Чтение онлайн

— Читали вы эти бумаги, м-ръ Функи? — спросилъ сержантъ.

На это слдовало отвчать, что онъ еще не удосужился до сихъ поръ вникнуть въ сущность дла; но м-ръ Функи читалъ эти бумаги денно и нощно, только о нихъ и думалъ и во сн и на яву съ той поры, какъ его сдлали нсколько недль тому назадъ помощникомъ сержанта, a потому ничего нтъ удивительнаго, если онъ теперь покраснлъ еще больше и поклонился въ третій разъ.

— Вотъ это м-ръ Пикквикъ, — сказалъ Сноббинъ, указывая перомъ на ученаго мужа. — Познакомьтесь съ нимъ.

М-ръ Функи поклонился м-ру Пикквику съ тмъ глубокимъ почтеніемъ, съ какимъ обыкновенно молодой юристъ привтствуетъ своего перваго кліента. Затмъ онъ опять обратилъ свои взоры на сержанта.

— Вамъ, я полагаю, не мшаетъ посовтоваться съ м-ромъ Пикквикомъ, — сказалъ сержантъ. — Возьмите его съ собой и постарайтесь внимательне выслушать, что станетъ говорить м-ръ Пикквикъ. Консультація будетъ y насъ посл.

Съ этими словами м-ръ сержантъ Сноббинъ махнулъ рукой и, не обращая больше вниманія на своихъ гостей, погрузился всей душой въ огромную кипу бумагъ, лежавшихъ передъ нимъ. Въ бумагахъ разбирался процессъ великой важности относительно одного, умершаго лтъ за сто, джентльмена, который осмлился запахать большую дорогу, ведущую къ какому-то неизвстному пункту изъ другого, тоже неизвстнаго пункта.

М-ръ Функи никакъ не хотлъ первымъ выйти изъ дверей великаго юриста и скромно потащился сзади, когда Перкеръ и его кліентъ, оставивъ кабинетъ, выбрались на площадь передъ домомъ. Долго ходили они взадъ и впередъ и долго разсуждали о процесс ученаго мужа. Результатъ ихъ конференціи не имлъ положительнаго характера, и юристы остались при томъ мнніи, что заране никакъ нельзя угадать приговоръ суда присяжныхъ. Хорошо, по крайней мр, то, что на ихъ сторон былъ сержантъ Сноббинъ: это, утверждали юристы, должно было служить великимъ утшеніемъ для м-ра Пикквика.

Посл конференціи, продолжавшейся около двухъ часовъ, м-ръ Пикквикъ забжалъ опять въ квартиру своего адвоката, разбудилъ Самуэля, спавшаго все это время безмятежнымъ сномъ, и потомъ они оба отправились въ Сити.

Миръ и тишина въ квартал Боро, въ улиц Лантъ, разливаютъ меланхолическое спокойствіе на всякую чувствительную душу. Здсь вы всегда найдете цлые десятки домовъ, отдаваемыхъ внаймы за самую филантропическую цну. Домъ въ Лантской улиц никакъ не подойдетъ, въ строгомъ смысл слова, подъ разрядъ резиденцій перваго сорта; но тмъ не мене Лантская улица — самое вожделнное мсто для всякаго смертнаго съ философской натурой. Если вы желаете уединиться отъ шумной толпы и удалить себя отъ соблазновъ лукаваго свта, я готовъ, по чистой совсти, рекомендовать вамъ Лантскую улицу, какъ единственное убжище въ цломъ Лондон, гд вы иной разъ не увидите ни одной человческой души, хотя бы пришлось вамъ отъ утра до вечера просидть y открытаго окна.

Въ этомъ счастливомъ захолустьи пріютились съ незапамятныхъ временъ праздношатающіеся переплетчики и букинисты, дюжины дв прачекъ, два-три тюремныхъ агента по части неоплатныхъ должниковъ, небольшое количество домовладльцевъ, занятыхъ работами на докахъ, пять-шесть модистокъ и столько же художниковъ по части портняжнаго искусства. Большинство жителей промышляетъ преимущественно отдачею меблированныхъ покойчиковъ внаймы или посвящаетъ свою дятельность здоровому и сердцекрпительному занятію мытья и катанья многосложныхъ принадлежностей мужского и женскаго туалета. Главнйшія черты осдлой жизни въ этой улиц съ ея вншней стороны: зеленыя ставни, билетики на окнахъ, мдныя дощечки на дверяхъ и ручки колокольчиковъ на косякахъ; главнйшіе виды животнаго царства: трактирный мальчикъ, юноша съ горячими пирогами и бородатый мужъ съ лукошкомъ картофеля на своихъ могучихъ плечахъ. Народонаселеніе ведетъ кочевую жизнь и по большей части исчезаетъ по ночамъ въ конц каждой четверти года {Тогда, то-есть, когда надобно платить за квартиру. Дни трехмсячнаго срока въ Лондон расчисляются обыкновенно на 25-е марта 23-е іюня, 29-е сентября и 25-е декабря. Прим. перев.}. Казенные доходы собираются очень рдко въ этой уединенной долин, поземельная пошлина сомнительна, и водяное сообщеніе весьма часто прерывается.

М-рь Бобъ Сойеръ и неизмнный другъ его Бенъ Алленъ сидли задумавшись передъ каминомъ въ скромной квартир перваго этажа. Былъ вечеръ, и они ожидали м-ра Пикквика съ его друзьями. Приготовленія къ принятію гостей были, повидимому, окончены. Зонтики изъ коридора были взяты и поставлены въ темный уголокъ за дверью гостиной, шаль и шляпка хозяйской служанки не украшали боле лстничныхъ перилъ; на половик передъ наружной дверью были одни только калоши, забрызганныя грязью. Въ коридор на окн весело горла сальная свча, озаряющая мрачный путь въ квартиру студента медицины. М-ръ Бобъ Сойеръ самолично путешествовалъ за крпкими напитками въ погребъ иностранныхъ винъ и воротился домой сопутствуемый мальчикомъ, который, чтобъ не ошибиться домомъ, шелъ по его слдамъ съ корзинкою бутылокъ. Горячій пуншъ, приготовленный въ спальн, уже давно шиплъ въ объемистомъ сосуд изъ красной мди; маленькій столикъ для карточной игры, покрытый зеленымъ сукномъ, былъ поставленъ въ гостиной на приличномъ мст. Рюмки и стаканы, взятые на этотъ случай изъ ближайшаго трактира и y хозяйки, были разставлены въ симметрическомъ порядк на поднос, который скрывался до времени за дверью на площадк.

Но несмотря на эти въ высшей степени удовлетворительные признаки домашняго комфорта, лобъ м-ра Боба Сойера, сидвшаго передъ каминомъ, былъ омраченъ какимъ-то зловщимъ облакомъ думы, гнетущей его мозгъ. Выраженіе дружеской симпатіи проглядывало также весьма рзко въ чертахъ м-ра Бена Аллена, когда онъ пристально смотрлъ на уголья въ камин.

Посл продолжительнаго молчанія, м-ръ Аллень открылъ бесду такимъ образомъ:

— Ну, да, это нехорошо, что она заартачилась какъ нарочно на этотъ случай. Что бы ей подождать до завтрашняго утра?

— Поди, вотъ, толкуй съ ней, — отвчалъ м-ръ Бобъ Сойеръ: — если она разбушуется, самъ чортъ ее не уломаетъ. Презлокачественная натура!

— Ты бы ее какъ-нибудь подмаслилъ.

— Подмаслилъ, да что въ этомъ толку? Она говоритъ, что если я сзываю гостей и намренъ задавать балы, такъ мн, дескать, ничего бы не стоило уплатить ей "этотъ маленькій счетецъ".

— Неужто она не понимаетъ, что балы можно благоразумному джентльмену давать экономически, особыми средствами, не истративъ ни гроша?

— Я говорилъ ей то же самое, да она ршительно ничего не хочетъ слушать: наладила одно и тоже!

— A сколько ты ей долженъ?

— Бездлицу! Всего только за одну треть съ небольшимъ, — отвчалъ м-ръ Бобъ Сойеръ, махнувъ съ отчаянія обими руками.

Бенъ Алленъ кашлянулъ совершенно безнадежнымъ образомъ и устремилъ пытливый взглядъ на желзные прутья каминной ршетки.

— Непріятная исторія! — сказалъ наконецъ Бенъ Алленъ. — Что, если ей вздумается при гостяхъ снять дверь или выставить рамы I На что это будетъ похоже?

— Ужасно, ужасно! — проговорилъ Бобъ Сойеръ.

Послышался легкій стукъ въ наружную дверь.

М-ръ Бобъ Сойеръ выразительно взглянулъ на своего друга, и вслдъ за тмъ въ комнату просунула свою голову черномазая двочка въ грязныхъ стоптанныхъ башмакахъ и черныхъ бумажныхъ чулкахъ Можно было подумать, что это — заброшенная дочь какого-нибудь престарлаго поденщика, который всю свою жизнь сметалъ пыль съ тротуаровъ и чистилъ сапоги прохожимъ.

— Прошу извинить, м-ръ Сойеръ, — сказала двочка, длая книксенъ. — М-съ Раддль желаетъ съ вами переговорить.

Прежде, чмъ м-ръ Бобъ Сойерь произнесъ свой отвтъ, двочка вдругъ исчезла съ такою быстротой какъ будто кто-нибудь влпилъ ей сзади сильный толчокъ, и, едва только окончился этотъ мистическій выходъ, послышался опять другой стукъ въ дверь, сильный стукъ, краснорчиво выражавшій сентенцію слдующаго рода:

— Здсь я! Иду на васъ!

Еще разъ м-ръ Бобъ Сойеръ бросилъ безпокойный взглядъ на своего друга и проговорилъ нершительнымъ тономъ:

— Войдите!

Но позволеніе войти было, казалось, совершенно лишнимъ. Лишь только м-ръ Бобъ Сойеръ произнесъ это слово, въ комнату вломилась малорослая особа женскаго пола, съ ухарскими ухватками и блдная отъ злости. Явленіе ея предвщало неминуемую бурю.