Заложница Иуды
Шрифт:
— Ты, дрянь... — шипела Фрида, с каждым словом всё сильнее раня мою кожу сталью, — посягнула на то, что тебе не принадлежит.
— О чём ты?.. — прошептала я, едва дыша.
— Об Алехандро Герреро, идиотка! — почти выкрикнула она.
Из-под лезвия на моей шее начали сочиться капли крови, горячие, словно слёзы гнева. Фрида дрожала всей кожей. Она хотела меня убить — и в этот момент я больше не сомневалась в этом.
— Но он тебе не принадлежит... Никому не принадлежит… Ни тебе, ни мне… — пробормотала я, почти неосознанно.
— Заткнись! — закричала она. — Алехандро — мой! Только мой!
— Фрида, пожалуйста... Иы всё неправильно поняла...
— Мне плевать, что ты там мямлишь! — Фрида плакала, истерично и беспомощно. Слёзы текли по её лицу, однако нож в её руке лишь сильнее врезался в мою плоть. Она ненавидела меня так, как могут ненавидеть только в аду.
— Вставай! — завизжала она. — Вставай и прыгай за борт!
— Фрида, умоляю... — голос мой дрожал вместе с телом.
— Прыгай! Может, Иуда сегодня не отвернётся от тебя... Может, тебе повезёт, и тебя сожрут не сразу! А не прыгнешь — вскрою тебе горло прямо здесь! — рыдала она. — Прыгай, мразь!
Я медленно поднялась на ноги, едва удерживая равновесие. Фрида не ослабляла хватки. Мы двинулись вперёд: я — к краю палубы, она — за мной, как тень с лезвием.
Шаг. Ещё шаг...
Где же Матео? Почему его нет рядом?! И Себастьян уехал... И Алехандро тоже нет…
Похоже, никто меня не защитит.
Всё вокруг, даже густой влажный воздух залива, казалось, давило, словно тяжелый камень на грудь. Фрида шла за мной неотступно. В её дрожащем дыхании слышалась безумная решимость.
— Послушай, пожалуйста, — тихо заговорила я, подходя к ограждению. — Между мной и Алехандро ничего нет. Я клянусь...
— Врёшь! — закричала Фрида, срываясь на истерику. — Я видела, как он смотрит на тебя! С тех пор, как ты тут появилась, он отвернулся от меня! Он меня больше не замечает! Всё из-за тебя! Но ничего... Он быстро обо мне вспомнит, когда ты исчезнешь!
— Фрида... это безумие…
— Какая же ты тупая! — захохотала она, страшно и хрипло. — Что Алехандро мог найти в такой убогой белой шлюшке, как ты?! Как же я ненавижу тебя!
И тут Фрида резко толкнула меня в спину. Я пошатнулась, почти вылетев за борт. Нож на мгновение оторвался от моей кожи, и я смогла снова вздохнуть — хотя бы один глоток воздуха.
Я обернулась. Наши взгляды встретились.
Даже мимолётной жалости не теплилось в глазах Фриды. Только чёрная, всепоглощающая ненависть. Словно я смотрела в пасть ягуара перед тем, как он сомкнёт челюсти.
— Ты совершаешь ошибку, Фрида, — попыталась я вразумить её. — Моя смерть не сделает тебя счастливой...
— Моя единственная ошибка, — проговорила она спокойно, почти ласково, — это что я не убила тебя сразу. Когда Алехандро ещё думал, что ты — Тереза Мартинес. Я тогда пожалела тебя. Пожалела! Как же я была глупа... — Фрида издевательски ухмыльнулась. — Я всё-таки слишком добрая. Видишь, даже сейчас даю тебе шанс выжить. Прыгай сама. Вдруг повезёт, и ты не сразу пойдёшь ко дну. А не прыгнешь — я тебе помогу. Только тогда ты полетишь с перерезанным горлом сразу на корм акулам.
И она шагнула ближе.
Глава 43. Евангелина
— Отвернись, — металлическим, мёртвым тоном приказала Фрида.
Я поняла: больше никаких слов между нами не будет. Мне не достучаться до её сердца, затянутого ненавистью.
Фрида толкнула меня в спину.
— Прыгай! — её истерический крик оглушил меня.
Я судорожно вцепилась пальцами в перила. Внизу, в каких-то нескольких метрах, бирюзовые волны мягко, но угрожающе бились о борт ослепительно-белой яхты. Я неплохо плавала, но сколько бы смогла продержаться в открытом море?..
— Прыгай, Иуда бы тебя побрал!
Холодный металл клинка уткнулся мне между лопаток. Ещё секунда — и острие вспороло бы кожу.
Но вдруг резкий визг прорезал воздух. Я инстинктивно подалась вперёд, спасаясь от опасности, но тут же сильная рука схватила меня за талию, не давая упасть за борт.
Снова визг — пронзительный, отчаянный.
Прежде чем я осознала происходящее, чьи-то крепкие руки стиснули моё тело, прижали к себе с такой свирепой силой, что стало больно... Но в ту же секунду страх отступил. Я была в безопасности.
Безопасность...
Вскинула взгляд.
Где-то рядом продолжала визжать Фрида. Я слышала её яростное чертыханье, ругань, угрозы. Но всё моё существо сосредоточилось на человеке, державшем меня в своих объятиях.
Алехандро. Алехандро Герреро.
Он был здесь. Он спас меня.
— Ты в порядке? — спросил он хрипло, глядя так, будто видел только меня одну. Его глаза опустились к моей шее. — Она тебя ранила...
Это был уже не вопрос. Это был рык зверя, сорвавшегося с цепи.
— Алехандро... — выдохнула я, не понимая, что хочу сказать.
Но Герреро уже отвёл от меня взгляд. Теперь он смотрел на Фриду, которую держали двое мужчин из Del Iudas Negro. В чёрных одеждах, с татуированными лицами без эмоций, они удерживали её. Фрида билась и визжала, но силы покинули её — перед этими людьми она была ничтожна.
Алехандро произнёс жёстко и мрачно:
— Pagaras con sangre. Que Iudas vea todo (* — «Ты заплатишь кровью. Пусть Иуда будет свидетелем», прим. авт.).
И в ту же секунду Фрида закричала, извиваясь, словно в неё вонзили нож.
Двое hijos de Judas поволокли её к краю палубы.
— Алехандро, что они делают?! — закричала я, уже догадываясь, что последует дальше.
— То, что она хотела сделать с тобой, — холодно ответил он.
— Нет! Нет! Прошу тебя! — я вцепилась в воротник его рубашки, заставляя посмотреть на меня. — Не убивай её! Пожалуйста!
— Эва... — его голос сорвался. — Так нельзя. Так неправильно...
— Пожалуйста! Она... она просто обезумела от боли! Пощади её, Алехандро!