Заложница 2
Шрифт:
Герцог перевёл взгляд с двери на Таэльмину, намереваясь предложить ей руку, хотя и представлял, как странно и, пожалуй, даже смешно они будут выглядеть.
Он сам в дорожном костюме и с увешанным оружием поясом, и тень в своём необычном одеянии, которое Харн попытался сегодня рассмотреть попристальнее. И к своему изумлению, не сумел. Свободная, как плащ и длинная по колено, куртка, сшитая из криво вырезанных кусков ткани всех оттенков серого цвета, от серебристого до почти чёрного, мгновенно приковала к себе внимание герцога полубезумным вызовом традициям и чувству меры.
Её неправильность и нелогичность тревожила и запутывала сознание, уводя в дебри странных мыслей, зачарованных образов и неуловимых ассоциаций, казалась манящей неразрешимостью загадкой и заставляла напрочь забыть про причины, привлёкшие к ней внимание. Хатгерн вынырнул из своих грёз через пару минут, и то лишь после того, как вспомнил, что уже видел тень в этом нелепом с виду одеянии, в тот проклятый день, когда лежал распятый, как кровожадный бандит перед казнью. Вспышка гнева и обиды, накатившая при воспоминании о неприглядной ситуации, в какую герцога вовлекли люди, не видевшие от него ничего кроме добра и заботы, мигом выбросила его из странного полузабвения и Харн тотчас встретился взглядом с внимательными глазами тени.
– Молодец, - похвалила она серьёзно, - быстро опомнился. Тебе нужно научиться не попадать в эту ловушку вместе с остальными... как ты понимаешь, иногда несколько секунд дороже сундуков золота.
– Теперь я многое понимаю, - вздохнул герцог, - но больше всего мечтаю, чтобы такой момент никогда не наступил.
В тот миг тень ответила лишь сочувствующей улыбкой, о чем говорить, если оба они знают, насколько многого он хочет?
А теперь даже не взглянула на напарника, занятая немыслимым для знатной девушки делом, заталкиванием в потайной карман изящной серебряной мыльницы, которую Хатгерн недавно видел в умывальне.
– Таэль?
– начал герцог и прикусил язык, остановленный яростным, предупреждающим взглядом. А затем сказал вовсе не то, что собирался, - Стучат, пора идти на ужин!
– Я готова, милый, - приторным голоском пролепетала тень, справившись, наконец, со странным занятием, и ободряюще ему подмигнула, - предложишь мне руку?
– Разумеется, - озадаченно пробормотал Хатгерн, стараясь придать лицу подобающее такому случаю невозмутимо-вежливое выражение.
И втайне истово надеясь, что им не придётся объяснять хозяевам замка пропажу мыльницы.
За дверью их ждал тот же вампир, и на этот раз он не произнёс ни одного слова. Мельком глянул на гостей и с самым безразличным видом сделал рукой короткий приглашающий жест. А затем важно и размеренно пошагал впереди, даже не допуская мысли, что перебежчики останутся в своей комнате, или решат свернуть не туда. И правильно, в общем-то считал, отправляться изучать закоулки этого зловещего строения, тускло освещённые зеленоватым сиянием кристаллов, ни у кого из напарников не было ни малейшего желания.
В распахнутые двери просторной столовой вампир тоже вошёл первым, и, указав гостям на предназначенные им свободные места, направился к креслу, стоящему во главе стола, недвусмысленно давая понять, какой чести они удостоились. Теперь уже не оставалось никаких сомнений, никем иным, кроме как хозяином замка и главой семьи этот вампир быть не мог.
– Спасибо, - с еле заметной ехидцей произнёс вслед хозяину Хатгерн, сразу сообразив, что такому необычному почёту можно найти лишь два объяснения.
Либо хозяин не доверял никому из своих домочадцев и беспокоился за жизни гостей, либо наоборот, не доверял гостям.
Но едва герцог подвёл свою спутницу ближе к столу, за которым молча и важно сидело около десятка вампиров обоего пола, и рассмотрел стоявшие на нем приборы и блюда, веселиться ему резко расхотелось. На длинной столешнице, застеленной чёрной скатертью и уставленной золотой посудой и букетами осенних цветов, еда была лишь напротив мест, предназначенных для них с Таэльминой. Обычная еда, человеческая. Блюдо с жареным гусем, окружённым яблоками и черносливом, корзинка с румяными булочками и несколько тарелок с закусками.
А перед вампирами стояли только золотые графинчики, бутыли тёмного стекла да высокие золотые бокалы.
– Приятного аппетита, - с холодной любезностью произнесла сидевшая напротив гостей немолодая вампирица, одетая в чёрное, скупо вышитое золотом платье и с высокой причёской из серебристых локонов, и небрежно отсалютовала гостям своим бокалом.
– Большое спасибо, - кротко и дружелюбно улыбнулась ей Таэльмина, следя, как Хатгерн, обнаружив, что в зале нет служанок или лакеев, лично заполняет её тарелку закусками, - положи мне, пожалуйста, ножку.
Последние слова и лучезарная улыбка предназначались герцогу, и сцепивший от напряжения зубы Харн облегчённо перевёл дух. Не стала бы напарница так сиять, если заподозрила что-то нехорошее. Хотя тень вполне может улыбаться, чтобы обмануть бдительность вампиров, но в таком случае она обязательно дала ему хоть какой-то знак...
– Спасибо, милый, - нежно проворковала Таэль, и герцог обнаружил, что в задумчивости сложил ей на тарелку чуть ли не четвертинку тушки.
– Кушай на здоровье... тебе нужно поправляться, - ставя перед ней еду, улыбнулся он заботливо и взялся за вилку.
Алдер появился, когда напарники, ужинавшие в полной тишине, нарушаемой лишь коротким звяканьем наполняемых бокалов, уже чувствовали себя совершенно сытыми и с осторожным интересом посматривали на хозяев, пытаясь понять, была ли эта трапеза частью испытания или всё ещё впереди.
– Совет старейшин решил, - сообщил вампир, едва усевшись за стол, и сделав несколько глотков из подвинутого ему бокала, - что тех проверок, какие герцог Крисдано и его напарница прошли по пути сюда, вполне достаточно для вручения им нашего ключа.
Словно ветерок пролетел по залу, снимая напряжение, висевшее над столом весь последний час. Расслабленно опустились плечи хозяев, дружно звякнули отодвигаемые ими бокалы. И даже зеленые кристаллы как будто начали светить ярче. Но никто не торопился вставать из-за стола, радоваться и поздравлять сородичей или гостей. Да и гости не торопились, посматривали на Алдера с чуть недоверчивой задумчивостью. Не спеша верить, будто он ещё не придумал, какую можно извлечь пользу из неожиданно великодушного решения вампирских старейшин. Хотя ни Харн, ни тень не сомневались, насколько это самое решение зависело от доклада самого Алдера.