Чтение онлайн

Мужчины уже приподняли Фриду над перилами.

Герреро взмахнул рукой. Они замерли. Затем Фриду вновь опустили на палубу.

— В трюм, — скомандовал Алехандро.

И девушку тотчас потащили прочь.

Я прижалась лбом к его груди, наконец чувствуя, что могу свободно дышать.

— Спасибо... Она не заслуживает смерти...

— Она предала меня, — глухо ответил Алехандро. — А за предательство у нас плата одна — смерть. Iudas ve, Iudas da.

Он приподнял моё лицо за подбородок, заставляя снова смотреть в его глаза. Бездонные, завораживающие, чёрные, как ночное небо над пустыней Сонора.

— Пойдём, — коротко сказал он. — Нужно обработать твою рану.

— Всего лишь царапина... — тихо возразила я.

— Пойдём, — повторил он строже и потянул меня за собой.

Мы оказались в его каюте. Алехандро быстро принёс аптечку и аккуратно занялся моей шеей. Его движения были осторожны, почти нежны, и я ловила каждое его прикосновение. Боль исчезла — его руки лечили лучше всяких лекарств.

Потом Алехандро осмотрел мои ноги, намазал чем-то холодным, но перебинтовывать не стал.

— Уже почти затянулось, — объяснил он. — И на шее тоже шрама не останется.

— Мне всё равно, будут ли шрамы, — шепнула я.

Алехандро взглянул на меня строго, без улыбки.

— Фрида хотела убить тебя, — повторил он.

— Я знаю.

— Почему ты не позволила мне убить её?

Я замялась. Потом нашла в себе силы:

— Потому что она любит тебя. И эта любовь свела её с ума.

Алехандро резко выпрямился.

— Это не любовь, — отрезал он. — Любовь не рождает ненависть. Фрида не любит меня. И никогда не любила.

Он отвернулся к окну. Мексиканское солнце окрасило его силуэт в золото.

— Откуда ты знаешь? — спросила я.

— Потому что я её не люблю, — произнёс он глухо.

— И что? Любовь не всегда взаимна... Ты не любишь, а она умирает без тебя...

— Так пусть бы умерла окончательно! — взревел Алехандро, резко поворачиваясь.

Я вздрогнула от его ярости, но не отвела глаз.

— Ты не такой, — спокойно сказала я. — Ты не жестокий. Это лишь маска, Алехандро. Внутри ты...

— Ты меня не знаешь! — рявкнул он. — Никто не знает! Никто для вас всех! Никто, ясно?!

Он ждал ответа. Я молчала.

— Зачем тогда спас меня? — прошептала я. — Если ты так желаешь быть монстром... Почему тогда заботишься обо мне?

Алехандро бросил аптечку на пол. В следующую секунду он оказался рядом, снова заключив меня в объятия. Его руки были словно кандалы: властные, горячие, неотступные.

— Замолчи, — приказал он.

Я видела в его глазах не зверя — человека. Раненого, яростного, потерянного.

— Не замолчу, — прошептала я. — Если бы ты хотел моего молчания — ты бы дал мне умереть.

Его зрачки расширились. Он притянул меня ещё ближе.

— Замолчи, Эва, — прошептал он снова. Но теперь — нежно, с отчаянной мольбой.

Его губы были в сантиметре от моих. Его дыхание обжигало мне щёки.

В висках у меня грохотал пульс. Я замолчала.

Но не потому, что Алехандро приказал. А потому, что нам больше не было нужды в словах. Мы оба всё поняли без них.

Чувство невероятного притяжения полностью захватило меня. Оно было таким сильным, всепоглощающим, безапелляционным, что мне оставалось лишь подчиниться ему, окунуться в это пламя с головой.

И в ту секунду Алехандро тоже словно бы изменился. Но в то же время — я увидела его наконец таким, какой он был на самом деле: жестоким и властным, нежным и ранимым, расчётливым и непоколебимым, честным и справедливым. В нём уживались противоположности, которые странным образом не противоречили друг другу, а лишь усиливали, делая его тем самым мужчиной, рядом с которым все остальные казались просто тенями.

Я ничего больше не могла сделать. И не хотела. Все отговорки рассыпались в прах.

Алехандро накрыл мои губы своим поцелуем. Я закрыла глаза и растворилась в этом чувстве — без остатка, словно меня унесла буря. Его сильные руки держали меня так крепко, что я не сомневалась: здесь, в этих объятиях, я в безопасности. Его запах — терпкий, горячий, густой — окутал меня, как дым костра.

И мне этого хотелось. Хотелось быть пойманной, принадлежать ему — его губам, его рукам, его дикому сердцу. Стать заложницей этих чувств и больше не сопротивляться им.

Пальцы Алехандро в моих волосах, дорожки поцелуев вдоль линии моего подбородка…

Я обнимала его, изучая каждую твердую мышцу на его шее и плечах, задыхаясь от нового для меня ощущения счастья. Счастья, о котором прежде даже не мечтала.

Да как я могла мечтать о таком?.. Всего неделю назад меня похитил этот хищник — Алехандро Герреро, глава самого свирепого картеля Мексики, Del Iudas Negro. И только он, только он один умудрился сжечь все мои страхи, заменить их безудержным, безоглядным влечением.

Он повалил меня на кровать, действуя с той же страстью, что и дикий зверь, слишком долго томившийся в клетке. Я была готова отдать ему всё, всё, что он попросит, но...

— Алехандро… подожди, — прохрипела я, остановив безумный вихрь между нами.

— Что не так?.. — насторожился он, сжав мои запястья. В его взгляде была тревога, непонимание.

Да и я сама едва понимала, что происходит. Всё это казалось сном, чудесным, ярким, невообразимо настоящим. А ведь я думала, что подобное бывает только в книгах...

Я сходила с ума. И всё же...

— Мне нужно сказать тебе… — голос предательски дрожал. — Я не знаю, важно ли это для тебя...

Алехандро нахмурился:

— Для меня важно всё, что касается тебя, Эва. Говори.

Я зажмурилась, собравшись с духом, и призналась:

— У меня никогда не было... мужчин.

Он на мгновение замер. Его густые ресницы опустились, затем Алехандро выдохнул с такой силой, что мне захотелось спрятать лицо на его груди.

— Gracias por decirmelo (* — «Спасибо, что сказала», прим. авт.), — произнёс он и провёл ладонью по моему лицу. Его пальцы были тёплыми, осторожными.