Чтение онлайн

Как известно, при Султан Хусайн-мирзе в Герате значительного расцвета достигли литературам искусство. Город при нем превратился в крупный культурный и литературный центр. Сюда собирались деятели науки, искусства и литературы со всех концов Маверан-нахра и Ирана. Мухаммад Хайдар среди людей придворного круга Султан-Хусайн-мирзы назвал и Ибн Рузбихана [31] — последний, без сомнения, вошел в круг ученых богословов при дворе этого султана. Однако Ибн Рузбихану не пришлось там остаться надолго. В первые годы XVI в. произошли события, вызвавшие перемены в жизни нашего автора. Мухаммад Шайбани-хан, завоевав северные области владений Тимуридов, готовился к захвату раздираемого внутренними неурядицами обширного государства Султан-Хусайн-мирзы. Многие поэты и ученые придворного круга Хусайн-мирзы, видя неминуемую гибель его государства, постепенно стали покидать Герат и переходить на сторону Шайбани-хана. Так, например, ушел из Герата поэт Камаладдин Бинаи, получивший у Шайбани-хана звание “царя поэтов” [32] . К Шайбани-хану без колебаний перешел и Ибн Рузбихан. К сожалению, мы не располагаем ни одним источником, который сообщил бы о деятельности нашего автора при дворе Султан-Хусайн-мирзы. Вероятно, в это время он никаких литературных произведений не создал. Это можно объяснить, видимо, тем, что писать ему мешало смутное, беспокойное время. Ни один источник не сообщает также и о том, когда именно он перешел к Шайбани-хану: до или после захвата Герата узбекским ханом.

В Мавераннахре Ибн Рузбихан становится историографом этого хана. В годы пребывания при дворах узбекских ханов он написал несколько произведений исторического и юридического характера. В 914/1509 г. наш автор создал наиболее значительное и ценное для истории Узбекистана произведение — “Записки бухарского гостя” {Михман-наме-йи Бухара). Как явствует из слов самого Ибн Рузбихана, в его “Записках бухарского гостя” он несколько ранее написал еще два не дошедших до нас сочинения: “Трактат о Землепашце” (Рисала-йи харисийа) и “Родословная его величества наместника всемилостивого” (Насаб-наме-йи хасрат-и халифат ар-рахман).

Ибн Рузбихан при дворе Шайбани-хана выполнял ту же функцию, что и при дворе султана Йакуба. Он сопровождал узбекского хана во всех его походах и поездках, подавал советы и выполнял поручения этого хана. В этом кругу, как явствует из “Записок бухарского гостя”, он встретил со стороны хана и его приближенных хорошее отношение к себе. Ни одно собрание, которое устраивал Шайбани-хан, не проходило без его участия, его присутствие было постоянным. Хан часто давал ему всевозможные поручения. Даже когда Ибн Рузбихан однажды чувствовал себя нездоровым, Шайбани-хан поручил ему ревизию вакфов в Самаркандской области. Об этом известно со слов самого Ибн Рузбихана, который в “Записках бухарского гостя” пишет: “Было дано высочайшее указание, чтобы [я], бедняк, совместно с самаркандским казием проверил имущества, обращенные в вакф, и степени мударрисов и студентов этой области и истинное положение дела доложил августейшему собранию”.

После смерти Мухаммад Шайбани-хана в 1510 г. Ибн Рузбихан оказался не у дел и жил в Самарканде. Вскоре его пригласил к себе племянник Шайбани-хана Убайдаллах-хан, советником которого нашему автору приходилось бывать и раньше. Между прочим, под руководством Ибн Рузбихана Убайдаллах в Бухаре прочел сборник преданий “Неприступная крепость” (Хисн-и хасин) и другие книги.

В 918/1512 г. недалеко от Кул-и Малика произошла битва между 'Убайдаллах-ханом и Захираддин Мухаммад Бабуром, где Бабур потерпел окончательное поражение. Ибн Рузбихан в книге “Правила поведения государей” (Сулук ал-мулук) знакомит читателей со своей самаркандской жизнью до этого события, т. е. до вступления в Мавераннахр кочевых узбеков под предводительством 'Убайдаллах-хана: “Одним из необычных происшествий является то, что я, ничтожный бедняк, в этом году (918 г. х.) в богохранимом Самарканде был собеседником скуки и тоски и пленником носителей еретических учений [33] и заблудших. Ни пути ухода куда-либо, ни средства связаться с друзьями и товарищами не было. Все время, темными ночами, устремив взор ожидания на большую дорогу узбекских султанов, я зажигал факелы печали на всех путях ожидания. Каждый день птица Рух летала на небесном просторе желания, авось какой-нибудь голубь принесет с той стороны весть, или облако со стороны Туркестана обронит благодатную каплю на долину жаждущих” [34] . Узнав о победе Убайдаллах-хана над Бабуром, Ибн Рузбихан написал хронограмму на это событие и послал ее вместе с лирическими стихами к хану [35] . Хан пригласил нашего автора к себе в Бухару. Ибн Рузбихан записал: “После того как [Убайдаллах-хан] утвердился в Бухаре, пришло августейшее повеление, чтобы [я], ничтожнейший бедняк, приехал из Самарканда в Бухару, и я вместе с семьей немедленно выехал в Бухару” [36] . С этого времени жизнь Ибн Рузбихана снова протекает при ханском дворе. Снова ему пришлось сопровождать хана в походах и подавать советы. Не имея возможности вернуться на родину и питая непримиримую ненависть к шаху Исмаилу, Ибн Рузбихан побуждает хана к войне с шахом. В честь победы турецкого султана Салима, одержанной под Чолдераном над Исмаилом I в 920/1514 г., он написал две касыды. Эти касыды включены Фаридун-бием вместе с разными оттоманскими государственными бумагами в “Собрание султанских документов”. Одна из касыд сочинена на староузбекском языке [37] .

Находясь на службе у Убайдаллах-хана, Ибн Рузбихан написал упомянутую нами выше книгу “Правила поведения государей” и “Комментарий к "Поэме о плаще" ал-Бусири”. “Правила поведения государей” представляют собой этико-юридический трактат, написанный по предложению Убайдаллах-хана. Труд содержит правила управления государством на основе шариата. Сочинение разделяется на 15 глав, трактующих о назначении должностных лиц и об их обязанностях, о порядке паломничества, о раздаче милостыни, о введении и сборе налогов, о находках, о подавлении восстаний.. Мирза Салим-бий б. Мухаммад Рахим в своей книге “Сума нищего” (Кашкул) упоминает такую деталь: “Убайдаллах-хан, будучи недоволен положением своих дел в управлении [государством], попросил Маулана Фазлаллаха б. Рузбихана, одного из выдающихся улемов того времени, написать книгу-руководство на основе учений Абу Ханифы и Шафии, чтобы ею можно было пользоваться. Вышеназванный написал книгу, называемую "Сулук ал-мулук", и украсил ее именем хана. Ею руководствуются по сей день” [38] . Сам Ибн Рузбихан пишет об этой книге следующее: “Книга, называемся Сулук ал-мулук, представляет собой ответы на вопросы: из чего надо исходить в государственных делах, на чем должно основываться во взаимоотношениях с мусульманами, чем руководствоваться при назначении правителей и дару, при взимании хараджа, ушра, джизьи и как поступать с неверными. Эта книга Сулук ал-мулук написана как ответ в меру знания автором канонов двух учений, ханифитского и шафиитского” [39] .

Наш автор приступил к написанию этой книги в среду 20 зу-л-хиджжа 919/16 февраля 1513 года и закончил ее в 920/1514-15 г. [40] . Автограф этого произведения хранится в Ленинградском отделении Института народов Азии АН СССР под № А-316. Об этом автографе А. Валидов пишет: “Автор — Фазлаллах б. Рузбихан, известный [по прозванию] Хаджа Маулана Исфахани. Он окончил свою книгу в Бухаре в 920 г. х. После предисловия следует повествование о войне между Бабуром и Убайдаллах-ханом в 918 году... Наш экземпляр, судя по записи на первом листе, должно быть, автограф” [41] . Списки этого произведения имеются в Институте востоковедения АН УзССР в Ташкенте и в Британском музее [42] . В 921/1514-15 г. Ибн Рузбихан, как уже было упомянуто выше, сочинил в честь победы османского султана Салима I хвалебную касыду [43] и отправил ее в Стамбул. В том же году он написал “Комментарий к "Поэме о плаще" ал-Бусири”. М. А. Салье считает, что рукописи этого сочинения Ибн Рузбихана “крайне редки”, что кроме экземпляра, хранящегося в ИВАН УзССР (инв. № 4880), в литературе упоминается лишь один его список, обнаруженный в Эдинбурге [44] . На самом же деле списков этого сочинения гораздо больше: в Ленинграде имеются два экземпляра, а в ИВАН УзССР, кроме указанного М. А. Салье, еще два [45] .

О дальнейшей жизни Ибн Рузбихана ничего не известно, ни он сам, ни другие восточные авторы не сообщают о ней позднее 921/1515 г. Мир Хамид в своей книге “Жизнеописание шейхов”, касаясь Хазрат-и Хаджжи (шейха ордена Кубравийе) и его жизни в период с 923/1517 по 936/1529. г., упоминает, что Хазрат-и Хаджжи, побывав в Хорезме, Мангышлаке и Хорасане, из Бухары переехал в Самарканд и “на пути в Кермине имел приятную встречу с Ходжой Муллой Исфахани” [46] . Им мог быть только наш автор, так как все историографы XVI в. упоминают Ибн Рузбихана именно под этим именем, да и он сам во всех своих произведениях писал о себе “известный [по прозванию] Хаджа Мулла [Маулана] Исфахани”. Опираясь на сообщения Мир Хамида, можно полагать, что наш автор последние годы своей жизни тоже провел в Мавераннахре и жил в Бухаре или в Кермине. Хасан-бек Румлу, Хасан Нисари и Гийасаддин Хандамир единогласно утверждают, что Фазлаллах б. Рузбихан Исфаханй умер в Бухаре и похоронен в Хийабане 5 джумада I 927/13 апреля 1521 г.. Однако о дате смерти Ибн Рузбихана мнения расходятся. Мухаммад Казвини считает, что Ибн Рузбихан умер в пределах 930/1523 — 940/1533 гг., а Мухаммад Амин Хунджи — в 937/1530 г. в Самарканде. М. А. Хунджи считает, что Ибн Рузбихан кроме названных нами выше произведений написал еще комментарий к книгам Муваккаф и Кашшаф и что будто бы он намеревался после “Украшающей мир истории Амини” написать комментарий на Сахих Муслима. Хаджи Халифа, автор Кашф аз-зуннун, а за ним и М. А. Хунджи указывают еще следующие труды Ибн Рузбихана: ("Диар Бакриа") — история династии Ак-Коюнлу; описание событий, происшедших при Узун-Хасане и его преемниках. Книга написана на персидском языке. Однако В. Ф. Минорский утверждает, что М. А. Хунджи неправильно приписывает авторство этой книги Ибн Рузбихану и что автором ее является Абу Бахрам Тихрани. По сведениям В. Ф. Минорского, эта книга готовилась к изданию в Анкаре Фару-хом Сюмером [47] .

О духовном облике Ибн Рузбихана, его убеждениях и взглядах дают довольно точное представление его собственные произведения. Пользуясь своим именем крупного ученого богослова, наш автор стремился создать себе прочное положение на службе лицам, стоявшим у кормила власти, которые по существовавшей традиции окружали себя известными учеными и литераторами, чтобы их трудами популяризировать свой авторитет. Такое стремление Ибн Рузбихана вначале привело его ко двору султана Йакуба (1487—1490) из династии Ак-Коюнлу, в диване которого наш автор занимал пост секретаря (катиб). Как сообщает Хасан Нисари [48] , султан Йакуб был большим любителем поэзии и искусства, окружившим себя толпой ученых, историографов и поэтов, среди которых оказались Камаладдин Бинаи и Ибн Рузбихан. Сопровождая этого султана в его походах, наш автор как секретарь вел путевой журнал, составлял реляции и собирал материал, послуживший основой для составления упомянутой нами выше исторической книги “Украшающая мир история Амини”. Затем мы видим его в придворном кругу Султан-Хусайна-мирзы [49] , а в Мавераннахре Ибн Рузбихан исполнял роль советника и наставника узбекских правителей, Шайбани-хана и Убайдаллах-хана. Выполнение подобного рода обязанностей могло быть под силу только разносторонне подготовленному человеку, а Ибн Рузбихан, получив в свое время в разных культурных центрах Ближнего и Среднего Востока соответствующее той эпохе высшее духовное и светское образование и обладая к тому же немалым литераторским талантом, вполне подходил к избранной им деятельности. Достаточно ознакомиться с содержанием одних только “Записок бухарского гостя”, чтобы убедиться, что он был отлично осведомлен в философии, цикле мусульманского права, истории, литературе, риторике и поэтике.

Ибн Рузбихан исповедовал ислам суннитского толка и о приверженности его к суннизму, доходившей до фанатизма, говорят Уандамир в книге “Друг жизнеописаний” и Хасан-бек Румлу в “Наилучшей из историй” [50] . Он был ревностным последователем шафиитского учения и, несмотря на то что последние годы своей жизни провел среди среднеазиатских ханифитов, остался шафиитом. Это видно из его последних произведений, написанных в Мавераннахре, а также из сочиненной им в 921/1515 г. хвалебной касыды в честь победы турецкого султана Салима. Нередко между ним и Шайбани-ханом происходили по этому поводу споры. Но при всей твердости своих религиозных убеждений он в необходимых случаях умел пойти на уступки. Так, на всех диспутах Ибн Рузбихан добивался компромиссного решения вопросов, приводя для этого доводы как Шафии, так и Абу Ханифы. Выступая на диспутах, он обезоруживал своих противников отличным знанием догматов и положений всех религиозных течений. Таковы, например, его выступления на диспутах, где обсуждались вопросы о наследстве и о священной войне против казахов, а также некоторые философские темы. Шайбани-хан иногда ловил его на том, что некоторых положений шафиитского учения он сам не придерживается. Наш автор в “Записках” упоминает случай, происшедший с ним в одном собрании, где обсуждался вопрос, что дозволено есть шафиитским и ханифитским учениями. “Однажды в долине [города] Туе, — пишет он, — его ханское величество изволил сказать [мне]; "По вашему шафиитскому учению разрешается употреблять [в пищу] мясо лисы, а все что дозволено есть, то чисто”, — и Шайбани-хан спросил Ибн Рузбихана, станет ли он есть, если ему приготовят, блюда из мяса лисы. Ибн Рузбихан в ответ очень ловко, с тактом опытного дипломата, привел подходящий хадис о Мухаммаде и остался при своем мнении.

Часто Ибн Рузбихан разъезжал по городам Мавераннахра для чтения хадисов и проповедей на богословские темы перед собравшимися. Так, в “Записках бухарского гостя” он упоминает о прочитанных им хадисах в Самаркандской области. Он же был активным участником собраний и диспутов на богословские темы в Сабраме, Туркестане, Сыгнаке, куда был послан из-за болезни Шайбани-ханом. Нередко Шайбани-хан побуждал его выступать перед народом с проповедью. Например, в одну из пятниц месяца-раби' II 914/август 1508 г. по просьбе хана Ибн Рузбихан выступил с проповедью в Герате и прочел с минбара хадис о том, “какого рода люди заслужат милость Аллаха на том свете”.

Ибн Рузбихан был непримирим по отношению к противникам суннизма, и, когда ему предоставлялась возможность, он открыто выражал свою ненависть к шиитам. Неприязненное отношение к шиизму и его представителям проходит красной нитью через все произведения нашего автора. Особенно антишиитский характер носит его трактат “Отказ от неверного пути и пренебрежение негодным открытием”, направленный, как уже сказано выше, своим острием против книги ал-Хилли, убежденного шиита. Антишиитские настроения Ибн Рузбихана и его ненависть к Сефевидам проявились и в его произведении “Украшающая мир история Амини”, написанном еще до прихода этой династии к власти [51] . Эту ненависть Ибн Рузбихан сохранил до конца своих дней, живя на чужбине. Личная вражда и жажда отомстить династии Сефевидов заставляли Ибн Рузбихана все время агитировать власть имущих в Средней Азии за войну с Ираном. Состоя на службе у Шайбани-хана, затем у Убайдаллах-хана, он постоянно подстрекал и побуждал их к войне с шахом Исмаилом I. На победу османского султана Салима, одержанную под Чолдераном над Исмаилом I, наш автор с радостью откликнулся двумя касыдами, восхваляя в них Салима и побуждая его вновь к войне с Сефевидами. Из религиозных побуждений он даже готов был отдать родину под чужеземное владычество.