Земля любви
Шрифт:
– Нет, нет, я буду искать своего жениха, и поеду с ним на плантацию, - сказала она, - мы с ним разминулись. Потеряв родителей, я не могу потерять и своё счастье.
Она не могла понять, как это они могли растеряться с Матео, хотя да, конечно, в этой сутолоке…
Жанет вздохнула с облегчением, она совсем не хотела привезти чуму в свой уютный, ухоженный дом, не хотела иметь ничего общего с этой итальянкой.
Франческо, подробно расспросив Жулиану, кто такой Матео, и поняв, что тот завербован каким-то плантатором, предложил разыскать его на следующий день.
– Думаю, что смогу помочь вам обоим, - пообещал он. – Раз он подписал контракт, просто так его не отпустят, но мы посмотрим, какую работу он сможет выполнять, и тогда решим, как действовать. Сейчас ты отдохнёшь, выспишься, а завтра с утра мы поедем в приют для эмигрантов.
Подумав, Жулиана согласилась. К Франческо она сразу же прониклась доверием, у него были добрые глаза, и по всему было видно, что он искренне хочет ей помочь. А Матео в этом скоплении народа она, конечно же, не могла сейчас отыскать…
Обе женщины, Жанет и Жулиана, вынуждены были подчиниться решению Франческо.
Да, Жулиана и в самом деле не отыскала бы сейчас Матео: его с остальными контрактниками вывели в порт через другой трап, всех построили в колонну и сразу же отправили в приют для эмигрантов. Поначалу он сразу даже не понял, что происходит, что он уже не увидит своей Жулианы. А когда понял, то попробовал выйти из колонны, но не тут-то было! Его сразу же остановил охранник.
– На пароходе у меня осталась девушка, - сказал Матео.
– Я вернусь! Мы вернёмся вместе!
– Врёшь! Сбежать хочешь!
– заявил ему вербовщик.
– Попробуй только! Вы все у меня на счету, я за вас головой отвечаю. Если понадобится, то и наручники надену!
В воздухе повеяло безнаказанностью недавнего рабства, Матео собрался было драться с вербовщиком, но Бартоло его удержал.
– Из-за тебя остановилась вся колонна, люди устали, всем нужно отдохнуть. Наберись терпения, и всё уладится. Ты же видишь, что чудеса на свете бывают, - говорил он, держа Матео за локоть, - я нашёл Леонору с дочкой, обе живы-здоровы, просидели всё это время в машинном отделении. И ты найдёшь Жулиану! Она и сама сообразит, где тебя искать, и придёт. А если ты сейчас наскандалишь, то попадёшь туда, где никто тебя не найдёт. И как она будет жить без тебя, бедняжка?
– Да, в самом деле, в скандалах толку мало, - согласился Матео, глядя на счастливого Бартоло, который держал одной рукой малышку, а другой обнимал свою Леонору. – Как я вам завидую, что вы, наконец, нашлись!
– И вы найдётесь, - отозвалась Леонора, прижимаясь к Бартоло. – Если рассказать тебе, что я пережила, пока пряталась в машинном отделении!…
И она принялась рассказывать обо всех своих переживаниях. Бартоло слушал внимательно, Матео только делал вид, а мысленно был далеко – он думал о своей Жулиане. Где она? Что с ней? Её должны были встретить. Наверное, встретили, и она уже в чужом, незнакомом доме. Он был уверен, что Жулиана тоже думает и беспокоится о нём. А вдруг нет? Болезненное чувство кольнуло его в сердце – что, если в богатом доме она забудет о нём, простом парне-работяге? Ведь она с родителями ехала в каюте, а не в трюме, как он, да и встретят её богатые люди. Она привыкла к другой жизни. Может, и не захочет работать с ним на плантации?…
Тяжёлые мысли угнетали Матео, и Жулиане тоже было нерадостно в новом доме, несмотря на его красоту и богатство. Она сразу почувствовала себя в этом доме нежеланной гостьей, хотя экономка по имени Мариана была вежлива и предупредительна с ней. Она усадила её в тёплую ванну и только удивилась, где же чистое бельё и одежда гостьи?
– Все наши вещи тоже выбросили за борт, боясь заразы, - пожаловалась Жулиана.
– Ах, бедняжка! Бедняжка!
– посочувствовала Мариана, смягчившись. – Ну, погоди, сейчас что-нибудь придумаем!
– Голь перекатная!
– презрительно и брезгливо процедила Жанет, услышав просьбу экономки о свежем белье. – Только переступила порог, и уже всё ей подай! Накорми, одень! Я бы поместила её в комнатёнке для прислуги, будь моя воля! Для неё и это было бы, слишком роскошно!
Франческо же представлял себе, как завтра поутру они поедут с Жулианой по магазинам, как он накупит сироте всего, что только ей пожелается.
«Ты не пожалеешь, дочка, что приехала к нам!» - мысленно утешал он Жулиану.
Марко Антонио появился только к ужину. Никакого интереса к гостям у него не было. Он жил своей жизнью, и отцовские дела его мало занимали. Но, услышав историю Жулианы, а главное, посмотрев на неё, он вдруг проникся к ней самым горячим сочувствием. В отличие от матери он знал итальянский и мог поговорить с гостьей. Жулиана обрадовалась этой возможности и тут же поведала симпатичному юноше историю своей любви.
– Помоги мне найти моего Матео.
– попросила она.
– У твоего отца много дел, мне неудобно отнимать у него время, а ты, наверное, посвободнее…
– Я сделаю всё, что смогу, - серьёзно пообещал Марко Антонио, - и позволь мне считать тебя сестрой.
Жулиана благодарно улыбнулась. Если хозяйка этого дома отнеслась к ней враждебно, то хозяин и его сын приняли её под своё покровительство, и, засыпая в мягкой постели Жулиана видела своего Матео - он улыбался ей, идя навстречу, а сеньор Франческо и Марко Антонио стояли рядом с ней и ждали, когда он подойдёт.
Любовь навевает сны, раздражение и гнев прогоняют их. Жанет расхаживала по спальне, чувствуя, что не уснёт - ей мешала, спящая в другом конце дома итальянка.
– Успокойся, дорогая, и дай мне поспать, - миролюбиво обратился к ней Франческо.
– Завтра с раннего утра мы поедем с Жулианой в приют для эмигрантов.
– Надеюсь, ты там её и оставишь! Всю дорогу она только и талдычила, что об этом Матео.
– Что за выражение, дорогая! – Франческо улыбнулся. – И приготовься: я привезу их обоих обратно. Думаю, что он хороший парень, если опекал сиротку, но я должен сам в этом убедиться, посмотреть, на что он способен, приспособить его к какому-нибудь делу, а там уж и выдавать за него Жулиану. Не забывай, что она дочь моего друга Жулио!
– Я бы очень хотела забыть об этом, но ты не даёшь такой возможности, - раздражённо отозвалась Жанет. – На жену тебе наплевать, вонючие итальянцы тебе дороже и свой дом ты скоро превратишь в грязную ночлежку.
Франческо положил подушку себе на ухо и крепко закрыл глаза. Он всегда поступал именно так, не желая ввязываться в военные действия. Жанет прекрасно знала эту тактику мужа, в другое время она могла бы и подушку сорвать, но сейчас была заинтересована в том, чтобы Матео отыскался в самое ближайшее время, и она избавилась бы от итальянки. Жанет не гасила свет, легла и долго лежала с открытыми глазами.