обычно складывали спортивную форму, ненужные больше в этот день книги, старые стенгазеты, подарки к праздникам и различный мусор. — И чтоб на моих уроках сидели только там! Учить-то вы и так ничего не учите, а так может хоть остальным мешать не будете.

Игнат с Андреем переглянулись, ухмыльнулись, подхватили свои стулья и отбыли в указанном направлении.

Кутас продолжил урок, но лучше стало: из-за шкафа то и дело доносились выкрики типа: «Восемь!», «Валет!», «Куда карты из отбоя таскать?!», «Шулер недоделанный!», «А я тебе козырным тузом!» и другие.

— Так, 7 «А», я хочу сделать объявление! — заявил Кутас. — Эй, там, за шкафом, вы тоже послушайте! — Из-за шкафа медленно вылетел самолётик и спланировал на парту к Маргарите. Девочка отдала безделушку классному.

Кутас хотел было его выкинуть, но оценив профессионализм, с которым самолёт был сделан, спрятал себе в шуфлятку.

— Так вот, что я там хотел сказать?.. А, да. Как вы знаете, наша гимназия борется за звание лучшей если не в Минске, то в районе. По внешнему виду она ещё ни разу не проигрывала: Мороз Ольга Игоревна лично это контролирует, — с парт послышалось согласное хмыканье. — На олимпиаду бороться с Макаронкиным от нашей школы идёт Максим, так что тут мы тоже имеем все шансы на победу… — раздались аплодисменты в сторону отличника, и Максим склонил голову и поднял руку в знак признательности за моральную поддержку. — Но оценивают не только оформление и наличие вундеркиндов.

Кутас сделал театральную паузу.

— На этот раз оценивают ещё и общую успеваемость учеников. Поэтому в этом году все классы будут сдавать экзамен по шести предметам.

Класс взорвался возмущёнными воплями в знак протеста, а из-за шкафа вылезла швабра, к которой был прикреплен плакат «СКАЖИ ЭКЗАМЕНАМ «НЕТ!»

— И нечего на меня так смотреть! Это не я придумал, — предупредил Кутас.

*

— Мне Оля одну интересную вещь сказала, — сообщила Вера подругам, когда они поднимались к кабинету истории на урок Барисовой. Девочки уже немного свыклись с тем, что до большой перемены они друг другу ничего не скажут, сумели обуздать своё любопытство и снова начали разговаривать.

— Ну и? — вяло поинтересовалась Люба. Надя как обычно молчала.

— У нас биологица на больничный ушла, будет замена. Пока ещё неизвестно кто, — Вера, вздохнув, поставила портфель на пол рядом с дверью кабинета и устало прислонилась к стенке. Что-то первый день четверти тяжело даётся.

Она смотрела, как КиШ раскручивают физрука Кису на очередные десять рублей, и сердце сжималось от сладкого чувства предвкушения и горького — сожаления. Они смогут расшифровать Книгу! Вдруг там и в самом деле будет что-то… фантастическое?.. А если нет? Вдруг это окажется, как сказала Люба, какой-нибудь учебник истории?

Кстати, об истории…

— Матвеенская! — необъятная Тамара Ивановна вплыла в коридор и зазвенела ключами. — Мне не нравится, как ты стала работать! Ленишься! Думаешь неизвестно о чём! Небось одни хлопцы на уме! Историю учить надо!!! И ты, Калоша Наталья, тоже деградируешь! Рыба гниёт с головы, а класс — со старосты! Заходите! — кивнула она классу.

Вера быстренько юркнула в класс и села на последнюю парту. К ней подсела Надя, настороженно поглядывая, как грозная учительница читает Игнату лекцию о том, как полезно носить шерстяные носки летом и ложиться спать в восемь вечера. А ещё лучше в шесть.

— Конечно, Тамара Ивановна! — согласно кивал Кочан. — Я всегда надеваю летом не меньше трёх пар носков и не выхожу из дома без валенок, тулупа и шапки-ушанки! А спать вообще в четыре ложусь (правда, утра, но Игнат не стал это уточнять)!

Начался урок стандартно (то есть с обращённого к Исрафиловой повеления Тамары Ивановны выкинуть жвачку в мусорку). Барисова пространственно излагала материал о культуре латиноамериканских народов в восемнадцатом веке. Люба тихо посапывала, положив голову на сложенные на парте руки и накрывшись учебником. Почему-то по математике. Аня, расположив на коленях зеркальце, аккуратно красила губы. Максим скучал — он знал всё это ещё в пятом классе, а Марго внимательно слушала, сидя прямо перед Барисовой, пока сидящая рядом Машка читала под партой какую-то книгу. Она, как и Вера, любила фэнтези. Федя пачкал парту корректором.

И тут эту идиллию нарушил звонок чьего-то мобильного.

Барисова грозно нахмурилась. Все испуганно замерли, переглядываясь. Не выключить телефон на уроке Барисовой — поступок не самый умный.

— Кто телефоны на уроке не выключает?!!! — загремела Тамара Ивановна. — Сейчас к директору… нет, к Мороз Ольге Игоревне в кабинет заведу!!!

7 «А» начал испуганно сползать под парты. Вид у всех был недоумённый.

— НУ!!! Я ЖДУ! КТО СЕЙЧАС ЖЕ НЕ ПРИЗНАЕТСЯ — ДВА БАЛА ЗА ЧЕТВЕРТЬ!!! НЕТ, КОЛ!!!!!

А телефон-то всё звонит.

— Дневник на стол!!! Родителей в школу! Из гимназии выкину!!!!!

— Тамара Ивановна, — подала робкий голос Скуратова Марго.

— ЧТО?!!! Маргарита?! Ты? Ты не выключила телефон?! Да ещё и не признавалась? Такая умная девочка? Как тебе не стыдно?!

— Тамара Ивановна, это не я! — поспешно заверила Марго, взмахнув длинными загнутыми ресницами. — Но это не у нас. Это ваш телефон.

Повисла пауза. Барисова слегка смущённо оглядела аудиторию тёмными, маленькими глазками. Телефоны на уроках предписывалось выключать не только ученикам, но и учителям.

— Ой, это мне звонят? Что ж вы раньше не сказали?! А где ж мой телефон?..

Историчка вытащила из-под стола сумку и начала увлечённо выискивать в ней надрывающийся сотовый. Копалась, копалась, но так и не докопалась. Стала вынимать содержимое сумки на стол.

О-о-ой, сколько всего может поместиться в обыкновенной с виду дамской сумочке! Особенно если она принадлежит Тамаре Ивановне.

Ключи, зажигалка, спички, ручки, три платка, губная помада, паспорт, блокнот, журнал, пакет апельсинов, зубная щётка, кофта, справочник садовода, стопка ученических тетрадей, бутылка лимонада, дамский роман, носки (явно мужские), фотоальбом, домашние тапочки, колготки… Только телефона всё не было.

Барисова удивлённо поглядела на сумку, перевернула её вверх дном и потрясла. Потом раскрыла пошире и сунула туда голову.

Не выявив искомого, Тамара Ивановна принялась обхлопывать себя по многочисленным карманам, потом стала в них рыться…

7 «А», стараясь сдержать рвавшийся наружу смех наблюдал за историчкой. А учительница тем временем уже вылезла из-за стола и открыла сначала внутренний карман пиджака, потом наружные, потом карманы блузки, потом юбки… Даже попрыгала на месте немного: видно, надеялась, что он всё-таки откуда-нибудь выпадет (от каждого прыжка пол ощутимо сотрясался).