Завтра в это время
Шрифт:
— Ох, господи, господи, господи, — выдохнула она, когда её мышцы блаженно превратились в желе, а по коже головы побежали мурашки. — Вот бы еще немного...
Мыла.
Простой белый брусок на краю ванны тут же приковал к себе её взгляд.
Роксана потянулась за ним, что-то ворча себе под нос по поводу этих сбивающих с толку вампиров. Двигаясь с предельной осторожностью, она намылила душистым мылом волосы и смыла с себя грязь под водой; в черной ванной комнате плеск воды звучал одновременно жутко и красиво. Закончив, она вернула мыло на место и откинулась на спинку, лениво толкая большим пальцем ноги мысок крана взад-вперед; звук падающих капель внезапно извлек из глубин памяти воспоминание.
— Мы вообще-то учиться должны, — ворчала Ольга, плюхаясь на деревянную лавку в сауне; от жара её веки уже начали слипаться. Она завалилась на бок, из-за чего узел её белого полотенца ослаб. — Ой, да ладно. К чёрту всё. Это куда важнее.
Роксана обменялась весёлым взглядом с Кирой и последовала её примеру, растянувшись в огромной парилке. Это она подбила подруг прогулять среду, а точнее — лекции во второй половине дня, ради чисто девичьих посиделок: она была слишком взбудоражена грядущей поездкой в Вегас, чтобы забивать голову всякой несущественной ерундой вроде математического анализа. И вот, после одной шумной поездки в метро, они уже наслаждались двухсотлетней историей Сандуновских бань. А поскольку на дворе стоял разгар дня, весь комплекс был в их полном распоряжении.
После нескольких минут тишины Ольга приподняла бровь, пока по её лбу уже вовсю катился пот: — Сколько, ты говорила, стоит входной билет на день?
Роксана отмахнулась: — Да не особо много. У меня там есть знакомый человек.
— Знакомый человек, — эхом отозвалась Кира, не скрывая своего скептицизма.
— Da. — Роксана перевернулась лицом к стене, попутно продемонстрировав им свой тыл. — Я предупредила его, что мы придем, так что он оставил для нас черный вход открытым.
На самом деле она пришла сюда еще утром и заранее вскрыла замок отмычкой.
Не то чтобы она могла им об этом рассказать.
Похоже, успокоившись, Ольга и Кира переключились на обсуждение логистики: как лучше упаковать свадебное платье. Они всё еще спорили о преимуществах вакуумных пакетов, когда дверь сауны с грохотом распахнулась и на пороге возникла хмурая женщина в белой униформе.
— А ну пошли вон! — она принялась размахивать руками, выставляя их, пока её кроссовки противно скрипели по полу парилки. — Здесь могут находиться только те, кто заплатил! Мы уже вызвали полицию!
— Роксана-а-а, — застонала Ольга, сползая с лавки и судорожно поправляя полотенце, попутно сжимаясь под яростным взглядом женщины.
Кира же просто покатывалась со смеху: — Ты ненормальная.
— Бежим!
И именно так они и оказались — полуодетые и босые на леденящих улицах Москвы, после чего влетели в туалет какой-то кофейни, заходясь от хохота под неодобрительные покачивания голов случайных прохожих.
Это был отличный день.
Дверь квартиры открылась и закрылась, заставив Роксану широко распахнуть затуманенные глаза.
Она замерла в ожидании шагов, но ответом ей была лишь тишина. Напряжение.
— Роксана, — резко позвал Элиас.
Тревога в его голосе заставила её нахмуриться: — Я здесь.
Она успела скрестить руки на груди как раз в тот момент, когда он вампирской молнией влетел в дверной проем... и она тут же заметила в нём перемены. Глаза чистые, кожа прямо-таки светится здоровьем. Он выглядел таким же отдохнувшим, как и она, но если только он не научился спать стоя, то поспать ему точно не удалось бы.
Внутри у неё неприятно закололо: — Ты ходил... покормиться?
Он отвел взгляд, его кадык дернулся: — Да.
Его ответ словно выкачал весь воздух из её легких, кислород покинул её в одно мгновение: — Оу.
Ей потребовалось несколько судорожных вдохов, чтобы прийти в себя и заметить, что она вонзает ногти в собственные ладони. Он пил кровь человека? Женщины? Она и раньше прекрасно знала о том, что Элиасу необходимо питаться. Знала уже очень давно. Но его гастрономические привычки всегда оставались чем-то абстрактным. Это происходило когда-то там, но когда именно? Кто знал? Кому не плевать?
Очевидно, ей. Как последней дуре с опилками в голове.
Даже сидя по шею в теплой воде, она вся заледенела. При этом в горле у неё полыхнул пожар.
— Ты не мог бы оставить меня одну, пожалуйста? — с трудом выдавила она.
— Господи, Роксана, — прорычал Элиас, в сердцах запуская пальцы в волосы. — Мне это нравится не больше твоего. Ты бы предпочла, чтобы я иссох и сдох?
Она со всей силы ударила по воде, подняв тучу брызг во все стороны: — Да!
Его смех прозвучал как-то задумчиво: — Ты ведешь себя как ревнивая жена.
— У тебя галлюцинации, вампир, — огрызнулась она, резко повернувшись в ванне. — Мне плевать, из кого ты пьешь.
— Из кого я пью? — его челюсть сжалась, он залез в задний карман брюк и швырнул на пол два пустых пакета для хранения крови с характерными проколами от клыков. — В полумиле отсюда находится банк крови.
Роксана глубоко вздохнула и ушла под воду с головой.
Может, когда она вынырнет, его уже не будет.
Она робко выглянула на него из-за мокрой пряди светлых волос.
Всё еще здесь, только теперь он прислонился спиной к стене, явно получая удовольствие от ситуации.
— Думаю, мне пора идти, — прошептала она, и его лицо тут же осунулось. Её собственный желудок болезненно ухнул вниз в ответ на его разочарование — и это стало еще одним веским поводом убраться отсюда. Находиться в такой близости от Элиаса больше не было разумным. Чем больше времени она проводила с ним, чем больше заботливых жестов он на неё обрушивал, тем легче ей было потерять из виду свои истинные цели.
Отомстить за друзей.
Стать той истребительницей, какой её хотела видеть мать.
— Который час? Какой... день?
Он пристально уставился на неё: — Среда, половина десятого вечера.
Паника прошила Роксану до самых кончиков пальцев ног, её резкое движение подняло волну, которая выхлестнула через край ванны: — Я проспала целый день?!
— Игра начнется только в полночь, — спокойно произнес он. — Времени добраться туда предостаточно. Тебе нужна была каждая минута этого отдыха.