Заложница Иуды
Шрифт:
— Ты... ты разочарован? — спросила я, не осмеливаясь поднять взгляд.
Но он только покачал головой.
— Нет. Наоборот, я рад, — в его голосе звучала искренняя нежность.
Я опешила:
— Рад?..
— Да, — Алехандро позволил себе легкую, совсем мальчишескую улыбку. — Если ты говоришь правду...
— Я всегда говорю тебе правду, — серьёзно ответила я.
— Lo se, — кивнул он, поглаживая мои волосы. — Просто... Я бы никогда не подумал, что у такой красивой женщины, как ты, не было мужчин. Это странно. Тебя ведь, наверное, осаждали ухажёры?
— Ну, не то что бы... — я попыталась улыбнуться, чтобы скрыть смущение. — Бывали попытки... Я даже встречалась с одним парнем.
Алехандро напрягся:
— Как его зовут?
— Зачем тебе это знать? — насторожилась я.
— Чтобы найти и убить, — произнёс он с таким серьёзным лицом, что меня прошиб холодный пот.
Я замерла от ужаса. И тут Алехандро вдруг… расхохотался.
— Dios mio… — выдохнула я, и тоже рассмеялась, поняв, что это была всего лишь шутка. — Ещё немного — и я бы поверила.
Он, наконец, успокоился, снова провёл пальцами по моим волосам, нежно притянул меня ближе. Его губы коснулись моей шеи, обходя стороной свежую рану.
— Я хочу тебя, — прошептал он, и в его голосе слышалась неутолимая страсть. — Всю. Навсегда.
Закрыв глаза, я отдалась потоку чувств, который накрыл меня, стоило его губам прикоснуться к моей коже.
— И я… — мой голос был слабым эхом, но зато шёл от самой глубины души.
Я понимала, что говорю. Понимала с такой силой, какой не знала раньше. И могла бы повторить это снова и снова, до бесконечности:
— Алехандро...
— Мы можем остановиться в любой момент, — прошептал он, и в этом шёпоте слышалась борьба. Сдерживать себя ему было трудно.
— Нет. Не надо. Не останавливайся, — прошептала я с удивительной лёгкостью.
Глава 45. Алехандро
У меня внутри будто рухнули все преграды. И в то же время всё наконец встало на свои места. Странное, непривычное чувство — совсем не похоть, не вожделение, ничего подобного даже близко. Хотя я желал эту женщину. Без сомнений желал, с самой первой секунды её появления на борту своей яхты. Просто боялся себе признаться в этом. До этой секунды.
Как ни парадоксально, именно Фрида заставила меня всё осознать. Сегодня, когда я своими глазами увидел, что Евангелине угрожает опасность, меня будто молнией ударило: я не допущу её смерти. Ни за что. Я не хочу, не хочу её потерять.
Эва — первая в моей жизни, кто пробился к моему сердцу. К сердцу, которое я сжёг заживо вместе с после чудовищной расправы над моей семьёй. С тех пор был уверен, что мёртв внутри. Но оказалось — где-то глубоко в пепле моего сердца всё ещё тлела искра, и Евангелина сумела разжечь её снова.
Мне хотелось не просто обладать ей. Мне хотелось слиться с ней целиком, украсть её не только у всей земли, но и у самого времени, у самой жизни.
— Алехандро… — её шёпот звучал меж поцелуями, сводя меня с ума.
Я поклялся остановиться, если она попросит. Но в глубине души знал: едва ли смогу. Сейчас ничто, кроме её воли, не могло встать между мной и ней.
И кроме телефонного звонка.
Он раздался в самый неподходящий момент. Выругавшись сквозь зубы, я схватил телефон, чтобы просто сбросить вызов. Но что-то остановило меня — и я снял трубку.
— Алло, — голос звучал натянуто.
Я сел на край кровати, неохотно отстраняясь от Евангелины. Внутри всё бешено протестовало.
— Джет не прилетел, — услышал я.
И тут же внутри всё оборвалось.
— Что это значит? — спросил я резко.
— Он даже не вылетал в Канкун, — пояснил голос одного из hijos de Judas, которых я отправил проверять ситуацию.
— Вы проверили другие рейсы?
— Проверили. Похоже, Мартинес передумал…
Я надавил пальцами на висок. Проклятье.
Что случилось? Почему? Как он догадался? Его служба безопасности заподозрила что-то? Или Мартинес просто испугался?
— Алехандро, — окликнул меня голос. — Есть ещё кое-что.
Интонация заставила меня напрячься ещё сильнее.
— Что? — коротко бросил я.
— Мы засекли в аэропорту Себастьяна.
— ?Que chingados?! (* — «Какого чёрта?!», прим. авт.) — взревел я. — Себастьян же уехал…
И тут я осёкся. Куда он, чёрт побери, уехал? Сказал, что по делам на пару часов... Но с тех пор его никто не видел.
Я всё ещё не решил, кого первым накажу за произошедшее с Евангелиной — Себастьяна или Матео. Оба должны были её охранять. Ради её безопасности. Хотя даже я не мог предвидеть, что Фрида выкинет такое.
— Он был в аэропорту, — упрямо повторил голос. — Никакой ошибки. Мы его видели. Это был Себастьян.
Я замолчал. Что Себастьян там делал? И почему он ничего не сказал?
Ответ мог знать только один человек...
— Алехандро? Будут ещё распоряжения?
— Пока нет, — отрезал я и сбросил вызов.
Несколько минут сидел, молча уставившись в пустоту, в голове клубились чёрные мысли.
— Что-то случилось? — тихо спросила Евангелина.
Я обернулся. Так мне хотелось побыть с ней, увидеть её, что я даже вернулся раньше на яхту. И так быстро, так безжалостно всё прерывалось.
— Ничего серьёзного, — буркнул я и отвернулся, скрывая ложь.
Евангелина села рядом, обняла меня. Я колебался, а потом притянул её к себе, уткнулся лицом в её нежные белые волосы, вдохнул их запах. И стало немного легче. Не до конца. Не полностью. Но клокочущая ярость немного сбавила обороту.
— Хочешь побыть один? — спросила она мягко.
— Нет. Останься.
— Хорошо.
Мы просидели так ещё долго — просто обнявшись, в молчании.
Когда принесли ужин, мы ели почти в полной тишине. И я был благодарен Еванелине за это. Без дополнительных пояснений она поняла, что лучше не говорить ничего. А Фрида так и не научилась чувствовать подобные вещи…
Фрида…
Я и не заметил, как сжал вилку настолько сильно, что побелели костяшки пальцев. Евангелина нежно накрыла мою руку своей. Я медленно выдохнул.