Чтение онлайн

Этот человек ходил с его парой на свидания. На свидания (во множественном числе). Он сам водил её только на одно, они даже не успели допить напитки — а она думала, что он не помнит этого. Всё в этом было абсурдом.

— Лютер, — прохрипела Роксана, усиливая попытки вырваться. — Помоги здесь, пожалуйста? Я пришла не по своей воле. Они…

Элиас хлопнул рукой по рту Роксаны, заставляя её опуститься на колени перед ним, и надавил сильнее, когда она попыталась укусить его. — Ни слова больше, — рявкнул он, чувствуя, как внутри всё переворачивается при виде того, как её колени впиваются в грязный пол.

— Мы здесь, чтобы встретиться с Тильдой, — сказал Такер, держа документ на безопасном расстоянии от Лютера. — Скажи ей, что у нас есть указ.

Лютер подозрительно уставился на бумагу. — Какой указ?

Такер хмыкнул. — Ух ты. Ты здесь, очевидно, суперважная шишка. — Он затянулся горящей сигарой. — Тильда поймет, о чем мы.

— Вы бредите, если думаете, что я пущу сюда двух кровососов.

— Прогони нас, — Такер стряхнул пепел с сигары. — Тильда, скорее всего, позволит тебе пожить подольше.

— У нас было предчувствие, что ты будешь немного сомневаться, учитывая, как мы надрали вам задницы в прошлый раз, — сказал Элиас, сжимая челюсть Роксаны и поворачивая её лицо к единственной люминесцентной лампе, чтобы выделить синяк вокруг глаза и разбитую губу, которые она получила в Москве. Не от них. Но Лютер этого не знал. — Мы держали её некоторое время, ожидая подходящего момента, чтобы разыграть эту карту. Считай это максимально близким подобием извинения за то, что разнесли ваш маленький клуб.

Лютер медленно облокотился локтем на косяк двери. — Вы сдаете нам предательницу?

— Мы сдадим её Тильде, — ответил Такер, одарив охотника натянутой улыбкой. — Нужно же заработать очки репутации, верно?

— В ту ночь она сражалась на вашей стороне, — задумчиво пробормотал Лютер, наморщив лоб. — Ваши союзники так быстро меняются?

Элиас склонил голову. — Ты хочешь сказать, что вампиры способны на верность?

— Нет, — быстро сказал Лютер, скривив губы при виде Роксаны. — Мы прекрасно знаем, что она на это не способна.

Легкое вздрагивание Роксаны сильно резануло по нервам. И хотя Элиас сохранял на лице невозмутимость, он почувствовал это как землетрясение в пять баллов. Я убью тебя однажды, Лютер. Может быть, даже сегодня вечером, если повезет.

— Это предложение в силе еще пять минут, — холодно произнес Элиас. — Предлагаю тебе сообщить Тильде о нашем приходе, прежде чем мы найдем другого покупателя на этот указ.

— В этом нет необходимости, — раздался культурный английский голос. Тихий и вкрадчивый, он без усилий разрезал громкую музыку. Секунду спустя показалась тощая рыжеволосая женщина, смотревшая на них свысока. — О боже. Какая сцена.

Элиас дал женщине около сорока пяти лет, но это была лишь оценка по тяжести знаний в её глазах, потому что кожа выглядела фарфоровой, без единой морщинки или пятнышка. — Тильда? — спросил Такер.

Движения женщины были неестественными, словно она смещала каждую часть тела отдельно, чтобы повернуться к Такеру. Сначала голова, затем торс, наконец, нижняя часть. Элиас мог описать это только как грациозную версию робота. — Я она, да. Владелица этого места. Знаменитая.

Роксана резко дернулась в сторону, нанесла удар ногой по коленной чашечке Элиаса и перекатилась, встав на ноги.

— Думаю, тебе лучше поймать её, — беззаботно сказала Тильда. — Если она должна стать моим подарком.

Элиас метнулся с невероятной скоростью, обхватил Роксану за талию и снова притянул к своей груди. Каждый раз, когда она боролась или пыталась ударить его локтем в живот, зверь внутри него выл от замешательства, но она рассчитывала на него, поэтому он успокаивал зверя напоминанием, что скоро она наденет его кольцо. — Твой подарок — та еще заноза в заднице. Ты хочешь её или нет?

— О да. — Тильда откинулась назад, прижав руку к горлу. — Где мои манеры, вы должны немедленно войти, конечно. Я слышала, вы упомянули, что принесли также указ о браке для Мэри?

Такер поднял листок бумаги двумя пальцами. — Вот он, мэм.

Кожа Тильды пульсировала светящимся светом, глаза приобрели люминесцентный оттенок. — Блестяще. Не терпится, чтобы её ублюдочный отец узнал, что я посмеялась последней. — Она похлопала Лютера по плечу по пути в «Эндерс». — Сюда, пожалуйста.

Такер прошел мимо Элиаса, подняв брови, и беззвучно произнес: «Она фея?» Элиас почти незаметно кивнул, прижимая Роксану к себе и перенося её извивающееся тело через порог, едва сдерживая желание оскалить клыки на Лютера, когда они проходили мимо. Моя, ублюдок.

«Эндерс» выглядел в точности так же, как и в прошлый раз. Бар вдоль правой стены, танцпол в глубине. Танцоры извивались под неистовый бит на возвышенных платформах. Атмосфера была мрачной и драматичной, как у большинства охотников, которых он знал. На стенах неоном были написаны фразы вроде «отправь немертвых в ад» и «защити живых».

Ни в одной реальности он не мог представить Роксану здесь, пьющей и празднующей общую цель совершать убийства. Ни один из них не принадлежал этому преступному миру, в который их загнали, верно? Решения, меняющие жизнь, принимались за них. Их личный выбор был отнят, и всё же ничто не могло помешать им постоянно выбирать друг друга, несмотря на последствия.

Будет ли так всегда с Роксаной? Он всегда будет выбирать её. Без вопросов. Его верность была абсолютной.

Однако после того, как обмен с Тильдой состоится, они отправятся в Москву. С Инессой на горизонте, лицом к лицу, Элиас больше не был уверен в своей способности удержать Роксану… при себе. У неё была глубокая, сложная преданность матери.

До сих пор она не могла довести дело до конца и убить его, но если мать откажется от снисхождения и потребует его голову, что сделает Роксана? Что сделает он?

Музыка в клубе стихла, охотники волнами прекращали движения, напитки застывали в воздухе. Клиенты расступались на танцполе, кивая в знак почтения Тильде, пока та проходила через центр, а затем злобно зыркнула на Такера. Все они были шокированы, увидев Роксану, но быстро оправились, сплевывая на пол перед ней.

— Предательница, — шипели они. — Иуда.

Роксана вырвалась из его хватки, твердо встав на ноги. — Я могу ходить, — огрызнулась она через плечо. Идя позади неё, Элиас не мог видеть её выражения лица, но жесткое напряжение в плечах не казалось показным. Как и бешеный стук её сердца. Он отдавался эхом в его ушах, и желание утешить её пожирало его заживо, путая его объективность, как ножи газонокосилки. Отступи.