Чтение онлайн

— Ты думаешь… — Она закусила губу.

— Да, — ответил я.

Ей не нужно было заканчивать фразу. Мы думали об одном и том же. Мысли в голове мчались одна за другой, и ни одна из них не была хорошей. Лес, который всегда казался мне безопасным, родным, теперь вдруг начал казаться подозрительно чужим. Мы могли быть здесь не одни.

— Надо возвращаться и звонить Финну, — сказал я, вновь поднимая её на спину.

— Нам что-то угрожает? — выдохнула она.

— Не думаю. Но это уже нехорошо. Нам нужно срочно связаться с ФБР.

Хлоя

Уже несколько дней я проводила время между приступами тошноты, читая всё, что могла найти о беременности. Этот ребёнок явно не шутил. От большинства продуктов меня воротило, а иногда даже обычная вода вызывала рвотные позывы. Селин уверяла, что это хороший знак — значит, малыш растёт. Но я сомневалась. Честно говоря, казалось, что мной овладел демон… или один из тех вирусов, что превращают людей в зомби.

И к разгадке того, что происходило в лесу, я не приблизилась ни на шаг. Я избегала Гаса с тех пор, как мы вернулись с той прогулки. Мы тогда позвонили в ФБР, и вскоре после этого приехали агенты. Они обнаружили десятки камер и другого оборудования на моей земле.

Неведение и тревога только усугубляли моё состояние. Были ли мы в опасности? Были ли в опасности мои сотрудники? Почему всё это до сих пор не закончилось? ФБР ведёт расследование уже два года. Казалось бы, давно пора поймать виновных.

А ещё сегодня утром у меня была встреча с партнёрами, и зашла речь о возможной сделке в Алабаме. Лететь туда в августе — последнее, чего мне хотелось. Я делала пометки, параллельно сдерживая рвотный позыв, пока не отключила камеру после Zoom-звонка.

Судя по всему, уезжать из Лаввелла я не собиралась в ближайшее время. А так как Hebert Timber теперь принадлежала только мне, приходилось как-то совмещать её с другими моими активами и проектами. Ещё пару месяцев назад мне казалось, что это вполне реально. Но тогда мне было не сорок. И я не была беременна.

Теперь мне хотелось только завернуться в плед, устроиться в плетёном кресле на веранде с видом на озеро и читать одну из «острых» книг Селин.

Но вместо этого я должна была ехать в Ороно. Иначе опоздаю. Я схватила телефон, ключи, натянула кроссовки и вышла из дома.

После тщательных поисков я нашла отличного гинеколога. Ороно находился не совсем рядом, но дорога была терпимой. И к счастью, город располагался на достаточном расстоянии от Лаввелла и Хартсборо. Последнее, чего я хотела, — чтобы слухи разлетелись как лесной пожар.

Клиника оказалась спокойной и ухоженной. Брошюры на стенах, бесплатные образцы детского питания, стопки информации по детским креслам. Судя по отзывам, здесь были отличные показатели родов, а приём вели и врачи, и акушерки.

В зале ожидания сидели счастливые пары и женщины с округлыми животами, что особенно остро напоминало мне: я одна.

Селин с радостью бы пошла со мной, но лето в самом разгаре, и у неё полно забот с девочками и Джулианом. К тому же, это всего лишь рутинный визит. Я и не с таким справлялась одна.

Я помассировала виски и принялась пролистывать почту, пока ждала. Да, я была сволочью, что не сказала Гасу, но когда планировала все ближайшие визиты, анализы и процедуры, то отправила ему приглашения в календарь только на важные — вроде УЗИ на десятой неделе. Такие моменты он вполне мог посетить.

Хотя внутри всё равно было паршиво, я оправдывалась тем, что берегу себя. Я просто не могла справиться с его присутствием — не только потому, что он становился всё более неотразимым, но и потому, что я избегала разговора о будущем. Я не могла вечно так продолжать, но сейчас мне нужна была дистанция, чтобы разобраться: где и как я собираюсь рожать этого ребёнка.

Как только женщина беременеет, на неё обрушивается шквал решений и забот. Витамины, выбор врача, план родов, уровень физической активности. А всё, что касалось отца ребёнка и возможной поездки через всю страну, было где-то в конце длинного списка.

В последнее время мы с Гасом прекрасно ладили, и у меня не было сил с ним спорить. Мне нужно было просто работать, вынашивать ребёнка и минимизировать весь остальной хаос.

А времени между управлением лесозаготовительным бизнесом и очередной пробежкой до туалета у меня было немного. Если бы ситуация была проще… Я ведь вроде как не одна, но при этом и не с мужем, и не с партнёром. Какие вообще тут правила? Как сделать так, чтобы это было правильно для моего ребёнка?

Я утонула в урагане мыслей, когда дверь в приёмную открылась и вошёл он.

Борода, клетчатая рубашка, привычная хмурость.

Он подошёл прямо ко мне, наклонился и поцеловал меня в макушку, затем сел рядом.

— Что ты здесь делаешь?

— Услышал, что у тебя приём.

— Как?

— Карл увидел Рейчел в кофейне, она сказала Бобу, Боб — моей маме, а она позвонила мне, — его глаза сузились в осуждении.

— Это не настоящий приём, — буркнула я, скрестив руки. — Просто сдаю кровь.

Его ноздри раздулись, когда он меня оглядел.

— Неважно. Я здесь. Я сказал, что буду рядом каждую минуту. — Он наклонился ближе и понизил голос: — Я же говорил. Моя жена не будет проходить через это одна.

— Бывшая жена, — прошипела я, чувствуя, как зашкаливает давление.

Вот почему я не хотела, чтобы он был на каждом приёме. Душит, ведёт себя собственником. Нам нужна дистанция, нужны здоровые границы, а не это вот всё: поцелуи в лоб, поглаживания по бедру и появление без приглашения.

Он пожал плечами.

— Детали. Главное — посыл.

— Посыл — это для открыток, а не для юридически оформленного брака, — огрызнулась я.

Он снова сжал мне бедро. Его рука не имела права быть там, будто он всё ещё имел на меня какое-то право.

— Мне и так хорошо, Стрекоза.

— А мне — нет, — отрезала я и сняла его руку, положив её на подлокотник кресла.

— Мисс Леблан? — позвала медсестра из приёмной.

Мы оба встали, и он, положив ладонь мне на поясницу, повёл по длинному коридору. С каждым шагом я злилась всё больше.

Медсестра взвесила меня, отправила в туалет сдать мочу, задала вопросы о цикле и питании. Затем вручила брошюры о витаминах и добавках.

Всё стандартно. Всё скучно.

Когда она вышла, я повернулась к Гасу.

— Видишь? Тебе не обязательно было приходить. Мне не нужен сопровождающий, чтобы пописать в стаканчик.

Он скрестил руки на груди и откинулся на пластиковый стул у стены.

— Я ничего не упущу. Буду сидеть тихо, не мешать. Но ты не можешь оттолкнуть меня, Хлоя.