Чтение онлайн

Он смотрел на меня. И я на него. Внутри меня клокотало всё сразу: возбуждение, паника, усталость. Он не собирался отступать. Упрямый ублюдок.

Наше молчаливое противостояние прервала врач — женщина средних лет с аккуратным каре и жемчужными серёжками. От неё веяло уверенностью, и это сразу немного успокоило.

— Сейчас мы послушаем сердцебиение, — сказала она, доставая небольшой прибор, больше похожий на игрушку. — Ложитесь.

Я откинулась на кушетку и приподняла футболку, обнажив живот, который пока совсем не выглядел по-беременно.

Она водила по мне датчиком, и помещение наполнили шуршащие звуки.

— Хм, — нахмурившись, она сменила угол, снова провела, покрутила настройки. — Ладно. Пока не удаётся уловить сердцебиение.

Я замерла, сердце сжалось от паники, и я сразу посмотрела на Гаса.

Он подошёл ближе, хмурясь.

— Это проблема?

— Нет, — покачала головой врач. — Это нормально. На таких сроках допплер может ничего не поймать.

— Ну и техника у вас, — пробурчал он, кивая на прибор. — Будто Fisher-Price выпускали.

У меня перехватило горло. Дышать стало тяжело. Боже, а вдруг что-то не так? Руки задрожали, слова не шли. Мне сорок. Почти динозавр. А сколько вина я выпила за эти годы? Сколько бессонных ночей, сколько фастфуда? Я плохо обращалась со своим телом. Конечно, оно подводит, когда важнее всего. Отлично. Уже проваливаю материнство.

Гас положил ладонь мне на плечо.

— Что делаем дальше, доктор?

— Можно подождать до планового УЗИ на десятой неделе. Или я сейчас спрошу, свободен ли узист, и сделаем прямо сейчас.

— Сейчас, — потребовала я.

Он молча кивнул, сжав мне плечо.

— Хорошо, — сказала врач, откладывая допплер. — Подождите минуту. — И вышла в коридор.

Слёзы жгли глаза. Я лежала, дыша через нос, рубашка всё ещё задрана до груди.

Гас притянул меня к себе и поцеловал в макушку.

— Всё будет хорошо.

Я всхлипнула, вцепившись в его фланелевую рубашку.

— А если…

— Тсс, — снова поцеловал он. Его жест действовал на меня куда сильнее, чем я была готова признать. — Послушай, — проговорил он спокойно и уверенно. — Это ведь особенный день. Мы увидим нашего малыша немного раньше. Не могу дождаться — вдруг он уже умеет хмуриться? Или, может, у него рыжие волосы?

Я хлопнула его по руке.

— У восьминедельного эмбриона нет волос.

— Наш ребёнок будет исключением, — пробормотал он, прижимая меня крепче. — Вот увидишь.

Через вечность нас позвали в кабинет УЗИ. У меня дрожали ноги, пока узистка протягивала мне рулон бумажных простыней и просила раздеться ниже пояса.

Я приподняла его, посмотрела на Гаса.

— Хочешь выйти?

— Надо — выйду, — он уже потянулся к двери.

Я покачала головой. Он и так всё уже видел. Какая разница, увидит ли целлюлит на моём бедре? Сейчас было не до тщеславия. Мне нужно было увидеть ребёнка.

Узистка вернулась, села рядом.

— Мы будем делать трансвагинальное УЗИ.

И показала мне жезл, покрытый гелем.

Господи. Ну, сразу в глубокий конец бассейна, как говорится.

— Не двигайтесь, мисс Леблан. И сделайте глубокий вдох.

Гас вскочил и взял меня за руку. Этот жест был настолько правильным, таким естественным, что у меня закружилась голова. Слава Богу, что он здесь.

Какой же я была стервой, не сказав ему о приёме. Что я пыталась этим доказать?

Пока узистка готовилась, меня захлестнула волна стыда. Он хотел быть рядом, а я не имела никакого права отталкивать его. Я бы ни за что не справилась с этим одна. Я злилась на него двадцать лет. И даже если моё сердце никогда полностью не исцелится, этот ребёнок не заслуживает быть рождённым в такую атмосферу. Как бы тяжело ни было, у меня есть тридцать две недели, чтобы научиться прощать. И я сделаю это ради него. Ради нашего малыша.

На чёрно-белом экране всё казалось хаосом: тени, линии, очертания. Было сложно что-то разглядеть.

— Вот оно, — сказала техник.

На экране появился маленький боб. Наш ребёнок.

— Господи, — прошептала я, и слёзы хлынули вновь, но на этот раз совсем по другой причине.

— Видите это мерцание? — Она указала пальцем. — Это сердцебиение.

Я вдохнула поглубже, пытаясь сдержать рыдания. Это казалось невероятным. Голова, позвоночник, зачатки ручек, и это постоянное дрожание — сердце.

Гас наклонился и поцеловал меня в щёку, но я не могла оторвать взгляд от экрана.

— Сто пятьдесят ударов в минуту. Очень сильное сердцебиение.

— Только посмотри, — прошептал он мне на ухо. — Наш маленький лесоруб. Растёт крепким.

Слёзы снова потекли по щекам — на этот раз счастливые. Ну и зачем я вообще сегодня красилась?

— Сейчас мы не видим многого, но я сделаю необходимые измерения, хорошо?

Мы с готовностью закивали. Даже на восьмой неделе, размером всего с фасолину, этот малыш уже был самым драгоценным и прекрасным существом, что я когда-либо видела.

— Мы это сделали, — сказал он, сжав мою руку.

— Мы, — кивнула я.

— Я так горжусь тобой, Стрекоза.

— Я ведь ещё ничего не сделала.

— Ты уже сделала всё. Просто пока не понимаешь этого.

После приёма мы сидели в его грузовике и рассматривали чёрно-белые снимки нашей маленькой фасолины.

— Пока мы здесь, надо заехать в магазин натуральных продуктов, — предложил он. — Поезжай за мной. Я читал, что засахаренный имбирь помогает от тошноты.

Я нахмурилась и повернулась к нему.

— Ты читал? Где?

Он бросил на меня хмурый взгляд.

— В книге. Я умею читать, Стрекоза.

— Ты читаешь книги о беременности?

— Да, — ответил он так, будто это само собой разумеется. — У нас будет ребёнок. Я должен подготовиться. Ты же не ждёшь, что я войду в это с нуля?

Моё сердце забилось быстрее. Что за чёрт? Мужчины не читают книги о беременности. Или читают? А Гас? Мысль о нём, сидящем на веранде с книжкой о развитии плода, заставила меня улыбнуться. И одновременно почувствовать себя виноватой. Я сама была ещё на нулевом уровне подготовки.

— Сколько ты уже прочёл? — спросила я, прищурившись.

Он пожал плечами.

— Немного.

— Сколько? — Я шлёпнула его по руке.

Он опустил голову и пробормотал.

— Семь.

— Гас! — воскликнула я. — Ты ведь знаешь о ребёнке всего три недели!

— Две из них были в аудио, — добавил он.

Я запрокинула голову и выдохнула.

— Аудио тоже считается. Это всё равно чтение.

— Мне нужно многое узнать, — пробормотал он, выглядя почти застенчиво. — И это не только про беременность. Я взял книги о новорождённых, о развитии мозга у младенцев. Ещё одну про сон. Сон — это очень важно. Ты знала, что если кормишь исключительно грудью, то нужно добавлять витамин D?