Чтение онлайн

— Было бы что возвращать, — потрясенно пробурчала Вера.

— А чё? Прикольно, — отозвалась переливающаяся всеми цветами радуги Аня, стаскивая с себя куртку, заставив всех снова разинуть рты.

— Слушай, а ты уверена, что это подходящая одежда для января? — поинтересовалась Ната, разглядывая розовую мини-юбку и голубой топ. В ушах у Анны болтались огромные пластмассовые кольца, на руках такие же браслеты, а на ногах — коротенькие сапожки. Если бы не эти сапожки, Аню можно было бы принять за папуаску, живущую где-нибудь в Африке, а не за школьницу, которая пришла учиться январским днем в родную гимназию.

— Ой, Анечка, а ты лечиться не пробовала? — страдальчески произнесла Надя.

— Пробовала. Ничего не помогает. Так какой сейчас урок?

— Математика, — наморщив нос, ответила Ната, вглядываясь в выуженное из портфеля расписание.

Шумная толпа без умолку болтающих восьмиклассниц ворвалась в раздевалку, и Вера, Надя, Оля, Аня, Ната и Люба поспешили её освободить, направляясь в кабинет № 311 на урок, под страшным названием «математика».

Проходя мимо зеркальных колонн, Люба внезапно кинулась за одну из них и присела, вглядываясь в проходящую неподалеку группу мальчишек.

— Эй, Любчик, ты чего? — поинтересовалась Ольга, засовывая в рот жвачку.

— Это он, — сдавленным голосом прошептала Люба, в ужасе стукнувшись лбом о колонну. — А я, наверное, сейчас ужасно выгляжу!

— Ты выглядишь отлично! Но, думаю, он удивится, если увидит тебя сидящей за колонной и бьющейся об оную лбом с расширенными от ужаса глазами. — Вера тоже увидела в группке пацанов, остановившихся напротив, шестиклассника Вову, предмет воздыханий Любы (на данный момент). — Пойди, поздоровайся с ним! — она тихонько пнула скорчившуюся подругу носком сапога.

— Может, лучше не стоит? Ведь мы встречались с ним всего пару раз, — Люба снизу вверх смотрела на друзей жалобными зелёными глазами.

— Нет, стоит. Ты ведь мне только вчера по телефону жаловалась, что он про тебя забыл! Так напомни ему! Сама ведь потом себя за нерешительность на колбасу пустишь, да ещё и упакуешь, и в магазин отошлёшь!

Люба тяжело вздохнула, встала, поглядела в зеркало и, пригладив слегка растрепавшиеся волосы, решительно подошла к мальчишкам. Стараясь приветливо улыбаться и унять клацавшие от страха зубы, она обратилась к Вовочке и обменялась с ним парой фраз, а потом с триумфальным выражением на лице возвратилась к терпеливо поджидающим и отчаянно за неё болеющим одноклассницам.

— Ну, как?

— Что он сказал?

— А как отреагировали его друзья? — посыпались вопросы.

— Всё в норме. Потом расскажу. Мне надо прийти в себя. Но какой же он красивый! — выдохнула Люба, на секунду присев и прижав руки к груди, а потом, решительно взяв Надю и Веру под руки, пошла по направлению к лестнице, дав остальным понять, что разговор окончен и будет продолжен на уроке с помощью «секретного оружия» — тетради по переписке[2].

На математике Люба села с Верой и, разложив на парте все необходимые принадлежности, поманила рукой сидящую на соседнем ряду Надю.

— Ну что, сейчас у Максима спросим, или на истории? — спросила она, выискивая в гомонящей толпе одноклассников отличника.

— Про что, про отпечаток в часов…

— Тс-с-с! Да.

— А чего шептать-то? Все равно нас никто не слушает, у всех свои проблемы, а если кто и услышит, то все равно не поймет, про что мы, — заметила Вера, присаживаясь на парту.

— А как будем спрашивать? — поинтересовалась Надя. — Нужно сформулировать вопрос.

Но тут зазвенел звонок, в класс вошла училка по кличке Терезка, и Надя поспешно убралась на свою парту. Терезка начала объяснять новую тему, но Надя быстро поняла, что тема скучная и непонятная, и стала наблюдать за подругами. Вера и Люба тоже не обращали на учительницу никакого внимания, они о чем-то увлечённо спорили. Однако вскоре они успокоились, а ещё через минуту Наде на стол пришла крохотная записка. Девочка с сожалением подумала, что придется вырывать лист из своей тетради, так как на этом клочке бумаги ответ не поместится. И почему они не захотели воспользоваться тетрадкой для переписки? Но, прочтя записку, она поняла, что ответа не потребуется. Там было всего два слова: «На истории». Возражения явно не принимались.

*

Всласть помусолив в тетради встречу Любы и Вовы, все одноклассницы, которые были в курсе её любовных дел, успокоились, а сама Люба с трудом дождалась перемены, чтобы спокойно обсудить поведение возлюбленного с теми, кому доверяла больше всего: с Верой и Надей.

Подруги вышли из кабинета и заперлись в туалете. Люба печально уселась на свой портфель и вздохнула.

— Послушай, — первая прервала молчание Вера. — Я, конечно, понимаю, что тебе необходимо с кем-то поделиться своими переживаниями, но скажи честно, почему ты рассказываешь обо всём всему классу? Ну, сама подумай: из семнадцати девчонок нашего класса двенадцать, не считая тебя, знают про каждого твоего нового парня во всех подробностях! Неужели тебя это не смущает?

— Ну, не знаю… Так как-то само получается. Случайно. Да и они сами спрашивают…

— Потому, что привыкли, что у тебя каждую неделю новая любовь! Может, пора остановиться, ты так не считаешь?

— Ну, во-первых, не каждую неделю, — возмутилась Люба. — Взять хотя бы того, который был перед Вовочкой — целых два месяца! Да и сам Вова уже месяц…

— Это метафора, смысл-то один и тот же — ты слишком часто влюбляешься и слишком многим об этом рассказываешь! — слегка раздраженно прервала её подруга.

— Может быть, но что я могу с собой поделать? — Люба снова вздохнула. — Ну да ладно. Мне сейчас хочется просто все спокойно с вами обсудить. В тетради ведь всего не расскажешь… В общем, мне не совсем понравилось как он, или, точнее, его друзья на меня смотрели.

— А в чём дело? — поинтересовалась доселе молчавшая Надя, с непонятным упорством отколупывая от стены белую плитку.

— Ну, как вам сказать, — последовал очередной вздох. — Насмешливо, что ли. А Вова очень прислушивается к мнению друзей. Сначала он мне улыбнулся, а потом увидел рожи своих приятелей, и тоже стал смотреть на меня… как бы свысока. И говорил как-то неохотно… Я тогда была очень рада что его увидела и не обратила внимания, а теперь…

— Ну, зато теперь ты сможешь сделать несколько выводов: во-первых, ты ему нравишься, но он тебя не любит. Во-вторых, чтобы завоевать его любовь, ты должна будешь понравиться всем его приятелям, или хотя бы большинству. В-третьих, из второго пункта ты можешь понять, что ты для него значишь намного меньше, чем друзья. И, наконец, в-четвертых, третий пункт должен заставить тебя понять, что твой Вовочка — ничего не стоящая эгоистичная свинья, и что самый выгодный для тебя вариант — послать его куда подальше, — закончив свою длинную триаду, Вера села на батарею и, закинув ногу на ногу, выжидательно уставилась на подругу, ожидая ответа.

Люба же беспомощно глянула сначала на Надю, потом на её портфель, потом в окно, потом на бочок унитаза, словно ожидая от них помощи. Наконец она посмотрела на Веру и тихо сказала:

— Не могу.

— Но почему?! — подпрыгнули от удивления обе девочки, которые привыкли, что Люба никогда не расстраивается из-за парней, да и вообще, она сама бросала их чаще, чем они её.

— Я люблю его, — еще тише сказала девочка, глядя в пол. — Наверное, первый раз в жизни по-настоящему люблю. Очень сильно.