Чтение онлайн

— Non vona-zhen? — Сайра удивилась. — Sed caro cruda est nelior! Nutrinentun! Sator! — Не хорошо? Но сырое мясо лучше! Питательность! Вкус!

— Tro vobis-gal. Non tro nobis. — Для вас. Не для нас.

Сайра перевела для Рахара. Тот покачал головой.

— Они портят мясо огнём, — сказал он задумчиво. — Убивают вкус, разрушают структуру... И считают это нормальным.

— Они не хищники, — напомнила Сайра. — В смысле, не такие, как мы. Их предки, наверное, ели падаль? Или растения?

— Растения они точно едят. — Рахар указал на хлеб. — Это же зерно. Трава.

— Они едят траву?!

— Технически — семена травы. Но да.

Сайра посмотрела на остатки хлеба на подносе с новым выражением — смесью ужаса и восхищения.

— Они едят траву, — повторила она медленно. — И готовят мясо на огне. И пересекли океан на деревянных лодках. — Пауза. — Они странные.

— Мы для них тоже странные, — заметил Рахар.

— Это справедливо.

После неловкого обмена едой Колумб повёл их на палубу.

Падре Диего ждал там — бледный, с тёмными кругами под глазами. Он явно не спал всю ночь. Крест в его руках поблёскивал на солнце.

Колумб указал на него:

— Hic est Pater Didacus. — Это отец Диего.

Сайра посмотрела на священника, потом на Колумба.

— Tater tuus? — спросила она с интересом. — Твой отец?

Колумб моргнул.

— Non... non pater meus carnalis. Pater spiritualis. — Не... не мой телесный отец. Духовный отец.

— Stiritualis? — Сайра наклонила голову. — Kuonodo «stiritualis»?

Колумб замялся, подбирая слова.

— Est... pater omnium nostrum. Totius navis. Curat animas nostras. — Он... отец всех нас. Всего корабля. Заботится о наших душах.

Сайра перевела для Рахара. Её глаза расширились.

— Он говорит, что этот человек — отец всей команды. Всех девяноста человек!

— Всех? — Рахар недоверчиво посмотрел на тощего священника. — Он не похож на... главу такой большой семьи.

— Может, у них это работает иначе? — Сайра повернулась к Колумбу с восхищением: — Didacus est garn-tarsh vester? Katut faniliae? — Диего — ваш гарн-тарш? Глава семьи?

— Garn... tarsh? — Колумб не понял слово.

— Garn-tarsh, — Сайра попыталась объяснить. — Kui... kui facit fanilian unan. Tarens, avus, tater onniun. — Кто... кто делает семью единой. Родитель, дед, отец всех.

— Ah! — Колумб кивнул. — Ita, aliquid simile. Pater spiritualis. — Да, что-то похожее. Духовный отец.

Сайра просияла и повернулась к падре Диего с новым уважением.

— Fanilia nagna! — сказала она. — Большая семья! — Потом задумалась: — Sed... uvi sunt feninae? Video tantun... — она обвела рукой палубу, — ...viros? Onnes viri? — Но... где самки? Вижу только... мужчин? Все мужчины?

Колумб закашлялся.

— Feminae... non navigant nobiscum. Manent domi. — Женщины... не плавают с нами. Остаются дома.

— Non navigant-zhen? — Сайра удивлённо развернула уши в стороны. — Kuare? Et... — она посмотрела на команду, — ...kuonodo vos distinguo? Kui est nas, kui est fenina? Onnes siniles! — Не плавают? Почему? И... как вас различать? Кто мужчина, кто женщина? Все похожи!

Рахар фыркнул, сдерживая смех.

— Сайра, — сказал он по-шарренски, — у них возможно нет видимого полового диморфизма. Ты помнишь что-то из учебников?

— Я помню! Что-то... Но я думала, хоть что-то будет отличаться! Они же все... одинаковые!

Колумб, не понимая их разговора, всё ещё выглядел смущённым.

— Viri et feminae... differunt, — сказал он осторожно. — Sed... difficile explicare. — Мужчины и женщины... отличаются. Но... трудно объяснить.

— Потом, — вздохнула Сайра. — Изучу. — Она снова посмотрела на падре Диего: — Твоя семья — только мужчины. Странно. Но... — она пожала плечами, — ...хорошо, что плаваете вместе. Семья должна быть вместе.

Падре Диего явно не понял и половины, но кивнул.

— Domine, — обратился он к Колумбу, — possum loqui cum illis? De Deo? — Господин, могу я поговорить с ними? О Боге?

Колумб посмотрел на Сайру.

— Pater vult loqui de... religione nostra. De Deo. — Отец хочет поговорить о... нашей религии. О Боге.

Сайра перевела для Рахара. Тот пожал плечами.

— Почему нет? Нам всё равно нечего делать, пока плывём.

Сайра повернулась к священнику.

— Lokere, tater. Audinus. — Говори, отец. Слушаем.

Падре Диего сделал глубокий вдох. Это был его момент — шанс донести истину до невинных душ.

— In principio, — начал он торжественно, — Deus creavit caelum et terram... — В начале Бог создал небо и землю...

Сайра слушала, наклонив голову. Её уши поворачивались, ловя каждое слово.

— Et Deus dixit: «Fiat lux». Et facta est lux... — И Бог сказал: «Да будет свет». И стал свет...

— Tater, — перебила Сайра. — Quis est «Deus»? — Отец. Кто такой «Деус»?

Падре Диего запнулся.

— Deus est... Creator. Omnipotens. Qui fecit omnia. — Бог это... Создатель. Всемогущий. Кто сделал всё.

— Onnia? Caelun, terran, nos? — Всё? Небо, землю, нас?

— Ita. Omnia.

Сайра перевела для Рахара. Тот нахмурился.

— Спроси: этот «Деус» — живое существо? Где он живёт? Можно с ним поговорить?

Сайра спросила. Падре Диего замялся.

— Deus est... spiritus. Non habet corpus. Habitat in caelo. — Бог это... дух. Не имеет тела. Живёт на небе.

— Stiritus-zhen? — Сайра подняла бровь. — Kuonodo stiritus creat res? Sine nanivus? Sine cortore? — Дух? Как дух создаёт вещи? Без рук? Без тела?

— Per... per verbum. Deus dixit, et factum est. — Через... через слово. Бог сказал, и стало.