Чтение онлайн

– Ребята, вы идете в «Убежище» сегодня вечером?

– Зависит от того, когда мы уйдем отсюда, - прошептала я в ответ.
– Мы были там вчера.

– И как? Что делали?

– Были в… кинотеатре.

– Мы ходили в четверг вечером, - она усмехнулась.

– Куда?

– В спа-салон. Я была довольно распутной массажисткой, которая воспользовалась желанием клиента. И мы с удовольствием проверили джакузи.

Я хихикнула, представив себе Софу в этой роли.

Макс наклонился к нам.

– О чем вы, девочки, шепчетесь?

– О спа, массажистке и джакузи, - просто ответила Софа.

Глаза его заблестели, и он одарил ее чувственной улыбкой.

– Вот как?

Почувствовав, как теплая сильная рука нежно сжимает мое бедро, я повернулась к Герману с приподнятой бровью.

– Да, дорогой?

Его рот дернулся в намеке на улыбку.

– Кажется, у тебя появился поклонник, - он жестом указал на маленького мальчика, сидящего прямо напротив меня.

Только тогда я заметила, что тот с любопытством смотрит на меня.

– Как делишки, Паш?

Он кивнул.

– Почему у тебя глаза разного цвета?

Хотя он видел их раньше, все равно был удивлен. Улыбаясь, я открыла рот, чтобы ответить, но кто-то опередил меня.

– Эта черта досталась тебе от отца, Агата?
– спросила Лика с вежливым интересом, который был совершенно ложным.
– От Марка Баранова, я имею в виду. Не от Андрея Калинина.

Софа тихо зарычала, и Макс положил свою руку на ее.

– А почему у него такие глаза?
– спросил Паша, нахмурив брови.

Решив просто проигнорировать Лику, я пожала плечами.

– Не знаю. Странно, да?

Губы Паши растянулись в улыбке.

– Я хочу, чтобы мои были разных цветов.

– Например, один красный, а другой черный?
– предложила я.

Его взгляд сверкнул интересом.

– О, да! Я буду всех пугать.

– О, спроси у Агаты, где купить линзы, чтобы изуродовать себя, - Лика не успокаивалась.

Паша заговорил прежде, чем я успел подумать, что ответить.

– У моего папы есть линзы - он не любит носить очки.

– Линзы твоего папы для зрения, а когда я надевала свои линзы, то мои глаза выглядели по-другому, - объяснила я.
– Становились страшными.

Он наклонился ближе, очарованный.

– Как в фильмах ужасов?

– Именно так.

Софа легонько толкнула меня локтем.

– Тебе даже шло.

– Я скучаю по взгляду ящерицы, - с моих губ даже сорвался тихий смешок.

Софа тоже хихикнула, выражение ее лица было ностальгическим.

– Они так пугали нашу классную руководительницу…

– И вам это разрешали?
– Элеонора зачерпнула еще картофельного пюре на свою тарелку.
– Нам в школе даже ногти красить не разрешали.

Я отпила воды.

– Нам просто замечания делали, но ничего мне за это не было.

– Ты ей нравилась, - сказала Софа.
– Особенно после того, как ты поспорила с родительницей, которая грубила всем учителям.

– Я слышала, ты часто дралась в школе, Агата, - сказала Лика крайне небрежно. Я стиснула зубы, напомнив себе, что эта стерва не стоит моего времени и внимания.

– Как продвигается поиск квартиры?
– спросила Софа, как будто Лика ничего и не говорила. Я поняла, что она затронула тему, потому что это был быстрый способ вывести Лику из себя и, надеюсь, заткнуть ее мерзкий рот.

Ответил Герман, поглаживая рукой мое бедро под столом.

– Он завершен.

– Нашла новый дом, Агата? Это отличная новость, - Лика оживилась.

Герман посмотрел на нее.

– Агата теперь будет жить со мной.

– На постоянной основе?
– Яна до побелевших костяшек сжала вилку в руке.

Когда он кивнул, лицо Элеоноры озарилось.

– Хорошо. Мне было грустно думать, что ты совсем один там, в той большой квартире, Герман.

– Никогда бы не подумал, что когда-нибудь услышу, что ты с кем-то живешь, - сказал мне Влад.
– Это хорошо, что ты выбралась из своей дыры, милая.

– Осторожно, - сказал ему Герман голосом низким и угрожающим.
– Лучше фильтруй базар, когда к ней обращаешься.

– Старые привычки не так-то просто искоренить, - Влад поднял руки в извиняющемся жесте.

Егор кашлянул.

– Может, поговорим о чем-нибудь другом, кроме Агаты? Например, о том, какой я классный. Это всегда интересная тема.

И вот так напряжение спало.

Лика больше не разговаривала со мной до конца ужина, а значит, я могла спокойно наслаждаться едой и компанией.

После ужина мы все вышли во внутренний дворик и расположились на креслах. Герман занял одно и усадил меня к себе на колени.

Мы разговаривали, смеялись и делились забавными историями. Я ни разу не взглянула на Лику, так что не была уверена, обращает ли она на нас с Германом внимание. Но когда я возвращалась из туалета, она уже поджидала меня в коридоре.

Я вздохнула.

– Ты действительно хочешь устраивать разборки здесь, в день рождения Егора?

– Герман сказал, что рассказывал тебе о Елизавете.

– Ну и…

– Он не имел права...

– И что ты предлагаешь? Ты не хочешь, чтобы кто-то знал. Я поняла. Я не собираюсь ввязываться в это дело. Это не моя война. Но эта женщина сама втянула меня в вашу историю, Лика. Тебе не кажется, что я имею право знать, с чем именно сталкиваюсь?

Она усмехнулась.

– Поспорим, он не рассказывал тебе о B3.

– Нет, он мне не рассказывал. Он мне показал, - это заставило ухмылку сползти с ее лица.
– Я знаю все, Лика. Он доверил мне все. И я не ушла. О чем это говорит?

Она смотрела на меня, и я почти видела, как под ее кожей бушует пламя ярости.

– Все твои игры, в которые ты играла до сих пор, были пустой тратой времени. Пора уже тебе двигаться дальше.

Она шагнула ко мне, сжав ладони в кулаки.

– Ты что, поставила ему ультиматум? Сказала ему, что уйдешь, если он не поделится всем? Ничто другое не заставило бы его рассказывать правду. Если он не открылся тебе, пока его не загнали в угол, о чем это говорит?