Чтение онлайн

— Здравствуйте, Лоутонъ, — сказалъ м-ръ Перкеръ, затворяя дверь. — Что новаго? Не полученъ-ли какой-нибудь пакетъ съ послдней почтой?

— Нтъ, сэръ, — отвчалъ Лоутонъ, — вотъ этотъ человкъ присланъ къ вамъ отъ м-ра Пикквика, сэръ.

— Отъ Пикквика? — сказалъ адвокатъ, быстро поворачиваясь къ Іову. — Ну, въ чемъ-же дло?

— Додсонъ и Фогтъ арестовали м-съ Бардль за неустойку ея по судебнымъ издержкамъ, — отвчалъ Троттеръ. — Теперь она въ тюрьм, сэръ.

— Право? — воскликнулъ м-ръ Перкеръ, опуская руки въ карманы и облокачиваясь на буфетъ.

— Точно такъ, сэръ, — подтвердилъ Іовъ. — Передъ начатіемъ этого процесса, Додсонъ и Фогтъ взяли съ нея собственноручную росписку, по которой она обязалась имъ выплатить за вс издержки немедленно посл приговора, произнесеннаго судомъ присяжныхъ. По этой росписк она и сидитъ теперь въ тюрьм.

— Вотъ какъ! Ну, признаюсь, — сказалъ Перкеръ, вынимая об руки изъ кармановъ и энергически ударяя щиколками правой руки ладонь лвой, — съ такими умнйшими канальями мн еще не приходилось имть дла.

— О, да, сэръ, это самые удивительные практиканты, какихъ только я зналъ! — замтилъ Лоутонъ.

— Удивительные! — подтвердилъ Перкеръ. — Передъ ними исчезаетъ всякая юридическая опытность и самое тонкое знаніе законовъ.

— Справедливо, сэръ, справедливо, — отвчалъ Лоутонъ.

Принципалъ и его подчиненный разсуждали еще нсколько минутъ о необыкновенной проницательности господъ Додсона и Фогга, при чемъ лица и глаза ихъ просіяли удивительнымъ блескомъ, какъ будто имъ удалось сдлать одно изъ самыхъ геніальныхъ открытій человческаго ума. Когда, наконецъ, мало-по-малу они оправились отъ своего изумленія, Іовъ Троттеръ сообщилъ остальныя подробности порученія, возложеннаго на него Самуэлемъ. Перкеръ задумчиво опустилъ голову и вынулъ изъ кармана часы.

— Завтра, ровно въ десять, я буду имть честь увидть м-ра Пикквика, — сказалъ адвокатъ. — Самуэль разсуждаетъ очень умно. Скажите ему это. — Не хотите-ли рюмку вина, Лоутонъ?

— Нтъ, сэръ, — покорно благодарю.

— То есть да, хотите вы сказать, — отвчалъ адвокатъ, поворачиваясь къ буфету за рюмками и графиномъ.

Лоутонъ не сдлалъ никакихъ возраженій, потому что въ отрицаніи его дйствительно подразумвался утвердительный отвтъ. Онъ только обратился къ м-ру Іову и спросилъ его довольно громкимъ шопотомъ: какъ онъ думаетъ: портретъ, висвшій надъ каминомъ, не представляетъ-ли удивительнаго сходства съ особой м-ра Перкера? На что Іовъ, какъ и слдуетъ, отвчалъ, что дйствительно представляетъ. Когда вино было налито, Лоутонъ выпилъ за здоровье м-съ Перкеръ и ея дтокъ; м-ръ Іовъ за здоровье Перкера. Затмъ они раскланялись и ушли, каждый въ свою сторону. Перкеръ воротился къ гостямъ, письмоводитель въ трактиръ «Сорока», Іовъ — на Ковентъ-Гарденской рынокъ провести ночь, гд Богъ пошлетъ.

На другой день, въ десять часовъ утра, минута въ минуту, аккуратный адвокатъ постучался y дверей м-ра Пикквика, которыя и были, съ великою поспшностью, отворены Самуэлемъ.

— М-ръ Перкеръ, сэръ, — сказалъ Самуэль, докладывая о прибытіи гостя своему господину, который сидлъ y окна въ задумчивой поз. — Очень радъ, сэръ, что вы теперь случайно пожаловали къ намъ. Старшина желаетъ, кажется, переговорить съ вами, сэръ.

Перкеръ бросилъ на Самуэля многознаменательный взглядъ, давая знать, что онъ понимаетъ, какъ должно вести себя при настоящихъ обстоятельствахъ. Пикквикъ, разумется, не долженъ знать, что за нимъ, Перкеромъ, посылали. Затмъ м-ръ Перкеръ прошепталъ что-то на ухо Самуэлю.

— Неужели! Вы не шутите, сэръ? — сказалъ Самуэль, отступая назадъ въ припадк величайшаго изумленія.

Перкеръ кивнулъ и улыбнулся.

М-ръ Самуэль Уэллеръ взглянулъ на адвоката, потомъ на м-ра Пикквика, потомъ на потолокъ, потомъ опять на Перкера; оскалилъ зубы, засмялся, захохоталъ и, наконецъ, схвативъ шляпу, опрометью бросился изъ комнаты безъ малйшихъ объясненій.

— Что это значитъ? — спросилъ м-ръ Пикквикъ, бросая на Перкера изумленный взглядъ. — Что привело моего слугу въ такое загадочное состояніе?

— О, ничего, ничего, — отвчалъ Перкеръ. — Потрудитесь-ка перессть сюда, сэръ, поближе къ столу. Мн надобно переговорить съ вами о многомъ.

— Какія это y васъ бумаги? — спросилъ м-ръ Пикквикъ, когда адвокатъ положилъ на столъ пачку документовъ, перевязанныхъ краснымъ снуркомъ.

— Бумаги по длу вдовы Бардль и Пикквика, почтеннйшій, — отвчалъ м-ръ Перкеръ, развязывая узелъ зубами.

М-ръ Пикквикъ пододвинулъ стулъ, услся и бросилъ весьма суровый взглядъ на своего юридическаго патрона.

— A вамъ не нравится это дло? — сказалъ адвокатъ, продолжая развязывать узелъ.

— Вы должны знать это, сэръ, — отвчалъ м-ръ Пикквикъ.

— Очень жаль, — отвчалъ Перкеръ, — потому что о немъ-то собственно мы и должны разсуждать съ вами сегодня.

— Кажется, я просилъ васъ, Перкеръ, чтобы вы никогда не заводили со мной рчи объ этомъ процесс, перебилъ скороговоркой м-ръ Пикквикъ.

— Полноте, почтеннйшій, полноте, — отвчалъ адвокатъ, посматривая искоса на своего сердитаго кліента. — Рчь пойдетъ y насъ своимъ чередомъ: я затмъ и пришелъ къ вамъ. Угодно-ли вамъ выслушать, почтеннйшій, что я намренъ сказать? Если покамстъ не угодно, я могу подождать. Торопиться не къ чему. На всякій случай, я принесъ съ собой газету. Ваше время будетъ и моимъ. Располагайте мною.

Съ этими словами адвокатъ перебросилъ ногу на ногу, развернулъ газетный листокъ и сдлалъ видъ, будто углубился въ чтеніе какой-то статьи.

— Ну, ужъ такъ и быть, — сказалъ м-ръ Пикквикъ, вздохнувъ изъ глубины души, — говорите, что y васъ на ум. Я готовъ слушать. Старая исторія, я полагаю?

— Не совсмъ, почтеннйшій, не совсмъ, — отвчалъ Перкеръ, свернувъ газету и укладывая ее въ свой карманъ. — Вдова Бардль, просительница, находится теперь въ этихъ самыхъ стнахъ, извстно-ли вамъ это, сэръ?

— Извстно.

— Очень хорошо. A знаете-ли вы, сэръ, по какому поводу и на какомъ законномъ основаніи заключили сюда вдову Бардль?

— Знаю. По крайней мр, я слышалъ объ этомъ отъ Самуэля, — сказалъ м-ръ Пикквикъ, съ притворной безпечностью.

— И Самуэль, смю сказать, представилъ вамъ врнйшій отчетъ объ арестованіи вдовы. Теперь, почтеннйшій, позвольте предложить вамъ первый вопросъ: должна-ли эта женщина остаться здсь?

— Остаться здсь!

— Да, почтеннйшій, должна-ли она остаться здсь? — повторилъ Перкеръ, облокотившись на спинку стула и устремивъ пристальный взглядъ на своего кліента.

— Какъ вы можете объ этомъ меня спрашивать? — сказалъ м-ръ Пикквикъ. — Это зависитъ отъ Додсона и Фогга: вы знаете это очень хорошо.

— Я ничего не знаю, почтеннйшій, — возразилъ Перкеръ съ твердостью. — Только позвольте вамъ замтить, что это не зависитъ отъ Додсона и Фогга. Вы знаете людей, почтеннйшій, такъ же, какъ я ихъ знаю. Это зависитъ единственно, исключительно и ршительно отъ васъ, почтеннйшій.

— Отъ меня! — вскричалъ м-ръ Пикквикъ, длая судорожное движеніе на своемъ стул.