Чтение онлайн

– Григорий... Нестеров.

– Гришка, значит? Ну, будем знакомы. Эй, барышня, нам бы выпить-закусить-закурить!

Заказ он делал не глядя в меню, одновременно успел приметить, что Гриша косится на танцующую пару девчонок и спросил лукаво.

– Тебе что, эти сявки приглянулись? Оставь! Этого добра здесь побогаче, чем мух в сортире. У тебя что - неприятности? Дела не заладились?

– Почему?

– Сидишь квелый, как воробей на морозе! Слушай, ты не Ярославский, да?

– Да...

– Во какой у меня глаз!
– восхитился собственной проницательности Слава.
– Сразу определил! Откуда прибыл? Подожди... Ты не из зоны свалил, а? Что-то в тебе такое...

Гриша не то чтоб не понимал собеседника, а не мог угнаться за скоростью, с какой Слава менял темы разговора.

– Я хворал, в больнице долго лежал.

– Оклемался теперь?

– Да.

– Забудь про невзгоды! Они нас сами достанут! Долго лежал?

– Пару лет, - осторожно ответил Гриша.

– Мама мия!
– поразился Слава.
– Так это ты целый год водочки не принимал и дамочек не щ-чупал? Я бы и без болезней при таком режиме подох! Ну, тогда тебе надо встречу по высшему разряду организовать! Ты где здесь остановился?

– Да тут. Недалеко...

– Все, братан, такое дело надо отметить! А я сразу увидел, что ты какой-то не такой! Послушай, а тебе выпить-то можно?

– Можно. Немного.

– Так надираться и мне сегодня не с руки!

Первую обьемистую рюмку Гриша просто не распробовал ни по вкусу, ни по температуре. И показалось, что эффекта от неё - тоже никакого.

– А вечером, Гриша, мы с тобой погребем в одно местечко, там будет повеселей. Познакомишься с моими друзьями, пристроим тебя к делу и все будет путем.

Гриша уже не помнил, когда он успел сообщить собеседнику, что в данный момент у него "не все путем". Он видел лишь, что поданная на стол бутылка водки - уже пуста, а официантка принесла вторую и Слава открывает её сам, - шустро и быстро.

– С меня хватит, Слава...

– Да? Набрался? А по тебе не видно! Крепко градус держишь! Ну, мы по чуть-чуть, а что не употребим, возьмем с собой.

– У меня куртка в гардеробе...

– Не забудем твой куртец, не бойся. Я мужиков с зоны уважаю. Ты ведь из зоны, поколись!

– В восемь надо быть возле почты... Коля будет ждать.

– Будем! Куда денемся? Найдем твоего Колю!

Гриша поднял голову и к своему удивлению обнаружил, что зал наполнился, на эстрадке сидел оркестр и бойкий парень кривлялся возле микрофона, выкрикивая что-то в зал, но слов его разобрать было невозможно.

...Кто-то упрямо тряс его за плечо и Гриша перевернулся. Он лежал на узком диване, прикрытый своей курткой, под потолком светила лампочка без абажура.

– Вставай, Гришка!
– весело позвал Слава.
– Ты что сломался так скоро?! Прими рюмашку и поедем.

Он увидел перед собой руку с большой рюмкой, потом из желтого тумана выплыло лицо Славы.

– Мне на почту надо. В девять.

– Туда и поедем! Давай, не тяни, нас ждут.

Он опрокинул рюмку в рот, раскаленная жидкость обожгла горло и сразу в голове немного прояснилось, во всяком случае настолько, чтоб понять, что в комнате кроме дивана, стоят ещё три кровати при тумбочках, в углу старый телевизор, возле дверей - большой шкаф.

– Добро?
– Слава заботливо заглянул ему в глаза.

– Да...

– Ну, пошли.

Гриша безвольно поднялся и послушно пошел следом за Славой. Он помнил, как с ним познакомился, помнил, что утром вышел из больницы. Помнил про кафе "Волга" и неясен был лишь путь, каким он добрался именно до сюда.

– Сколько времени?
– спросил он.

– К девяти успеем. У нас тачка.

На широкой лестнице встречались какие-то люди, не здоровались и лиц их Гриша не различал, но подумал, что попал в какое-то общежитие.

Они вышли на темную улицу и Грише стало холодно. Они сделали десяток шагов, повернули за угол и двинулись к приземистой темной машине, около которой курили двое парней.

– Все в сборе?
– окликнул один из них.

– Все! Это наш Гришка! Едем.
– ответил Слава.

Он повернулся, подхватил Гришу под руку и слегка подтолкнул к открытым дверям автомобиля.

– Садись, Гришаня. До места долетим мухой.

В салоне было тепло, пахло хорошими сигаретами и чем-то слегка кисловатым. Гриша оказался плотно зажатым теплыми телами, Слава уселся рядом с водителем, повернулся и спросил заботливо.

– Как ты, Гриш?

– Нормально...

Машина тронулась и огни фонарей в неспешном ритме замелькали в ветровом стекле. Гриша почувствовал, что его разморило, вновь потянуло в сон.

– Еще на грудь принять не хочешь, Гришань?

Он ответил.

– Чуть-чуть.

Сосед его справа утробно проворчал.

– У меня зубы болят. Налей, Славик, и мне пару капель. На каждый зуб.

Слава засмеялся и поначалу подал стакан Грише, потом - его соседу.

– Здесь направо.
– сказал Слава водителю.
– Еще сто метров и стой.

Гриша позвал.

– Слава... Мне на почту...

– Туда и едем, братан!

Машина остановилась, Гриша вышел на тротуар и оглянулся. Улица была широкой, по обеим сторонам высились большие дома, ярко светились окна.

– Идем, - позвал Слава.
– Сейчас возьмем твоего друга у почты и поедем в одно место.

Гриша смутно понимал, что все выстраивается странно и непонятно, но собственной воли не было даже для оценки происходящего. Земля под его ногами слегка покачивалась и было по глупому радотсно, сохранялось ощущение ожидания какого-то грядущего веселья.

Они свернули на боковую улочку и Гриша неожиданно увидел перед собой яркие рекламные щиты с изображением зверей, за ними - застывшие в воздухе люльки каруселей, мелькнула в темноте слегка высвеченная афиша "ЯРМАРКА". С некотором напряжением Гриша припомнил, что возле почты на площади никакой ярмарки не было...

Они уже вошли в темноту и двигались мимо темных однообразных строений, напоминающих Грише маленькие домики из фанеры и жести, потом он смекнул, что попал в торговые ряды ярмарки, которые по вечернему часу стояли закрытыми и безлюдными.

– Подожди немного.
– Слава придержал его за плечо и тревожно глянул в лицо.
– Ты простыл вовсе. Надень мою шляпу. И шарф намотай, простудишся еще.

Он снял со своей головы широкополую коричневую шляпу, надел её на голову Грише и умотал его шею белым шарфом.