Чтение онлайн

Стремительно овладев ее девственным лоном, он услышал ее глухой стон, и облегченно выдохнул, чувствуя, что она невинна и он первый. Продолжив свое действо, он чуть приподнялся на руках и смотрел в ее прелестное милое лицо. Ее колдовские глаза были чуть прикрыты, и она словно не понимала, что происходит.

Петр вновь завладел ее губами, продолжая соитие. Он чувствовал, как все его тело горит от напряжения и желания. Через некоторое время он излил свое себя в ее нежное лоно, и устало опустил лицо в ее распушенные волосы, раскинутые на постели.

Едва придя в себя, он проворно скатился с девушки чуть в сторону. Приподнявшись на руках, посмотрел на Анну в полумраке ночной комнаты, освещенной несколькими свечами. Девушка вела себя тихо. Сладко зевнув, она подложила руку под щеку, прикрыла глаза. Видимо, она не осознавала, что произошло теперь. Через пару минут она спокойно задышала, быстро заснув.

Игнатьев ласково погладил рукой ее плечо, поцеловал в щеку, и чуть приобняв ее, устало растянулся рядом с ней. Ее голова оказалась на его плече, осторожно перебирал пальцами ее мягкие волосы. В тот миг тон ощущал приятное опустошение, пылкое удовлетворение и невероятное ликование в своей душе.

Он прикрыл глаза и, блаженно улыбаясь, быстро заснул.

Анна — Милана

Проснулась я неожиданно. Сначала почувствовала некое дыхание рядом и, открыла глаза, как увидела Тимура, лежащего рядом со мной в постели. Я была полностью обнажена.

Меня взяла оторопь. Я что ж переспала с этим грузином? Реально?! Нет я вчера выпила всего два бокала шампанского, но оно так сильно ударило мне в голову, что я плохо помнила вчерашний вечер. Смутные картины того, как он проводил меня до моей спальни, потом помогал мне снять платье, врезались в мою голову. И далее я даже вспомнила как он целовал меня на кровати, а дальше провал.

Я похолодела. Так все и было, он помог мне, а потом воспользовался тем, что я была пьяна и лишил меня невинности. Точнее Анну лишил. Ведь в ее тебе былая. Я быстро села на постели и тут же увидела на простыне кровь, как доказательства того, что Тимур был моим первым мужчиной.

От моей нервной возни, мужчина проснулся и тут же сел на постели, как и я. Смотрел он на меня так дерзко и самодовольно, как будто взглядом утверждал, что теперь я принадлежу ему. Это меня тут же вывело из себя. Мало того, что он воспользовался ситуацией, так еще и ни в чем не раскаивался. Это было отчетливо видно по его взгляду.

Я же пребывала в таком нервном состоянии, что залепила ему со всего размаху пощечину.

— Наглец! Как вы посмели! — воскликнула я в истерике.

Он явно опешил от моих действий и тут же поддался ко мне, видимо решив схватить меня. Но я нервно вскрикнула, и оттолкнув его, проворно слезла с кровати.

Я видела что уже светает, и вскоре в дом придут слуги, надо было немедленно убирать следы своего грехопадения, пока никто не увидел. Я уже прекрасно выучила нравы этого мира. Обесчещенную девушку замуж никто не возьмет. А женой этого дикого грузина я даже в кошмаре представить себя не могла.

Тимур быстро поднялся с постели, и по его взгляду я поняла, что он совсем не обижается на меня за пощечину. Я же в это миг сдернув легкое покрывало, лежавшее в ногах кровати, попыталась прикрыться им, но невольно запуталась в нем и неуклюже грохнулась на пол.

Тут же этот наглец оказался почему-то рядом и легко поднял меня на ноги. Я же начала отталкивать его руки, выпалив:

— Не прикасайтесь ко мне!

Опять кинув взор на постель, где красовались пятна крови на постели, мне захотелось заплакать. А если я никогда не вернусь в свое прежнее тело, и останусь навсегда здесь. Как мне тогда существовать в этом мире обесчещенной, еще и этим грузином. Просто ужас.

Прижимая покрывало к своей обнаженной груди, я яростно выкрикнула ему в лицо:

— Вы! Вы не имели права этого делать! Боже, я обесчещена! Что же вы со мной сделали?!

Он попытался приблизиться ко мне и обнять, уже протянул руку, но отрицательно замотала головой, отбежав от него. Не желала я его утешений и объятий, потому произнесла:

— Я все помню! Я была пьяна, и вы воспользовались этим. И все прекрасно помню. Не смейте смотреть на меня!

Она вновь прикрылась легким покрывалом, отвернулась и устремившись подальше от него. Да, она прикрылась спереди, но все ее пикантные и изящные прелести сзади остались обнажены. Петр пробежался алчным вором по ее стройной спине, округлым пухлым ягодицам и длинным ногам и сглотнул. Анна уже дошла почти до окна и только тут осознала, что сзади она совершенно обнажена. Она вновь резко обернулась к нему лицом.

— Ах! Прекратите на меня глазеть! Вы невозможный наглец! И убирайтесь вон! — приказала она.

Игнатьев медленно отошел от кровати, не спуска с нее взора, и думая о том, как успокоить негодование девушки. Анна невольно пару раз пробежалась глазами по его обнаженному телу, и он понял что смущает его нагота, что она и озвучила в следующий миг:

— Прикройтесь, Боги милостивые! — возмущенно воскликнула Анна, и резко отвернулась к окну. А через плечо бросила ему: — Уходите. Немедленно уходите!

Но Петр не хотел уходить. Он жаждал знать о том, что она думала обо всем, что случилось этой ночью. И похоже Анна была недовольна все этим, и это ему не нравилось. Он медленно приблизился к ней сзади. Его рука опустилась на ее распущенные волосы цвета шоколада и он ласково провел по ним.

Девушка резко развернулась к нему и в негодовании выпалила:

— Что вам надобно?! Вы не понимаете, что не должны быть здесь! Уходите, Тимур! Прошу вас.

На ее глазах выступили слезы, и она начала нервно кусать губы.

Петр прищурился, прекрасно поняв, что ее терзало в этот миг. Он медленно поднял руку и показал жестом закрытые губы, словно говоря ей, что никто не узнает о том, что произошло. Она нервно кивнула в ответ и тихо сказала:

— Я тоже буду молчать. Это была ошибка… Вы воспользовались моим состоянием. Я была пьяна, но это не давало вам повода!

Она резко замолчала, ибо Петр нахмурился, явно недовольный ее словами. Она поняла, что нельзя разговаривать с ним в подобном тоне, ибо он был слишком опасным и жестким человеком. Едва не плача, Анна, уже умоляя, попросила:

— Прошу, просто уйдите…. И мы забудем все, как кошмарный сон...

Дикое желание поцеловать ее снова завладело Петром, но он усилием воли остановил себя, ибо видел, что девушка не в себе, и его поцелуй только все усугубит. Он медленно кивнул и отошел от нее. Проворно надел штаны и сапоги, остальную одежду он взял в руки. Кинув последний темный взор на стоящую у окна Анну, быстро вышел из ее спальни.