Чтение онлайн

В этом качестве сознание становится объектом одной из наиболее мотивируемых потребностей.

С момента, когда сознание, сигнализируя весь комплекс регулируемых им деятельностей, становится сигналом возможности осуществления наиболее значимых потребностей и объектом потребности, с этого момента реализующая его активность оказывается способной затормозить и действительно тормозящей любые мотивации, не связанные с этим комплексом (несознаваемые), если они, конкурируя с сознательно регулируемыми деятельностями, препятствуют их осуществлению.

Сознание, которое сигнализирует человеку возможность реализации наиболее значимых в период его формирования деятельностей, человек идентифицирует со своим Я. Тогда сохранение сознания как сохранение целости Я сигнализирует ему возможность сохранения жизни, возможность реализации любых потребностей, возможность развития и вообще любые возможности.

Сознание, становясь залогом сохранения целости, само становится высшей ценностью.

До формирования сознания поведенческая деятельность, будучи вызванной неудовлетворенностью - мотивационной или вызванной объектом потребности - рефлекторной, всегда была детерминированной, но никогда не была целенаправленной.

В природе и у человека в досознательный период развития деятельность возникает “потому, что”, а не “за-чем-то”.

Так же строится и нерегулируемая сознанием деятельность в сознательный период жизни.

С возникновением сознания, по мере овладения словом, представляющим в сознании воспроизводимые сигнальные значения (будущие значимые, нужные, сигнализируемые явления), в процессе сотрудничества с другими людьми, человек, впервые в природе регулирующий сам свою деятельность словом, получает возможность организовывать поведение, остающееся детерминированным, еще и целенаправленно, то есть для достижения сформулированной в слове, сознательно поставленной цели.

Становление сознания, способного тормозить осуществление любых мотиваций, полностью регулирующего или способного регулировать поведение, мимику, речь, внутреннюю речь и частично дыхание, создает возможность полного подчинения поведения цели.

Именно этой возможностью человек пользуется в организации трудовой деятельности, в деловом (ориентированном на результаты поведения, а не эмоциональные отношения) общении.

Существенно, что возможность действовать целенаправленно вовсе не значит, что человек в действительности всегда действует целенаправленно.

Целенаправленно человек может действовать и действует часто. Но чаще только мнит свое поведение целенаправленным, а в самом деле действует импульсивно по неизвестным ему причинам.

Человек часто цели себе надумывает, для оправдания деятельности и в качестве разрешающего фактора, провоцирующего ее начало. Так он высвобождает деятельность из-под осознанного контроля, снимает ее корковое торможение.

Мы уже говорили, что первые цели, которые ставит человек с помощью воспитателей, и формируют его наиболее значимые потребности и удовлетворяют эти потребности (по их достижении). В результате сама постановка цели становится сигналом возможности удовлетворения, а отсутствие цели сигналом невозможности удовлетворения.

Постановка цели становится потребностью. Неудовлетворение этой потребности тормозит всякую деятельность и мотивирует деятельность по поиску цели.

В сознательный период жизни подконтрольная сознанию поведенческая деятельность без предварительной постановки цели, хотя бы ложной, если не невозможна, то очень затруднительна. До постановки цели сознание тормозит реализацию всяческой деятельности, подвергая ее корковому торможению.

Наша потребность, претензия действовать целесообразно не только способствует организации разумного поведения, но в ряде случаев побуждает ставить ложные цели, выстраивать искусственные ложные концепции будущей деятельности и жизни вообще: религии, отчуждение собственных действий от инициативы своего Я, вещизм, утилитаризм, диссидентство и так далее (”А нет ли у вас другого земного шарика?!).

Та же потребность обусловливает торможение всякой деятельности человека, приводя к обесцениванию самого факта существования и депрессии, когда утрачиваются значимые цели, или обнаруживается их недостижимость.

ПРИМЕР № 115. ВСЕ НАЧИНАЕТСЯ С ОТЧАЙНЬЯ!..

Отказ от значимых целей: обнаружение их недосягаемости для тебя, разрыв с любимым, разочарование в возлюбленном, обесценивание общественных идеалов, утрата религиозной и нерелигиозной веры, первый опыт боли от столкновения с действительностью, несоответствующей мечте, “первый лед телефонных фраз”...
– потеря смыслов, целей, оправдывающих существование, тормозит самореализацию, порождая тоску и апатию.

Тогда забывается, что цели - для жизни, а не жизнь для целей! Что цели ставились для самореализации, а только потом жизнь подчинялась этим, утверждающим ее целям.

Становление сознания, сознательная постановка целей, формирование потребности иметь цели и осознанной потребности Смысла жизни обусловливают теперь возникновение и выделение целей. Эти цели все больше и больше подчиняют себе все поведение человека, а с ним и активности его организма.

Движение к таким целям или достижение их, создавая возможности для удовлетворения все большего крута специфически человеческих и природных потребностей человека и удовлетворяя их, удовлетворяя потребность смысла жизни становится залогом удовлетворения еще более широкого круга потребностей.

Становясь сигналами возможности самореализации, такие цели сами становятся способными тормозить всякую, препятствующую их достижению активность и интегрировать все мотивации в одну, направленную на их достижение, то есть становятся высшими ценностями.

Чем больше у человека таких, способных мобилизовать все его силы целей, тем больше он интегрирован, тем большую цельность собой представляет.