Чтение онлайн

– Вы собираетесь держать меня здесь?
– поинтересовался лорд.

– А вы собираетесь вломиться в мою спальню?

– В вашу спальню уже вломились как минимум двое. Где двое, там и трое.
– С этими словами лорд Тайден смел Таю в сторону и шагнул внутрь. Тая вздохнула, вновь заперла дверь на щеколду и прислонилась к косяку, предоставив лорду самолично разбираться в происходящем. Лорд ошарашенно смотрел то на мокрого Таэрса, то на столь же мокрую Рууну.

– Вы соображаете - что это значит?!
– заорал Риотир, оценив обстановку.

– Международный скандал, - бесстрастно ответила за влюбленных Тая.

– Самое малое!
– Риотир закрыл ладонью глаза, а затем повернулся к гонцу.

Тая испугалась, что лорд собирается придушить Таэрса, и встала между ними.

– Успокойтесь, Риотир. Не будем же мы возвращать бедную девочку принцу. Он обращался с ней по-скотски. Уверена, Крейс к нам не заявится.

– Да плевать мне на принца! Я не хочу разбираться с её родителями!
– махнул Риотир на Рууну.

– Я возьму родителей Рууны на себя!

Лорд Тайден нахохлился, переводя свирепые взгляды с Таи на влюбленную парочку.

– Как вы объясните им превращение принца в оруженосца?

– Вы сделаете меня оруженосцем?!
– воскликнул Таэрс.

– Если раньше не сверну тебе шею, - осадил его хозяин.
– Безмозглый щенок!

– Ничего объяснять не придется. Родители Рууны не знают ни о принце, ни о Таэрсе, - успокоила лорда Тая.

– Разве вы не отправили им письмо?
– удивился Риотир.

– Нет. Когда бы я успела? И потом, без вас я не могу распоряжаться гонцами.

От этого известия лорд заметно приободрился:

– Что ж, одной проблемой меньше.

– А других проблем нет, - заявила Тая.
– Принц не будет искать Рууну.

– Почему?

– Потому что он не захочет сюда возвращаться.

– Если и вернется, я её не отдам, - вмешался Таэрс.

– А тебя вообще никто не спрашивает, - огрызнулся лорд.

– Риотир, присядьте, - Тая почти силком усадила барона в кресло и вытащила заветную бутылку ниарского, до которой так и не дошли руки.
– Откройте-ка, я пока принесу с кухни закуску, - велела она.

Лорд Тайден взглянул на бутылку, затем насмешливо на гостью.

– Миледи, вы что же, втихаря от всех квасите по ночам?

– Удивляюсь, как я вообще не спилась от жизни в вашем замке, - парировала Тая, выталкивая Таэрса и Рууну за дверь.

Принцессу она отвела к Лесе и предоставила девушке позаботиться о ней, а гонца отправила восвояси. Затем совершила набег на кухню, набрав огромное блюдо различных закусок.

К её приходу Риотир уже разлил ниарское по бокалам, и любовался цветом, глядя через бокал на огонь.

Они молча выпили.

– Завтра мне непременно пожалуются, что кто-то ворует с кухни припасы, - заметил он, ухватив с блюда приличный кусок ветчины.
– Свалить все на вас?

– Валите, - махнула рукой Тая.
– Мне теперь ничего не страшно. Но я все-таки не понимаю, почему вы не подыграли Крейсу?

– С какой стати?
– изумился барон.

– Но ведь в глазах дворян мы с Лесей пока действительно никто. Вы идете против "своих"?

– Миледи, здесь и в столице разные представления о том, кто "свой", а кто - "чужой".

Тая протянула опустевший бокал, и барон тут же наполнил его вином, затем налил себе и начал говорить. Рассказывал он долго. О жизни в замке в последние двести лет. Пока у Таи не начала складываться отчетливая картина.

Жизнь в вольных баронствах на протяжении веков подчинялось одной нехитрой цели - сохранить собственную жизнь и уберечь детей. Здесь, на окраине мира, уклад жизни диктовался не модой, не приказами свыше, а умением выживать. Ни одному здравомыслящему барону не пришло бы в голову противопоставлять себя подданным. Историю королевских задворок вершил не он, со своей долгой и славной родословной, не звонкое золото его сундуков и даже не собственное войско. Вся надежда возлагалась на серьезных, чуть медлительных, крепких мужиков, в минуты опасности готовых отстаивать свой клочок земли не только с вилами и топорами в руках. Жизнь, постоянно балансировавшая в этих пустынных землях на грани мира и войны, вечно на стороже от орков и эльфов, ежедневный риск своей головой, свободой, нехитрым скарбом, превратили их в опасных и беспощадных противников.

Казавшиеся в далекой столице немыслимо фамильярными, братские отношения между бароном и его крестьянами, были здесь единственно возможными. Крестьяне признавали неоспоримое главенство за своим господином, а барон обязался безоговорочно оберегать их интересы. Сами бароны были плотью от плоти местных жителей. Мужество и удачливость их далеких предков возвысили над собратьями и их самих и их потомков.

– И вы всерьез ожидали, что я перечеркну историю своего рода из-за какого-то принца?
– спросил барон в конце.

Тая молча покачала головой. Впервые за время пребывания в замке она прониклась к этому грубому, язвительному и невыносимому человеку искренним уважением.

– Риотир, признаю, йааа не всегда была к вам сп-справедлива, - заплетающимся языком сообщила она.

– О, да вы, миледи, и вправду, наклюкались, - заржал он, отбирая у неё бокал.

– Имею право!
– сварливо возмутилась она и крепко заснула прямо в кресле.

Наутро глаз у Таи заплыл совсем, поэтому спускаться в трапезную она отказалась наотрез и попросила принести завтрак ей в комнату. Служанка притащила с кухни огромный поднос с блюдом только что испеченных пирожков, расписным горшочком восхитительного вишневого варенья и пузатым чайником. Тая только-только запустила ложку в варенье, как прибежала Пэт с пузырьком невероятно-полезной-примочки-от-синяков и не терпящим возражений голосом заявила хозяйке, что не отстанет от нее, пока не обработает глаз. Тая обреченно отодвинула варенье и сдалась на милость новоявленной знахарки. То ли лекарство помогло, притупив боль, то ли благотворно подействовал ароматный обжигающий чай, но вскоре Тая окончательно смирилась с временным изъяном внешности и миром заодно. День она собралась проводить в обществе книжки, пирожков и теплого пледа. Но сначала её навестила Леся.

– Таечка, как ты себя чувствуешь?
– прощебетала она с порога и кинулась к крестной.

– Как очень сытый циклоп, - зажмурилась Тая, принимая поцелуи.

– Ой, пирожки! Я угощусь!
– аппетитно захрустела Леся, устраиваясь рядом.

– Ты же завтракала!
– возмутилась крестная.

– Но за завтраком пирожков не было. Их специально для тебя напекли. Ты же теперь героиня. Только и слышно, как слуги тебя расхваливают.

– За что такая честь?
– с набитым ртом поинтересовалась Тая.