Чтение онлайн

– Аист принес...
– Усмехнулся дед.
– Я же говорю, случайно он ко мне попал. Это сын Богдана Поморцева. Из наших, мой ученик, он был в моей сотне. Ты знал его?

– Нет. Не помню...
– Качает головой Бестуж.
– Я к тому времени, как ты начал тренировать щенков стал аппаратчиком.

– Эта история вышла с любопытным загибом. Я ведь всегда знал, что ключ в поисках лежит в наших линиях крови. Когда я ушел из боевых частей, я специально пошел тренировать мальцов - там я мог отслеживать самые чистые кровные линии, и смотреть как транс освобождает скрытое в парнях... Слишком много времени. Тысячи лет. Несмотря на все старания наши линии слишком разбавлены чужой кровью. Из сотни мальчишек дай бог один отзывался на напиток сомы. Из этих едениц, у почти всех транс вызывал либо абсолютно абстрактные видения, либо они впадали в боевое безумие.

Издревле у нас заведено так, что тех мальчишек чей разум рождает видения, со временем забирает к себе Старший Волхв, и они становятся волхвами. А из тех кто впадает в боевое буйство Главный Воевода формирует своих бультерьеров-штурмовиков. Но мне этого было мало...

– И ты сделал, - что сделал.

– Да, я сделал.
– Мрачно подтвердил дед.
– Не проходит и дня чтобы я не сожалел об этом.

– Нельзя было изменять состав сомы, Глеб. И уж тем более нельзя было давать его щенкам. Напиток пришел к нам от наших предков, они были не дурнее нас, знали что делали.

– Наши предки создали состав тысячу лет назад, когда наши линии крови были гораздо чище. Я думал, что если усилить эффект питья, то это поможет пробить барьер в их умах. Откуда я знал, что эффект окажется кумулятивным, и будет накапливаться? Когда я понял в чем дело...

– Пятнадцать погибших детей, и два воспитателя, Глеб. Я видел записи. Стадо маленьких берсерков в священном безумии носились по округе. Радуйся, что в тот день ты уехал из лагеря.

– Иногда мне кажется, что это мое наказание. Если бы я остался в тот день, я бы отмолил свой грех разом. Мертвые сраму не имут.

– Тебя еще очень мягко наказали. Глава не забыл, как ты в молодости три дня тащил его с перебитой ногой в Мазендаране. И я не забыл как ты ночью прорвался к нам на высоту... Все засекретили, тебя послали здесь... отдохнуть. Ну у меня и в мыслях не было что ты даже здесь продолжишь свои эксперименты. С тебя не хватило прошлого раза?

– На это раз все не так! Я даю парню только чистейшую сому, из ингредиентов что мне присылают присылают волхвы. Древний рецепт, никакой отсебятины. Я не хочу повредить ему... Знаешь, когда я учил волчат. Мы так жестко их готовили, что я в какой-то момент перестали видеть в них детей. Только заготовки. Мы отсеиваем негодных весь процесс. Часть мальчат гибнет на тренировках, и мы считаем что это нормально. Меня и наказали-то не за гибель детей, а за то что я испортил несколько хороших редких заготовок. Заготовок... А этот оказался здесь у меня один. И я... слегка прикипел к парню.

– Плохо, Глеб. Наставник должен держать дистанцию и быть суровым. Иначе он никогда не вырастит воина. Но ты так и не сказал, - откуда ты его взял?

– Я же говорю Вадим Поморцев. Один из первых моих учеников. Пожалуй, один из самых удачных. Он женился не на варяжской женке. И ребенка он растить в варяги не отдал, - жена была не из наших и не поняла, а он видать оказался слишком мягок чтобы настоять. Когда Вадим погиб, жена растила сына одна. А перед смертью попросила переслать парня ко мне - у неё у самой родственников не было. Богдан знал где я живу, и видимо что-то ей говорил...

– Вряд ли бы она это сделала, если бы знала о твоем неудавшемся эксперименте.

– Да, вряд ли. Когда парень попал ко мне, я мог бы позвонить вам, и отдать его в питомник. Но он уже был слишком взрослым и мягким. Его растили с детства не так, другие воронята его бы заклевали. Тогда я решил проверить его сомой на кровь. Стоит ли с ним возится, сильна ли в нем линия. И оказалось... Ты сам видишь.

– Я не могу понять, почему у него такая сильная древняя кровь. Если его отец женился не на враяжьей жонке...

– Сам не понимаю. Вполовину чужая кровь. Может быть удачно собрались гены. Может быть у жены Вадима оказалась свежая струя, которая разбудила что-то дремлющее, давно утерянное. Уникальная комбинация. У него самый чистый сигнал что я видел. Я задаю вопросы, и мне конкретно отвечает... Если я смогу понять, о каких координатах и местах идет речь. Когда я смогу нащупать хоть одну зацепку или ориентир. Ты понимаешь что это значит?

– Мы отыщем усыпальницу. Помилуй меня Небесный Кузнец...

– Да.

– Ты должен отдать его волхвам.

– К диким псам волхвов! Куда они его денут? Что будут делать? Я же тебе говорю, воронята в стае его заклюют.

– Ты ведь не сидел на месте и готовил его.

– Все равно. Он еще не готов. И кроме того... Если я с его помощью... Смогу доказать, что я был прав. Что это не блажь, и утерянная усыпальница найдется. Тогда те ребята что я отравил... Это будет не напрасно, понимаешь?

– Хочешь реабилитироваться в глазах совета...

– Плевал я на совет! Нет, не так сказал. Извини, - и ты ведь в совете. Ты знаешь я дорожу твоей дружбой. Просто я делаю это не для совета. Для себя. Хочу оправдаться в своих глазах. И для всех варягов. Когда мы найдем усыпальницу... Это ведь для всех нас наступит другая эпоха. Бестуж, ты должен помочь мне.

– Чем?

– Один варяг может взять мальца в обучение. Парню вот-вот стукнет семь лет, - время выводить его на первую охотничью тропу. Я не хочу пока показывать парня. Мне нужен другой варяг, с именем, - который допустит его до первой тропы. Так чтоб когда я покажу парня, - ни у кого не было сомнений, что я вырастил варяга по всем правилам.

– Ты просишь меня быть поводырем через первый круг, на первую тропу?

– Да.

– Скрыть от совета, что ты мне показал.

– А что я тебе показал? Мальчишка не впадающий в боевое безумие от сомы, и говорящий чуть более связно чем другие? Брось - ему все равно надо подрасти. Видения чище чем у других, и становятся чище. Но нужно время. И мы ничего не нарушаем. Варяги могут растить щенка не только в приемнике - это давняя традиция, и пусть её сейчас не используют - её никто не отменял. Нужен наставник, и испытатель-поводырь. На первый круг достаточно даже не члена совета, а рядового варяга.

– Но я член высшего совета. Старший Писец.

– Я прошу тебя, Бестуж. Ради нашей дружбы. Помоги мне оправдать себя.

Бестуж помолчал.

– Для другого я бы этого не сделал, Глеб.

– Знаю.

– Мальчишка готов на испытание в первый круг?

– Он готов.

– Значит проведем испытания. Достоин - примем не первую тропу. Но Глеб. Я все-таки член совета. Глава Совета Держислав узнает от меня, что я видел. А скажет ли он волхвам, - его решение.

– Добро. Спасибо и на этом.

– Буди парня. Посмотрим что ты смог ему дать...

...Голоса начали отдаляться от меня, и вместе с ними уплывал смысл, я терял воспоминания об услышанном, как о самом обычном сне. Ты помнишь его весь еще за мгновение до пробуждения, но когда открываешь глаза он ускользает от тебя как мелкий песок из-под пальцев.

Я проснулся.

***

Не было ничего трудного пройти испытания первого круга. Нужно было быть ловким и сильным - для своего возраста. Я был. Нужно было знать начатки вражьей правды. Я знал. И нужно было чтобы тебя спытали два посвященных варяга с добрыми именами. Одним стал дед. Вторым его друг - Бестуж. Тогда я еще не знал, какую высокую должность он занимает. Меня ввели в первый круг, чтобы я по тропе первого круга бежал ко второму. За него уже нельзя будет переступить так просто как за первый. Будет больше испытаний, и судей больше.