Чтение онлайн

Продовольственный кризис был вызван не истощением ресурсов воюющей страны, а низкими твердыми ценами на хлеб, которые установило государство. Нехватка хлеба стала ощущаться даже в ресторанах. «Во многих ресторанах и сто­ловых обед подавался с очень ограниченной порцией хлеба, а в некоторых хлеб вовсе не подавался...
– Приходите со своим хлебом-с!
– заявляли "человеки" (так презрительно называ­ли официантов.
– С.Э.)...» 396Наиболее проницательные со­временники прекрасно осознавали, что «продовольственный кризис - это в значительной мере кризис хозяйственных отношений между городом и деревней» 397. Предпринятая властью попытка регулировать рыночные цены на хлеб не­замедлительно привела к его исчезновению с рынка. «Как только были объявлены низкие постоянные цены, - подвоз хлеба прекратился. Крестьяне, явившиеся с нагруженными возами, заворачивали оглобли и с ругательствами уезжали с базара» 398. Пусто стало не только на городских, но и на деревенских базарах. «Муки и хлеба нет, нет и мяса...» 399Промышленность практически полностью работала на оборону страны. Об удовлетворении нужд деревни никто не заботился. Крестьяне, сдающие свой хлеб государству по твердым ценам, были вынуждены втридорога покупать в городе промышленные товары: на них твердые цены не были установлены. Возникли ножницы между ценами на хлеб и промышленные товары — и крестьяне предпочли вернуться к натуральному хозяйству в деревне. Как только началась Первая мировая война, в Российской империи был повсеместно введен «сухой закон»: полностью прекратились производство и продажа спиртных напитков. Государство лишилось значительной доли своих прежних доходов. В деревнях стало процветать самогоноварение. Тайные во­дочные заводы стали плодиться, как грибы. Производство самогона было делом исключительно рентабельным и по­зволяло крестьянам изыскивать деньги для приобретения постоянно дорожающих промышленных товаров. А в это время даже армии не хватало хлеба: в феврале 17-го войскам действующей армии был прекращен отпуск хлеба на при­готовление кваса 400. Вот почему крестьянин, укрываюпщй хлеб от государственных реквизиций и перегоняющий зерно через самогонный аппарат, вызывал нескрываемое раздраже­ние как власти, так и горожан. Сформировался устойчивый антагонизм между городом и деревней. Сельские жители, готовые отдать последнюю голову скота для нужд действую­щей армии, считали «обидным для себя» кормить дешевым мясом городских жителей. По этому поводу выборные от схода поселян одного из донских хуторов подали формен­ную жалобу окружному атаману. «Мы сами, — говорится в жалобе, — не едим мяса. Полагаем, что и городские жители не помрут без него. Если последний скот съедят в городах, то пахать будет нечем, и мы можем остаться без хлеба...» 401Вечером 23 февраля 1917 года в Петрограде обнаружи­лись «первые признаки народного движения». Началась Февральская революция. Во время обсуждения продоволь­ственного вопроса, переросшего в вопрос политический, на заседании Государственной думы выступил крестьянин К.Е. Городилов. Оратор утверждал: «Низкие цены на хлеб погубили страну, убили торговлю и всё земледельческое хозяйство... Крестьян снова закрепощают. Их заставляют засевать поля и отдавать хлеб по низким дешевым ценам» 402. Оратор настаивал, чтобы твердые цены были распростра­нены не только на хлеб, но и на все предметы, в которых нуждается деревня. Выступление Городилова неоднократно прерывалось возгласами: «Браво, браво!» И тогда слово взял депутат А.И. Шингарев. Он не отрицал ни рознь города и деревни, ни тяготы, выпавшие на долю крестьян. Однако депутат полагал, что государственная власть имеет право взять хлеб у крестьян за бесценок. «Хлеб должен быть доставлен армии, населению, рабочим, работающим на оборону, и городам. Мы со своей стороны должны сказать с этой высокой трибуны: хлеб надо подвезти, его надо сдать... Госдума должна сказать всем, кто имеет хлеб: дайте его!..» 403

Так столкнулись две правды. Добиться компромисса было нельзя.

Вопрос существования твердых закупочных цен на хлеб стал самой важной и системообразующей российской проблемой, вокруг которой группировались все остальные. Эта проблема подрывала единство нации и угрожала суще­ствованию государства. Февральская революция не только не смогла решить эту проблему, но даже не рискнула присту­пить к ее решению. Шла война, и Временное правительство не осмелилось оставить действующую армию без продоволь­ствия и не отважилось отменить твердые закупочные цены на хлеб. 25 августа 1917 года в газете «Московский листок» был сделан неутешительный вывод: «Правительство не решается отменить твердые цены, так как это означало бы банкротство казны. Скачок цен на хлеб при отмене твердых цен явился бы непосильным для государственного казначей­ства, так как четверть мужского рабочего населения состоит на иждивении казны... Выхода в том направлении, в котором продовольственная политика ведется сейчас, — нет. И мы неудержимо катимся к продовольственной катастрофе» 4". Продовольственная катастрофа породила агонию уголь­ной промышленности в Донецком бассейне. Несмотря на то что в Екатсринославской губернии был собран богатый урожай, крестьяне отказались дать хлеб рабочим. Добыча угля неуклонно снижалась. Железные дороги, фабрики и заводы в любой момент могли остаться без топлива и были бы вынуждены прекратить свою работу. Продовольственная катастрофа породила развал всей хозяйственной жизни страны и угрожала неминуемым развалом государства.

И каким бы чудовищным ни казалось нам сейчас то, что произошло в октябре 17-го, население страны уже было психологически подготовлено к большевистскому экстре­мизму. Населению не нужно было объяснять ни что такое насильственное изъятие хлеба у крестьян, ни что такое экс­проприация. За годы войны городские жители - от рабочего оборонного завода до чиновника, от работника городского хозяйства до учителя — все были приучены к тому, что государство берет на себя решение их насущных бытовых проблем. И как бы плохо оно это ни делало, именно на госу­дарственное вмешательство, а не на свободный рынок упо­вали изголодавшиеся горожане. Большевики лишь после­довательно довели до логического конца ту экономическую политику, основные контуры которой были очерчены еще в годы Первой мировой войны, когда власть стала переводить экономику страны на мобилизационные рельсы.

То самое неприятие буржуазных ценностей и личной ответственности, которое в течение нескольких поколений демонстрировало русское образованное общество, привело к тому, что русский интеллигент легко воспринял идею всепроникающего вмешательства государства во все сферы жизни общества — от снабжения населения продоволь­ствием и топливом до государственного диктата в сфере культуры.

1 Писемский А.Ф.Пьесы. М.: Искусство, 1958. С. 373 (Библио­тека драматурга).

2Там же. С. 374.

3Там же. С. 386-387.

4 Надсон СЯ.Поли. собр. соч.: В 2-х тт./ Под ред. М.В. Ватсон. Т. 2. Пг. (1917. С. 524.

5К.Р. Избранная переписка. СПб.: Дмитрий Буланин, 1999. С. 300.

6 Надсон СЯ.Полное собрание стихотворений / Вступ. ст. Г.А. Вялого; Примеч. Ф.И. Шушковской. 2-е изд. М.-Л.: Сов. писатель, 1962. С. 49 (Библиотека поэта. Большая сер.).

7Там же. С. 70.

8Там же.

9Там же. С. 133.

10Там же. С. 236.

11Там же. С. 187.

12Там же. С. 112-113.

13Там же. С. 145.

14Там же. С. 104.

15 Писемский А.Ф.Письма. М.-Л.: Изд-во АН СССР, 1936. С. 252.

16 Гоголь Н.В.Избр. соч.: В 2-х тт. Т. 2. М.: Худож. лит., 1984. С. 65,66.

17 Готье Т.Путешествие в Россию. М.: Мысль, 1990. С. 128.

18 Осоргин ММ.Воспоминания, или Что я слышал, что я видел и что я делал в течение моей жизни. 1861-1920. М, Рос­сийский фонд культуры, Студия ТРИТЭ, Российский архив, 2008. С. 173.

19 Надсоп СЯ.Полное собрание стихотворений. С. 110.

20 Гончаров ИЛ.Собр. соч.: В 6-ти тт.Т. 4. М.: Худож. лит., 1959. С. 328.

21 Писемский А.Ф.Пьесы. М.: Искусство, 1958. С. 422 (Библио­тека драматурга).

22Там же. С. 362.

23Там же. С. 432.

24 Гончаров ИЛ.Указ. соч. С. 330.

25Дневник генерал-фельдмаршала графа Дмитрия Алексее­вича Милютина. 1876-1878 / Под ред. Л.Г. Захаровой. М.: РОС-СПЭН, 2009. С. 98.

26Там же. С. 159.

27Там же. С. 63.

28Там же. С. 58.

29Там же. С. 90-91.

30Там же. С. 95.

31Там же.

32Там же. С. 93.

33Там же.

34Там же.

35Там же. С. 98.

36Там же.

37Записка военного министра Д.А. Милютина от 7-го февраля 1877 г., составленная М.Н. Обручевым // Там же. С. 628.

38 Рейтерн MX.Записка, представленная Государю 11-го фев­раля 1877 г. и читанная в совещании, бывшем у Е.В. 12-го февраля// Там же. С. 631.

39 Ломоносов М.В.Избранные произведения / Вст. статья, под­готовка текста и примеч. А.А. Морозова. М.-Л.: Сов. писатель, 1965. С. 63 (Библиотека поэта. Большая сер.).

40 Вяземский ПЛ.Записные книжки. М.: Русская книга, 1992. С. 155 (Русские дневники).

41 Пушкин А.С.Поли. собр. соч.: В 19 тт. Т. 1. М.: Воскресенье, 1994. С. 61.

42Письма И.Ф. Паскевича - В.А. Жуковскому // Русский архив. 1875. Кн. III. № 11. С. 368.

43Жизнь Пушкина, рассказанная им самим и его современ­никами. Переписка. Воспоминания. Дневники. В 2-х тт. Т. 2. М.: Правда, 1987. С. 161.

44Там же.

45 Пушкин А.С.Поли. собр. соч.: В 19-ти тт. Т. 3. Кн. 1. М: Вос­кресенье, 1995. С. 275.

46Письма И.Ф. Паскевича - В.А. Жуковскому // Русский архив. 1875. Кн. III. № Ц. С. 368-369.