Чтение онлайн

— Ты шутишь! Это… Так не бывает!

— Бывает, — спокойно сказал Алехандро.

— Выходит, у вас семейная традиция — похищать женщин?

Он сдержанно рассмеялся.

— Похоже на то. Никогда об этом не думал. Но одно скажу точно — они были безумно счастливы вместе.

— Как их звали? — шепнула я.

— Виктор и Мария.

Имя его матери — Мария — на мгновение пронзило меня. Оно прозвучало будто осколок потерянной мной жизни.

Кажется, Алехандро заметил перемену в моём лице:

— Что-то не так?..

— Моё второе имя — Мария… Евангелина-Мария Райт. Меня назвали в честь Пресвятой Девы…

Алехандро молчал, но его взгляд был тяжёлым. Возможно, он думал о том же, о чём думала я. Мне хотелось коснуться его руки. Прижаться. Сказать ему, что мне жаль. Очень жаль. Его родные погибли чудовищной смертью. И разделяла его скорбь, хотела разделить.

Но разум, цепляясь за остатки благоразумия, шептал: «Осторожно, Эва. Он опасен. Красив, умён и смертельно опасен. Его душа переменчива, как пески пустыни. Сейчас он улыбается, но назавтра — может убить».

Моя жизнь всё ещё находилась в его руках. И всё же глупое сердце упрямо тянулось к нему.

— Ты останешься со мной? — вдруг спросил Алехандро. — Этой ночью.

— Зачем ты спрашиваешь? — прошептала я. — Ты ведь знаешь: у меня нет выбора.

— Я даю его тебе прямо сейчас, — тихо и серьёзно ответил он. — Ты можешь остаться со мной по доброй воле. Или вернуться в свою каюту.

— Только такой выбор? — переспросила я, едва дыша.

Он кивнул:

— Только такой. Выбирай, Эва.

Что я могла сказать? Что могла сделать, когда каждая клетка моего тела хотела остаться с ним — несмотря ни на что? И я ненавидела себя за это желание.

— Евангелина, — произнёс Алехандро, поторапливая с ответом.

Я сжала кулаки, заставляя себя дышать, и выдохнула:

— Я вернусь к себе. В свою каюту.

Он не стал спорить. Не произнёс ни слова. Просто позвонил Матео, чтобы он проводил меня.

Когда подошла к двери, за которой ждал слуга, я оглянулась. Но Алехандро не поднял головы, даже не посмотрел в мою сторону. Мы расстались в молчании.

— Пенелопа!.. — я постучал дважды в закрытую дверь, но жена не ответила и не спешила открывать. — Пенелопа, впусти меня! Мы должны поговорить!

Я стучал и стучал, всё тщетно.

С Пенелопой всегда было так. Сложно, буквально на пределе нервов. Но чаще всего мне удавалось находить компромиссы. Хотя иногда приходилось действовать жёстче. Именно поэтому у меня давно были дубликаты ключей от всех дверей в доме. Когда увещевания не помогли, я открыл дверь сам и зашёл в её спальню.

— Убирайся, — выплюнула жена, даже не обернувшись.

Она сидела на кровати, обхватив себя за плечи, раскачиваясь взад-вперёд, будто пыталась удержаться на краю обрыва.

— Я не уйду, пока мы не поговорим.

— О чём? — наконец, она подняла на меня свои красные от слёз глаза. — О том, что ты меня никогда не любил? Что тебе от меня нужны были только деньги Дугласов?

— Наш брак изначально был договорным, Пенелопа. Мы оба знали, на что подписываемся. Мы даже почти не были знакомы до свадьбы…

— Это было вначале! — выкрикнула она, голос сорвался, стал прерывистым. — Но я... я ведь полюбила тебя, Андреа! Полюбила по-настоящему. Пусть я и знала, что ты наверняка спишь с кем-то ещё! Может, даже с кем-то из служанок! Единичные интрижки, и не более того! Но чтобы так… Чтобы ты и Сабрина… прямо здесь... в нашем доме!.. И... и Терри... Эва… Она росла здесь… Прямо здесь… Она… Как, Андреа? Как это могло случиться? Чем приворожила тебя эта ведьма Сабрина?..

Пенелопа с трудом дышала, её голос то и дело срывался на свист и шипение.

— Тебе нужно успокоиться, — я сделал шаг вперёд.

Её трясло, словно в лихорадке. Руки хватались то за лицо, то за ткань ночной рубашки. Я знал: так начинались её приступы. И раньше она принимала мою помощь. Но не сейчас.

— Не трогай меня! — жена резко дёрнулась, сползая с кровати прямо на пол. — Что происходит, Андреа?! Объясни мне всё!.. Объясни! Что она там говорила в кухне?! Это ведь бред! Бред!!!

— Пенелопа, пожалуйста! — умолял я. — Прими лекарства. Приведи себя в порядок. Потом поговорим.

— К чёрту таблетки! Мне надо понять!.. Понять!..

Она вцепилась в голову обеими руками, будто боялась, что та вот-вот расколется на куски. Я потянулся к ней, но жена ударила меня, бормоча:

— Мне надо понять... Мне просто надо понять...

— Что ты хочешь понять, Пенни? — я опустился рядом на корточки, следя за её затравленным взглядом. — Может, вызвать доктора?

— Нет!.. — она судорожно зажмурилась. — Только не врачей... Нет…

Пенелопа разрыдалась. Сквозь слёзы её речь стала неразборчивой. Тогда я смог дотронуться до неё, обнять.

— Всё хорошо. Всё будет хорошо, — шептал я, укачивая её в объятьях.

Мне казалось, что приступ отступает. Надеялся, что неприятный разговор можно будет отложить хотя бы до утра. Пенелопа с юности страдала от ментальных расстройств. Диагнозы менялись, как времена года. Одни таблетки сменялись другими. Возможно, именно они и убили её шанс стать матерью.

Когда врачи поставили ей диагноз «абсолютное бесплодие», для неё это стало ударом. Она же верила: ребёнок спасёт её душу. И вдруг...

— Вы не сможете забеременеть, а если сможете, то просто не сумеете выносить плод, — сухо и официально сообщил врач. — Мне очень жаль. Но есть альтернатива. Это называется суррогатное материнство. Сейчас эта технология уже хорошо зарекомендовала себя. У вас будет ваш кровный ребёнок, с вашим полным генетическим соответствием…

Нам подробно объяснили процедуру: подписать бумаги, оплатить счета, сдать биоматериал. А дальше — работа врачей и лаборантов. Нам оставалось лишь ждать.

— Всё застраховано, — заверил врач. — Вы ничем не рискуете...