Чтение онлайн

Непременно надо помнить, что это отсутствие навыка подчинения поведения обстоятельствам у одного и того же человека различно по отношению к разным видам поведенческой деятельности.

ПРИМЕР № 66 (продолжение). Можно быть терпеливейшим рыбаком и нетерпеливым шахматистом. Уметь часами просиживать за вязанием и при отказе в малейшей прихоти устраивать бурные и столь же длительные истерики. Можно с наслаждением и неиссякаемой выдержкой и настойчивостью осуществлять многомесячную осаду предмета увлечения, а, сделав его супругом, стать взрывающейся поминутно.

Различен характер напряженностей. Различны сигнализируемые ими возможности. Различны обстоятельства их реализации.

Различия навыков задержки реализации напряженности зависят от всего предшествующего опыта индивида. От того, какими обстоятельствами эти навыки формировались, какими поощрениями и наказаниями подкреплялись.

Один может долго решать логическую задачу и засыпает от музыки. Другой сутками купается в звуках и тупеет при одной только постановке логической задачи.

Потребности в напряженности очень дифференцированы.

Когда мы говорим о их недостаточной сформированности, то чаще подразумеваем недостаточность, проявляющуюся в общении. Строго говоря, должны были бы указывать характер ситуаций, в которых эта недостаточность проявляется: “везде”, “в быту”, “на производстве”, “в семье”, “с детьми”, “с супругом”, “с родителями”, “только в отношении проблем, связанных с собиранием марок” и так далее.

2. Утрата приобретенной потребности в чем-либо после первого отказа.

Это те случаи, когда ребенок сам выбрасывает игрушку, которую у него прежде отнимали, но потом больше к ней не возвращается.

Вспомните физиологию условного рефлекса.

Первая фаза торможения сигнальной связи - “трудное состояние”, когда любимая игрушка вызывает отвращение, сигнализируя ее у эр ату, и выбрасывается.

Вторая фаза - полное торможение, потеря игрушкой сигнального значения и безразличие. В нее могут играть, но в ней уже не нуждаются.

Это то же, что в опытах с павловской собакой при переделке значения раздражителя, когда переделываемый, прежде положительно подкреплявшийся раздражитель - не подкрепляется. Он сначала вызывает возбуждение, потом негативное отношение, потом безразличие. Сохраняется только реакция “первой секунды”.

Это случаи, когда ранимый человек, вследствие постоянных “отказов” становится равнодушным ко все большему количеству разочаровавших его явлений. Создается впечатление, что он эмоционально тупеет. Все больше явлений перестает сигнализировать ему удовлетворение.

3, 4. Несформированность навыков поиска и добывания объектов потребностей и привычно претенциозное ожидание их получения в результате чужой (не собственной) активности (других людей).

ПРИМЕР № 68. НЕ ВЕЗЕТ, ПОКА ВЕЗУТ!

У А.Райкина об этом история с малышом, который, едва проснувшись, уже настойчиво и скрипуче нудит:

– Хоцу цай!.. Хоцу на руки!.. Отцпили!.. Отцпили луцце!..

У взрослых (по возрасту) людей это очень нередкие случаи привычного ожидания, как бы само собой разумеющейся заботы о них ото всех других.

В качестве оборотной стороны такие ожидания имеют нередко огульную, часто назойливую и всегда не вытекающую из необходимости, собственную опеку, навязываемую всем, как взятка.

В поведении эти ожидания проявляются либо упреками и слезами при малейшей неутоленности, либо пресловутым “молчаливым укором”. Эдакое сидение на краюшке стула на кухне в гостях у своих детей и жевание “корочки с водичкой”.

Это известный подход к миру: “что он мне дал?!”. Когда бегают в профком с требованием “вернуть мужа”, или обижаются на пень, о который сломали ногу.

Как и всякая несформированность человеческих потребностей, эта - тоже проявляется именно в условиях обычного общения, часто идентифицируемого с условиями родительской семьи, прежней детской среды.

В чужом, открыто враждебном, просто признанном незнакомым окружении те же люди в состоянии проявлять самую совершенную по продуктивности активность, изобретательность и инициативу.

Та же скорбно “жалящаяся” мамаша великолепно, как никто выгодно продает на базаре ‘‘клубничку”, выхлопочет чего надо и отчихвостит чужого.

Иная ситуация, иные перспективы в соответствии с прошлыми обстоятельствами сигнализирует напряженность.

Там - на “стульчике” - “сами должны понимать!”, - и они понимали.

Здесь - “на бога надейся, да сам не плошай!”.

Была такая реприза у А.Райкина: “Огурчики я мариную “рупь - пара”.

Такой застенчивый, робкий, согнувшись вопросительным знаком, за шествующей “столбовой дворянкой”, сварливой женой заискивающе сумочку таскает. А там, с подчиненными, чуть только ни садист.

5. Неумение открывать, осознавать новые объекты потребностей, то есть неумение осознавать неизвестные потребности. Переводить индивидуально и биологически значимые в личностно значимые.

Приобретенные потребности, как и врожденные, формируются в результате того, что их объект уже использовался. Присвоенный, он стал сигналом удовлетворения каких-либо, уже имевшихся потребностей.

Потребность свойство именованное. Это нужда в чем-то уже использовавшемся, в жизни встречавшемся (об этом мы уже говорили).

Напряженность же дифференцирована у человека по вегетативно-соматическим проявлениям. Они отражают связь приобретенной потребности с той врожденной, в процессе осуществления которой она формировалась в качестве сигнала возможности ее удовлетворения.

Если этот сигнал всегда был обстоятельством, условием удовлетворения врожденной или приобретенной потребности и никогда активно не добывался, то его отсутствие сигнализирует невозможность удовлетворения. Оно вызывает мотивационную нервную активность - напряженность, имеющую вегетативные проявления, но не сигнализирует определенной поведенческой деятельности.

Человеку “чего-то не хватает”, “что-то” тревожит его... Это вызывает поиск, но не обнаружение, достижение отсутствующего сигнала сразу, не сразу объективизацию потребности и ее удовлетворение.