Чтение онлайн

Меч поднялся, Паксон рванулся к нему.

Арканнен ударил во второй раз, в этот раз чуть более успешно чем в предыдущий. Он уложил дворфа порывом, сорвавшим его с ног и отбросившим его об стену. В то же время он возвёл стену густого дыма и трескучего пламени между собой и нападающими.

Это дало ему несколько бесценных нужных ему мгновений. Он прыгнул в спринт и запитал диапсоновые кристаллы, широко раскрыв парсовые тубы и вжав рычаги на максимум вперёд. Он приметил промелькнувшего бегущего к нему Паксона. Спринт содрогнулся и накренился, когда что-то врезалось в него ошеломительным ударом, а затем он выстрелил так быстро, что последующие огненные атаки женщины друида полностью промазали.

Поднявшись в воздух и освободившись, Арканнен полетел на запад в полуденное марево, благополучно оставив Цитадель друидов и её опасности позади.

Паксон пытался использовать меч для выведения спринта из строя, чтобы тот не мог лететь, но был слишком далеко. Он прорвался через стену огня и подобрался достаточно быстро, когда тот начал взлетать, чтобы нанести единственный удар своим клинком, который прорубился через корпус рваным надрывом, в результате чего могли быть повреждены стабилизаторы, но ему не удалось предотвратить взлёт и выстрел судна вдаль. Он мгновенно развернулся к страже друидов.

– У нас есть что-то, способное его нагнать?

Прямые, невыразительные лица такими и остались, пока тролли размышляли. Затем один произнёс: - Фантомный Блик может подобраться достаточно близко, чтобы воспользоваться орудиями. У нас есть один.

– Тогда выводите его. Сейчас же. Мы должны поймать его!

Он промчался обратно туда, где Мирия преклонилась над Устом. – Сломанная нога, - сказала она, взглянув на Паксона. – Ты повредил корабль?

– Думаю, да. Я отправляюсь за ним.

– Только со мной. – Она встала. – В этот раз он не уйдёт. Уст, ты должен рассказать остальным о случившемся. Им нужно знать, если мы не вернёмся.

Потом она и Паксон побежали через посадочную платформу на борт Фантомного Блика, его швартовые уже сбрасывали.

Льюфар и Хрисаллин шли по Мрачному Стоку со вкусом дыма и пепла во рту и вонью смерти в носу, избавившись от хватки ведьмы, а то и от воспоминаний о ней. Ночь была укутана плотным туманом, но озарялась необычным свечением, исходившим из некоего скрытого источника в водах болота. Сумрак был полон звуков. Все затихло в ответ на неистовый грохот битвы, но воротилось впоследствии — как будто смерть ведьмы положила конец всякой необходимости соблюдать дальнейшую тишину. Выкрики ночных птиц, всплески гигантских обитателей болота и возгласы больших и маленьких животных накатывали волнами звука, поднимавшимися и ощущавшимися как надвигающийся прилив.

Прежде чем выдвинуться, Льюфар потратила время на возвращение одежды Имрика Корты, сложив её в свой рюкзак. Не то чтобы она ожидала увидеть его когда-либо вновь и вернуть её. Дело просто в её нужде сохранить что-нибудь от него — что-нибудь осязаемое в память о нём. Или может это просто способ восполнить потрясение такой внезапной его утраты. Они вместе зашли так далеко и пережили так много, а теперь когда его не стало, эта нехватка превратилась в чёрную пустоту на сердце.

Она сохранит его одеяния не потому, что они значат что-то особенное, но потому что это единственное от него оставшееся.

Слёзы лились по её лицу, и она не считала нужным их вытирать. Мёртв! Он правда мёртв!

Юная девушка шла вдоль берегов озера, прокладывая неуверенный курс через закручивающийся туман и поникшие ветви среди акров разросшихся тёмных кипарисов и ив. Льюфар показывала дорогу, удерживая их на тропе, которую она почти, а может и полностью, помнила, направляя их обратно к жизням, оставленным позади. Для них было небезопасно пересекать Мрачных Сток ночью, когда видно так мало, а хищников так много. Но перспектива оставаться в доме до утра была немыслимой, и обоим казалось, что рискнуть среди опасностей болота является лучшим выбором.

– Что за убогое место, - пробормотала Хрисаллин после долгой тишины, презрительно шаркая ботинками по влажной земле.

Льюфар обратила взгляд. – Ты в порядке?

Хрисаллин пожала плечами. – А ты?

– Нет.

– Как и я.

– Но мы будем. Как только выберемся отсюда.

– Может. А может нет.

– Мне жаль, что тебе пришлось через это пройти, Хрис. Мне стоило лучше за тобой приглядывать.

Хрисаллин пренебрежительно отмахнулась. – Ты не могла предотвратить случившееся. Достаточно того, что ты пришла за мной. Только это на самом деле имеет значение.

– Это проделки моего отца, так ведь?

– Так заявляла ведьма. Что-то про то, чтобы подобраться к Паксону. Кажется он одержим этим.

Льюфар взглянула на озеро. – Мой отец, - тихо повторила она. – Разве он был когда-либо другим?

Все те годы, когда он бросал её на произвол судьбы, без матери, без какого-либо подобия настоящей семьи. Все те годы, когда он обращался с ней как со всеми остальными — с пренебрежением, с едва скрытой терпимостью, с намерением заставить её подчиняться его прихотям, с полнейшим безразличием к их отношениям. Это всё всплывало воспоминаниями, которые она похоронила так глубоко, что думала будто те никогда не всплывут. Но очевидно они были похоронены недостаточно глубоко. Она ощутила больше наворачивающихся слёз, но в этот раз поспешно смахнула их.

– Мне жаль на счёт твоего друга, - вдруг сказала Хрисаллин. – Он был очень храбр. Он упорно боролся за меня.

Льюфар кивнула.
– Он упорно боролся за всех, когда было нужно. Но он был таким несчастным. Конфликты разъедали его и определяли его. Он являлся наиболее трагичным человеком, какого я когда-либо знала.

Затем медленно, осторожно, она начала рассказывать Хрис об Имрике. Она пересказала подробности его рождения, про родителей, воспитание и ужасную череду событий, приведшую к его побегу в большой мир и к последовавшим болезненным годам страданий. Многое из этого она до сих пор не понимала и теперь никогда не поймёт. Но ей было известно достаточно из раскрытого им, чтобы можно было представить, и этого вполне хватало.

Она закончила излагать подробности того, что привело её в Мрачный Сток в поисках Хрис, но придержала чувства Имрика к ней, о которых стало известно этим утром, и о том как их отношения начинались чем-то одним и как-то переросли в другое. Она также держала при себе свои неопределённые чувства к нему. Всё это было её секретом и только её одной, и она не считала, что когда-нибудь кому-нибудь расскажет.

– Я никогда не забуду, что он для меня сделал, - сказала Хрисаллин, когда Льюфар закончила. – Хотелось бы, чтобы он был тут и я могла сказать ему это.

Мне тоже хотелось бы, думала Льюфар. Но она быстро усмирила своё сожаление, будучи не в силах анализировать его слишком пристально.

Она переместила крупный разрыватель в руках, пристально приглядывая за местностью впереди. Слишком много больших хищников притаились в ожидании неё, чтобы позволить себе расслабиться, даже на мгновение. Хрис была права: это убогое место. Если она когда-нибудь выберется, то никогда не вернётся. Всё лучше куда бы её ни занесло, если не сюда.