Чтение онлайн

Дождь разошелся не на шутку — это уже был полноценный ливень, обрушивающий потоки воды на головы аг-наарцев. Площадь теперь с полным правом можно было назвать кровавой: жрицы буквально стояли по щиколотку в крови.

Сверкнула молния. Через секунду вспышку догнал рокот грома.

И не успел он еще утихнуть, как с той стороны, где скрывался Реэз-Шэ, в центр площади, в ритуальный камень ударил тонкий черный луч. Мне было прекрасно видно в зеркало, как покрытый потеками крови булыжник будто в одно мгновение накалился, приобретя насыщенно-желтый цвет и окутавшийся клубами испаряющейся воды.

Главная из ведьм что-то завопила, отшвырнула очередную жертву и ринулась вперед, к алтарю. Но было уже поздно — место ритуала скрылось во вздувшемся облаке взрыва, эпицентром которого был тот самый камень.

«Наконец то!»

Подхватив арбалет, я прильнул к окну. Дождь сослужил мне хорошую службу — он прибил пыль к земле, из-за чего место проведения жертвоприношения было у меня как на ладони. Белый камень, тот, на который пролилась сегодня кровь множества людей, оказался расколот на несколько крупных частей, раскиданных вокруг, а на том месте, где он стоял, появилась неглубокая, в полметра воронка.

Жрицам, оказавшимся в эпицентре взрыва, пришлось несладко. Как минимум две из них однозначно были мертвы: одна с головой, наполовину снесенной крупным осколком камня, а вторая — вообще без головы, руки, плеча и части груди.

Но сорванный ритуал убил не всех, спустя несколько мгновений, по крайней мере, одна из ведьм зашевелилась, начав приподыматься. Из-за того, что женщины были с ног до головы покрыты грязью и кровью, я не мог точно сказать, была ли она той самой, главной среди пятерки. Но сейчас это было неважно. Тренькнула тетива — и жрица затихла. На этот раз навсегда — короткий болт в голове был надежной гарантией этого.

Отбросив арбалет, я взял в руки второй. Вернулся к окну и…

«Вот же проклятье, а!»

Я откровенно запаниковал, и было отчего. За те доли секунды, что я менял оружие, пришла в себя еще одна жрица. И пусть Наэ-Хомад сожрет мою печень, если это была не та самая тварь, что убивала ножом собственных солдат!

Хуже всего было то, что эта ведьма сейчас смотрела на меня! Сидя на коленях, она глядела мне прямо в глаза! Женщина была серьезно ранена — ее правая рука превратилась в кровавое месиво, словно конечность перемололи в мясорубке. Лицо, да и все ее тело несло на себе следы от близкого взрыва: ожоги, порезы, наполовину сгоревшие волосы… Но жрица всего этого будто не замечала: не отрывая от меня взгляда, она резко дернула в сторону относительно здоровой рукой. И второй этаж дома, того самого дома, где скрывался Реэз-Шэ, с грохотом просто снесло вместе с крышей, трубой дымохода и всем прочим, будто это были не камень и дерево, а податливый картон!

Немыслимо!

Мне стало ясно, что если я ничего не предприму — то мое укрытие будет следующим, что уничтожит своей дьявольской силой эта проклятая баба. И, поддерживаемый этой мыслью, я надавил на курок арбалета. Со свистом болт улетел к своей цели. Что-то подсказывало мне, что даже с пробитым сердцем ведьма успеет убить меня, прежде чем подохнуть, и потому я метил в голову. К моему изумлению, жрицы успела увернуться — дернулась вбок и арбалетный болт бессильно звякнул о камень за ее спиной.

«Твою ж…» — жрица улыбнулась. Просто, глядя исподлобья, изогнула кончики губ, но мне это показалось оскалом тигра.

«Надо бежать!»

И я побежал. Со всех сил рванул к стене, плечом протаранил ослабленный ранее участок, проломив его. В руке болезненно стрельнуло, на что я не обратил внимания: не до того было. Буквально вывалившись в следующей комнате, я вскочил на ноги, огляделся в поисках выхода. И тут кожу на лопатке пронзил нестерпимый, леденящий зуд. Я понял, что если немедленно не поспешу — моя жизнь окончится прямо тут. Не медля более, я ринулся к ближайшему выходу из этой комнаты — окну. Альтернативой была лестница, но у меня не было уверенности в том, что в этот раз чертова колдунья ограничится только вторым этажом.

Окно было закрыто. Пинок обутой в сапог ноги решил эту проблему: ставни повисли на петлях, полетели стекла. Я высунулся в проем — и в этот момент в покинутой мной детской появилось нечто.

Я нутром почувствовал тот сгусток энергии, некой чужеродной материи, само появление, существование которой в обычном мире противоречило здравому смыслу. И я знал — это нечто несло в себе невероятную, ужасающую угрозу.

Весь дом мелко задрожал, по штукатурке пошли трещины; как миниатюрная черная дыра, это сосредоточие чего-то чуждого с чудовищной силой потянуло к себе все вокруг. Дерево, камень, стекло, даже воздух… и что самое плохое — моя одежда так же подверглась этому эффекту. Кожаную куртку потащило назад, да так, что мне до онемения в пальцах пришлось схватиться за оконную раму, дабы остаться на месте.

— Ну, уж нет! — взревел я. Сдаваться я не собирался. Огромного напряжения мне стоило вытолкнуть себя вперед: моя одежда захрустела по швам, сапоги, как и штаны начали сползать. Спасение было совсем рядом: у самого окна росло дерево, за ствол которого я каким-то чудом и сумел схватиться.

Мою одежду все еще тянуло назад, но я намертво вцепился в спасительное дерево, зависнув параллельно земле. Сапоги уже улетели в направлении этой жуткой аномалии; штаны и белье вот-вот должны были присоединиться к обуви. Даже само дерево опасливо наклонилось в сторону этого сгустка, словно под сильным порывом ветра. И вдруг притяжение исчезло.

Мое тело перестало занимать горизонтальное положение, поддавшись наконец силе тяжести. Повиснув на дереве, я обернулся, чтобы лицезреть еще одно проявление магии — едва ли не самое впечатляющее, даже если сравнивать увиденное сейчас с той жрицей, что размазало ровным слоем у Слезы Смерти-Матери.

Большой шар примерно в два метра диаметром завис над землей примерно на уровне второго этажа — вот что я увидел висящим за своей спиной. Этот шар был спрессован из камней, обломков дерева, черепицы и прочего. Я даже разглядел в этом комке свои сапоги; правда, думаю, достать обратно их вряд ли получилось. Что же касается дома, то от него мало что уцелело: только фундамент и частично — стены. Все остальное было притянуто магией жрицы. Шар еще секунду повисел в воздухе — и рухнул оземь, рассыпавшись комом.

Кстати о жрице… Та все так же сидела на коленях на покрытой растекающейся кровавой водой брусчатке, не сводя с меня глаз. И отчего-то она не спешила заканчивать начатое, не обращая внимания даже на собственных солдат, что спешили на помощь своим командиршам. Я же не стал задаваться вопросом, чем было вызвано такое поведение аг-наарской ведьмы — главным для меня сейчас стала возникшая возможность на побег.

Разжав хватку, я спрыгнул на землю. Подтянул штаны. И побежал прочь, так, будто за мной гонятся все черти ада. Даже то, что я был босым, не слишком меня замедлило — я не мог отвлекаться на боль в руке или от камней, впивающихся мне в ноги. Я стремился оказаться как можно дальше от жрицы Аг-Наар, так далеко, чтобы ни она, ни ее подчиненные не смогли отыскать меня.

Это было сложно: аг-наарцы были буквально всюду в Синуэде. Но из-за возникшей неразберихи после прерывания жертвоприношения, и, следовательно, отсутствия своевременных приказов касательно меня, удалось беспрепятственно проскользнуть к границам поселения. Свою роль сыграл и ливень, сильно ограничивающий видимость. Думаю, из-за него многие солдаты, заметившие меня, так и не осознали, что я — враг.

Наилучший путь за границу Синуэды пролегал через ту часть деревни, что в большей степени пострадала прошлой ночью от пожара. Остовы сгоревших домов квартала рабов, скелеты деревьев. Сажа, смешанная с водой, образовала на земле черное месиво, а в воздухе висела густая вонь свежего пожарища. Неприятная картина. Из-за этого тут практически не было аг-наарцев. Это стало определяющим фактором в выборе направления.