Чтение онлайн

– Все было не так. Мы разговаривали. Разговор накалился, и я сказала кое-что, о чем сожалею. Я прошу прощения, Агата.

В этот момент появились Элеонора и Егор. Очевидно, почувствовав напряжение, Элеонора спросила:

– Что-то случилось?

Лика с натяжкой улыбнулась.

– Спасибо за прекрасный вечер, ребята. Было отлично. Приятно было собраться вместе. Мы не так часто это делаем. И еще раз с днем рождения, Егор, - она повернулась к Владу.
– Пойдем?

– Вызови такси, - сказал он ей.
– Элеонора, спасибо, что пригласили меня. Было приятно познакомиться со всеми вами. Береги себя, Агата.

Как только Влад собрался пройти мимо нее, Лика схватила его за руку.

– Что значит «вызови такси»?

Он подошел к ней вплотную.

– Мне не нравится, когда меня используют. В следующий раз, когда тебе захочется поиграть в игры, не втягивай меня в это. Я видеть тебя не хочу.

Как только за Владом закрылась дверь, Элеонора подняла руки.

– Так, кто-то должен объяснить, что только что произошло.

Я не ответила. Я была слишком занята, наблюдая за тем, как Герман направляется к Лике. К ее чести, она подняла подбородок, отказываясь трусить.

Герман уставился на нее холодным взглядом.

– Я говорил, когда ты закатила истерику по телефону, что тебе лучше не ругаться с Агатой. Так ведь?

Лика отвела взгляд.

– Я не собиралась ругаться. Как я уже сказала, разговор накалился...

– Этого разговора не должно было случиться. Я сказал тебе оставить ее в покое.

– Мне просто не нравится, что она ставит тебе ультиматумы. Это против правил.

Его брови сошлись.

– Кто сказал, что она поставила мне ультиматум?

– Только так ты мог бы ей все рассказать, - настаивала она.
– Полностью обнажить себя можно только перед кем-то очень дорогим, только когда полностью к этому готов. Если бы она любила тебя, то не стала бы загонять в угол. После всего, через что ты прошел, ты не заслужил такого отношения. Неужели ты не понимаешь, что подсознательно выбрал человека, который тебе не подходит, чтобы у тебя не было шансов стать счастливым? Ты не хочешь быть счастливым, Герман. Ты предпочитаешь страдания и чувство вины.

– Нет, Лика, все как раз наоборот. Это ты саботировала все шансы на счастье, которые у тебя были после смерти брата. Ты бросила все силы на месть, чтобы избежать жизни, потому что просто не можешь справиться с чувством радости. Если ты хочешь так жить, хорошо, это твой выбор. Не мой.

– И не мой тоже, - вклинился Макс, опустив взгляд.
– Печально это, Лик, но ты свой собственный злейший враг. Я потратил годы, пытаясь поставить тебя на путь истинный, но понял, что тебе нравится именно то, что есть. И помочь тебе невозможно.

Ее губы сжались.

– Забавно, что ни у кого из вас не было проблем со мной, пока не появились эти две шаболды, - отрезала она, бросив короткий взгляд на меня и Софу.
– Они отравили ваши умы, настроили вас против меня, потому что знают, насколько мы трое близки, и видят во мне угрозу.

– Нет, Лик, это не так, - Софа покачала головой.

– Ты сама де всех против себя настроила, - сказала я ей.
– И для чего? Чтобы сохранить их для себя? Их отношения не означают, что ты их теряешь. Они все еще могут быть тебе друзьями. А просить их выбирать между тобой и теми, кого они любят, будет верным способом все разрушить.

Лика медленно мотнула головой. А потом рассмеялась. Это был тихий смех, который становился все громче и интенсивнее.

– Ты думаешь, Герман любит тебя? О, ну да.

– Это правда, - спокойно заявил Герман.

Ее лицо осунулось, а плечи сгорбились. Она посмотрела на Германа широко открытыми неверящими глазами.

– Это неправда.

Элеонора шагнула вперед.

– Не заставляй их выбирать, Лик. Пожалуйста, не ставь их в такое положение. Ты всегда будешь жалеть, если сделаешь это.

Лика отступила назад, прижав руку к горлу.

– Прошу прощения. Мне нужно идти, - она поспешила выйти из дома, и я вздохнула. Мне не нравилась эта стерва, но я не могла не пожалеть ее, хотя мне все еще хотелось врезать ей прямо в рожу.

Я повернулась к Егору.

– Извини.

Он покачал головой.

– Почему ты извиняешься?

– Это твой день рождения и...

– Брось, это было даже весело.

Я кивнула, благодарная за то, что он понял и не разозлился.

Элеонора вздохнула.

– Думаю, она услышала Германа и Макса. Она будет дуться из-за этого несколько дней, пока переваривает услышанное. Но я думаю, что в конце концов она извинится и возьмет себя в руки теперь, когда знает, что это единственный способ сохранить их в своей жизни. При всех ее недостатках, она действительно заботится о вас, ребят.

Герман не выглядел убежденным в этом, но Макс натянуто улыбнулся.

Повернувшись ко мне с долгим выдохом, Герман изогнул бровь.

– Поедем?

– Я готова.

Пока мы шли по дорожке к машине Германа, я сказала:

– Лика была права в одном. Я не должна была ставить тебе ультиматум, - даже если я имела право знать его историю, это было несправедливо с моей стороны.

Он повернул меня лицом к себе и положил руки мне на плечи.

– Это был жизненно необходимый пинок под зад. Я так долго не решался рассказать тебе, потому что знал, что, несмотря на все мои усилия удержать тебя рядом с собой, правда может заставить меня потерять тебя. Твои слова заставили меня рискнуть. И я рад, что сделал это.

Он целовал меня, пока я не расслабилась, прижимаясь к нему.

– Не позволяй Лике заморочить тебе голову или пошатнуть твою веру в меня и в то, что у нас есть, детка. Не позволяй. Хорошо?

Я кивнула, понимая, что именно это я и сделала, как проклятая идиотка.

– Не буду.

Он снова поцеловал меня.

– А теперь поехали домой.

Мне совсем не везло на парковках.

Я должна была разозлиться. Расстроиться. Да много чего. Но в тот момент я не чувствовала ничего, кроме любопытства. Любопытно, чего преследователь надеялся добиться, изуродовав мою машину до такого состояния.