Чтение онлайн

– Это точно! Поддержал мой вывод Васильев.
– Слушайте, товарищ подполковник? А не покушать ли нам борщика? А? Может на сытый желудок и что-то умное в голову вступит?

– А, может и правда? Давай!

Через несколько минут перед нами стояли котелки с дымящимся борщем и свежим, еще теплым хлебом. С чувством, проглотив несколько ложек наваристого борща, майор, глядя в котелок, задумчиво сказал:

– Противник должен лишиться господства в воздухе. Так?

– Так! Ответил я.

– Как думаешь, почему это важно?

– Ну... Собираясь с мыслями, замялсял я.

– Я готовясь в академию, прочитал много умных книжек, и в одной, один немецкий генерал писал, что по теории блицкрига, без господства в воздухе вообще наступательные операции невозможны.

– Почему?

– Он писал, что господство в воздухе это не столько бомбардировки, сколько информация. И я с ним согласен, при всём уважении к агентам и разведчикам, основную тактическую информацию во время Отечественной войны, наиболее полно и своевременно приносила именно авиаразведка! Вспомни, прорыв немецких танков к Москве обнаружила авиация, ни агенты, ни войсковые разведчики не сработали.

– Ты знаешь, по моему ты прав! Но! Обнаружить авиаразведку мы допустим можем, а как сбить этого разведчика? Не обязательно же, он будет в зоне поражения 'Шилок' или ПЗРК! Если мы еще придумаем, как гарантированно их сбивать!

– Я думаю, без летчиков Лакеева нам не обойтись, а для этого нужна постоянная и качественная связь с ним. Ответил майор.
– Я думаю, что мы нащупали ахиллесову пяту немцев, и это дело нам вполне по силам! Лишим их глаз, уже легче будет.

– А за связь, мне не надо объяснять, то что это основа основ современной армии, я знаю! Запаздывание в получении и обработке информации было основной причиной поражений 41-го. Получается, без решения этих двух вопросов, решение всех остальных просто бессмысленно.

– Ну вот, теперь можно и за второе спокойно приниматься! Пошутил начальник штаба.

– Заварил ты кашу, и сразу на покой! В ответ пошутил я.
– Интересно, что немцы думают по поводу потери целой группы бомбардировщиков? Думаю, минимум свои репы чешут! Шутка ли, за двадцать минут потерять считай авиаполк! Ты знаешь, мне даже понравилось так воевать!

– Пока ты беседовал с генералом, 'Овод' доложил, что над местом падения самолетов, постоянно барражируют несколько немецких истребителей и один разведчик. Ответил майор.

– Как у нас дела с маскировкой? Разведчик сейчас, наши места со всех ракурсов фоткает!

– Боюсь сглазить, но мальчишки наши не зря фильмы про войну смотрели, курят в кулак, по расположению зря не мотаются, да вообще какие-то повзрослевшие, даже курсанты и те намного серьезнее стали. Хлопцы из их фотограммерического взвода дали несколько ценных советов и помогли устранить огрехи в маскировке. Так что нормально. Уверенно ответил Васильев.

Я никак не мог успокоиться, от того что, нашелся способ как задержать наступление немцев. Что бы прийти в себя, я стал медленно обдумывать какие приемы мы состоянии использовать, что бы заставить противника замедлить свое продвижение. Нужно придумать какой-то простой и надежный прием, которым мы могли сломать немцам их планы. Но в голову, ни чего путного не приходило, и решил немного отпустить ситуацию и поговорить о проведенном бое наших 'Шилок'.

– Надо использовать 'Шилки' в ПВОшных засадах: провоцировать налеты немецкой авиации и сбивать! Сбивать! Сбивать!

– Командир! Ты путаешь причину и следствие, смотри: налет бомбардировщиков противника это реакция немецкого штаба на информацию добытую разведчиком! Так?

– Так! Согласился я.

– А если сбить разведчика, то немецкий штаб ослепнет на какое-то время. Так?

– Так! Еще раз согласился я, понимая, что мы подходим к решению проблемы. Дальше что?

– А дальше вот, что: нам надо расположить свои РЛС так, чтобы создать сплошное радиолокационное поле в полосе нашей армии и регулировать воздушное движение. Возле каждой 'Шилки' должна быть своя взлетная полоска, достаточно одного, максимум для двух самолетов. Увидели на радаре одиночную цель, выпустили воздушного бойца, он свое дело сделал, и на основной аэродром, обслужился, если надо починился, отдохнул и назад в засаду. А что бы, не столкнулся со своим напарником, хвост свой закинул на грузовик и притянули его назад и сидим ждем следующего разведчика.

– Вот оно! Радостно воскликнул я.
– А если это пара истребителей, то он выводит их на засаду, если их больше наводим на них эскадрилью или две, или полк! Надо это с Лакеевым отработать!

В этот момент на связь вышел лейтенант Лучик и доложил о том, что на опушке леса, до которой он дошел, следы нашей колонны исчезли, т.е. их нет абсолютно! Мы с Васильевым пару минут обсуждали эту новость и пришли к выводу, что ему необходимо продолжить разведку в соответствии с приказом. Выйдя на связь, я приказал ему:

– Продолжайте движение до станции Сенкевичевка. По прибытию на станцию, доложить обстановку. Маршрут теперь выбирайте из условий соблюдения максимальной скрытности передвижения. При возникновении сложных ситуаций, докладывать немедленно. Задача ясна?

– Так точно!

– Выполняйте!

Помолчав пару минут, Васильев продолжил развивать тему:

– Слушай, для уничтожения авиаразведчиков, наверное, надо сформировать отдельную группу истребителей?

– Это все будем решать с Лакеевым, а с ним нужна бесперебойная и качественная связь! Из двух проблем, одну мы решили, осталось решить вторую - как и чем наладить связь! Пока лучше вспомни, какие самолеты немцы использовали для разведки, мне в голову приходит только всем известная 'Рама', тебе?

– Мне тоже только она, надо Суховею поручить, чтобы он пленных потряс... А вон он, и сам идет сюда, сказал Васильев, ткнув ложкой в его сторону.

– Ну вот! На ловца, как говориться и зверь бежит! Поприветствовал я начальника разведки.
– Завтракал?

– Нет, не успел.

– Присаживайся, в ногах сам знаешь... Рассказывай, что выпытал, что сами сказали...

Пока солдат бегал на кухню за борщом для капитана, Суховей начал докладывать, что удалось узнать, допросив оставшихся трех членов экипажа Хенкеля и пилота сбитого истребителя.

Внимательно выслушав капитана, мы с Василевым начали прикидывать, чем располагает люфтваффе на нашем направлении. Получалось не слабо. В состав 5-го авиакорпуса, действующего непосредственно против нас, которым командует генерал фон Грайм, входят три бомбардировочные эскадры, одна истребительная и одна дальних разведчиков. Две бомбардировочные эскадры вооружены 'Юнкерсами-88', одна 'Хенкелями-111'. Истребительная эскадра - 'Мессершмидт-109', а вот с вооружением авиаразведчиков было не все ясно. Это примерно 250 бомбардировщиков, около 100 истребителей и приблизительно с полсотни авиаразведчиков. Помимо этого, непосредственно сухопутным войскам приданы т.н. авиационные отряды войсковой или как они еще называют ближней разведки. Получалось, что на вооружении этих частей в основном были достаточно тихоходные самолеты, правда снабженные первоклассной радио и фотоаппаратурой. Обсуждение полученных данных прервал звонок полевого телефона. Взяв трубку, я услышал, как солдат-телефонист скороговоркой докладывает: