Чтение онлайн

Джулиан смотрел на гнущиеся под ветром старые деревья и уныло провожал взглядом капли воды, стекающие по стеклу окна над крышей теплого каменного строения. Похоже, что здесь он застрял надолго. Сперва убежав от лишнего шума, чтобы спокойно пересчитать все последние расходы и составить отчеты. К Алану после их разговора он не мог пойти, а Уоли со своими тисканьями и поцелуями совершенно не способствовал спокойной работе. Так что пришлось с ноутбуком и бумагами слинять сюда.

Старое каменное строение с деревянной крышей и теплом. Запахом чистого сена и спелых яблок, которыми частенько баловали породистых коней. Всегда прибранное и чистое, куда не так много народу захаживало. Но самым любимым местом здесь были два верхних пролета под самой крышей, где лежали тюки сена и мешки с зерном. Джулиан сейчас был как раз на самом последнем пролете. Устроив себе уютное гнездышко из клетчатого пледа, отгородившись от нижних пролетов мешками и тюками с травой. Только сегодня ему, видимо, придется задержаться. Желания переться в такой ливень в замок совершенно не было.

Помощник дизайнера понял, какую совершил ошибку, только когда услышал громкий мужской смех, после которого в конюшню ввалились мокрые до нитки Алан и Кайрен. Целуясь на ходу и тискаясь, словно мальчишки. Джулиан смотрел на них и не узнавал. Он не мог понять, как могут настолько меняться люди. Как могут смотреть так и шептать друг другу все то, что он сейчас слышал от этих двоих. И это если вспомнить то, как они грызлись совсем недавно. Только сейчас все было по-другому.

Алан даже не подумал возмущаться, когда его вжали спиной в деревянный столб, а для уверенности еще и навалились всем телом. Жарко дыша под ухом и водя губами по влажной коже. Забираясь холодными пальцами под мокрую рубашку и царапая лопатки. Улыбаясь в губы и раскрываясь. Позволяя проникнуть языком глубже, ластясь собственным, кусая губы и слыша хриплый смешок. Откидывая голову и, зарывшись в мокрые волосы, прижимая ближе. Чувствуя, как крепкие ладони проходят по пояснице и, сжав бедра, опускаются на ягодицы. Прижимая к чужим бедрам и двигаясь не спеша.

Алан терял голову уже в который раз. Совершенно не имея желания даже анализировать свое, безусловно, неприличное поведение. Чему очень даже способствовал шепчущий очередную пошлятину Валгири. В ответ получалось только постанывать и кусаться. Чего с каждой минутой становилось меньше.

Они даже не заметили шокировано смотрящего на них Джулиана и, с трудом оторвавшись друг от друга, по скрипучей деревянной лестнице поднялись на второй пролет. Снова целуясь и спотыкаясь о старые мешки. Рухнув, наконец, в стог сена за тюками. Перекатываясь и срывая друг с друга сырую одежду. Целуя и царапая обнажающуюся кожу. Рыча, подобно зверям, у которых от гона крышу сорвало.

– Тебе не надоело затаскивать меня в каждый угол на глазах у всех? – оседлав бедра Кая, невинно поинтересовался Алан и, сжав набухший член сквозь ткань штанов, расплылся в хищной улыбке.

– Тебе это нравится, – толкнувшись, прошипел Кай и сжал губами покрасневшую мочку уха, – нравится, как я беру тебя, как вылизываю тебя здесь.

Пальцы нагло нырнули под пояс штанов и погладили ложбинку между ягодиц. Сорвав с искусанных губ рваный вздох. У Кая глаза загорелись и затрепетали крылья носа от одного запаха возбуждения, которое заполнило собой весь воздух. Он зарычал и, подмяв под себя вскрикнувшего Алана, рванул молнию на его джинсах так, что металлическая застежка осталась в руках.

– Варварррр... – прорычал блондин и, перекатившись, снова оказался верхом.

Уперевшись ладонями в обнаженную грудь и заставив облизывающегося оборотня откинуться назад. Покрывая поцелуями горло, вылизывая ключицы и царапая соски. Языком очерчивая рельефный пресс и легко расстегивая джинсы. Чем, видимо, все-таки довел своего волка до шока.

Усмехнувшись в расширенные от удивления золотые глаза и уткнувшись в горящий от возбуждения пах. Со стоном вдыхая тяжелый мускусный запах и слыша звериный рокот. Он давно хотел этого. Каждый раз представляя, как сожмет крепкие бедра и губами пройдет от самого основания до сочащейся головки. Языком обведет уздечку и ртом насадится на всю длину.

«Я – извращенец... А еще зоофил», – пронеслось еле уловимо где-то на задворках сознания, и Алан сам застонал от того, что делал.

Вылизывая упругий большой член и теряя любые связные мысли, слыша стоны и порыкивания над головой. Чувствуя зарывшуюся в волосы когтистую руку. Наматывающую на кулак мокрые пряди. Взять с первого раза не удается. Но Алан упрям и жаден. Он обхватывает губами бордовую головку и вылизывает, посасывает, словно сладкий леденец. Помогая себе руками и застонав, когда, наконец, заглотив до упора, упирается носом в пах. Он движется чертовски медленно, смакуя вкус и совершенно не видя дикие глаза смотрящего на него мужчины.

У Кайрена была, наверное, тысяча мужчин и женщин. Страстных, пылких, испорченных и гнилых душой настолько, что хватило бы на три Ада. Но никто никогда не мог довести его до такого состояния, как это белобрысое существо с глазами ангела и ухмылкой дьявола. Жаркий, красивый, необузданный и непредсказуемый. Сейчас он явно пытался довести альфу до смерти. От одной мысли о том, где мог его человек научиться вытворять языком такое, зверь внутри слетал с катушек. Алан принадлежал только ему и никому больше.

Альфа глухо зарычал и, дернув блондина вверх, впился в его алый рот. Сгребая в крепкие объятия и вылизывая опухшие губы. Наконец содрав с него чертовы штаны и повернув обоих на бок. Алан глухо застонал и выгнулся дугой, чувствуя влажный член, трущийся о ложбинку между ягодицами. Обхватывая губами пальцы, скользящие по ним, и жадно втягивая. Обводя языком и покусывая кожу на самых кончиках. Чувствуя, как они давят на язык, играют с самым его кончиком и гладят щеку изнутри.

– Ты бы только знал, как у меня крышу от тебя сносит, – широко лизнув порозовевшее ухо, прошептал Кай и другой рукой сжал набухшую головку соска.

Алана выгнуло и встряхнуло. Из его груди вырвался почти всхлип. Он сильней прижался к альфе, заведя руку назад, оцарапал чужое бедро. Под зажмуренными веками сотнями взрывались алые вспышки, и мышцы сводило от напряжения. Пальцы напоследок погладили влажный язык и исчезли изо рта. Скользя по горящим соскам, коснувшись подрагивающего живота и нырнув между расслабленных ягодиц. Оглаживая анус, то проникая, то выходя. Неожиданно войдя так глубоко, что стало почти больно. Срывая вскрики с губ каждый раз, касаясь набухшей простаты. Поглаживая внутри, растягивая и понимая, что с каждой минутой собственной выдержки становится катастрофически мало.

Кайрена ведет снова и снова. От острого запаха, от граничащего с болью возбуждения. Криков, которые он впитывает, как умирающий от жажды. Он уже с трудом сдерживает зверя, рвущегося наружу. А Алан делает только хуже. Он сладко стонет, вскрикивает от каждого движения. Насаживается на пальцы и царапает его руки. Порозовевший, мягкий, шелково гладкий везде и сладкий настолько, что невозможно оторваться. Он давится воздухом и всхлипывает, когда вместо пальцев, растягивая анус до упора, в него входит твердый влажный член.

Алану больно и сладко одновременно. Он жадно глотает воздух и дрожит. Его тело горит, и ноги сводит судорогой от каждого движения. От медленных толчков и той пошлятины, что льется в уши и будоражит кровь. Воздух вокруг наполнен запахом секса, пота и влажного сена. Он кружит голову и отнимает все мысли. Вокруг все темнеет, и зрение расплывается. Алан не успевает и моргнуть, когда оказывает лежащим на груди вытрахивающего из него всю душу Кайрена. Отросшие клыки до крови вонзаются между плечом и шеей. Держа цепко и вырывая из груди новый вопль. Руки грубо хватают под коленями и разводят бедра шире. Толкаясь сильней, ускоряя темп и уже вколачиваясь в извивающееся тело.