Чтение онлайн

Карбо закончил, и в зале повисла тишина.

Галл поднял бровь, глядя по очереди на Валента и Карбо, ожидая продолжения.

— А свиток? Где он?

Валент вздохнул:

— В горах, возможно, в одной из пещер, где прятался этот бедолага. В Бишапуре, даже. Или, может быть, глубоко в копях.

Карбо пожал плечами.

— Тот человек не зашел так далеко, чтобы поведать мне это.

Галл откинулся назад с тяжелым вздохом, сжимая и разжимая кулаки.

— Это действительно зыбко. Сколько веры мы можем возложить на слова какого-то грязного и обезумевшего попрошайки у подножия шахты? — спросил он. «А ты? Сколько веры мы можем возложить на человека, который провел много лет в глубине Персии?» — подумал он.

Карбо протянул руки.

— Все, что я могу сказать вам — он произнес это с предсмертными вздохами. Зачем человеку лгать в своих последних словах?

Теперь Карбо, казалось, искренне выдерживал взгляд Галла. Глаза Галла сузились: он не мог раскусить этого человека.

— Это ниточка, трибун, — сказал Валент, сжимая большой и указательный пальцы вместе. — Тончайшая из ниточек. Но мы должны ухватиться за нее. Мы должны отыскать свиток.

Галла осенило. Он сел прямо и встретил немигающий взгляд императора Валента.

— Вы призвали нас сюда, чтобы отправить в Персию?

— Я бы не привел вас сюда, если бы у меня были какие-либо сомнения в вашей пригодности, — твердо ответил Валент.

Он снова хлопнул в ладоши.

На этот раз в комнату ввели коренастого мужчину лет двадцати с лишним. Его можно было вежливо описать как смуглого, но правда заключалась в том, что он был грязен и небрит. На нем была истрепанная туника и темно-коричневый фригийский колпак, из-под которого свисали смоляно-черные сальные локоны. В целом он выглядел как немытый Митра, подумал Галл, брезгливо морща нос.

— Ябет — наполовину грек, наполовину ибер. Он проведет вас в южную Персию и Сатрапию Персида.

Голова Галла пошла кругом. Он взглянул на карту кампании и самый прямой путь в Персию — Месопотамию. Область между Евфратом и Тигром была заштрихована светло-зеленым, обозначая плодородную землю, отличавшую этот древний край.

— Через две великие реки? Эти земли кишат персидскими фортами и поселениями, не так ли? Словно римский лимес, как вы и сказали?

— Именно, — ответил Валент, — поэтому вы должны выбрать куда более одинокий путь.

Он провел пальцем от Антиохии, ведя его на юго-восток, через участок карты, который огибал Месопотамию и был заштрихован сплошным желтым цветом.

— Сирийская пустыня коварна, но Ябет проведет вас через нее до самого конца. — Его палец остановился у оконечности Персидского залива. — Как только окажетесь у Залива, вы должны спрятать свои доспехи и все, что выдает в вас легионеров, затем купить место на каком-нибудь торговом пароме — судне, которое перевезет вас через воду. На дальнем берегу — Сатрапия Персида. Как только вы проникнете в эти земли, ваша смекалка станет ключом ко всему. Прочесывайте города и поселки, покупайте любую информацию у жуликов, которыми кишат персидские переулки, переверните каждый камень. Грекоговорящие в тех краях не редкость. Найдите этот свиток, трибун, и спасите свою империю.

Галл с трудом подавил желание оспорить это безумное предложение.

— К вашим вексилляциям присоединится центурия из городского гарнизона. Люди из XVI легиона Флавия Фирма — хорошие солдаты, трибун. И их поведет хороший командир. Храбрый человек, жаждущий войти во вражеские земли.

Галл проследил за вытянутым пальцем Валента и увидел, что тот указывает на Карбо.

Его глаза сузились, и настроение стало мрачнее тучи.

Паво осушил свой кубок с вином, затем со стуком поставил его на изрезанный дубовый стол. Он оглядел тускло освещенную таверну из красного кирпича с довольным вздохом, чувствуя, как его беды смываются прочь. За глазами стоял отчетливый туман, и болтовня тридцати или около того легионеров «Клавдия» вокруг него сливалась в успокаивающий гул. Теперь, когда он коснулся пальцем фалеры на груди, он почувствовал острый прилив оптимизма. Был ли Отец когда-то в этом городе? Пил ли он, быть может, со своими товарищами в этой самой таверне — за этим самым столом?

Он усмехнулся силе напитка, наливая себе еще одну порцию из кувшина, и потянулся за водой, чтобы разбавить его, остановившись, только вспомнив, что они пьют неразбавленное и кувшина с водой нет. Они пробыли здесь всего час, не больше. Сбросив тюки и доспехи в городских казармах у восточных ворот, они отправились на поиски чего-нибудь освежающего. Ведомые Зосимой, Кводратом и Феликсом, они бродили по улицам, все еще оживленным, несмотря на поздний час. Они прошли через Форум Валентиниана, уставленный торговыми лавками. Затем миновали открытую базилику, набитую христианскими молящимися, распевающими вслед за наставлениями священника. Лишь достигнув агоры на юге города, они нашли то, что искали: шест и виноградные листья у открытого дверного проема — символ вина и эля, известный по всей империи.

Но внутри все разительно отличалось от хаотичных — и зачастую опасных — питейных дыр, к которым он привык на дунайской границе. Там таверны всегда были битком набиты галдящими легионерами, местными жителями и пестрой смесью из готов и бродячих торговцев. Там легионеру был почти гарантирован фингал под глазом или чудовищное похмелье как сувенир о проведенной ночи. Здесь же за соседними столами сидело лишь несколько местных; большинство потягивали разбавленное вино и тихо беседовали, некоторые ели рагу из баранины с овощами. Скамья, оккупированная солдатами XI Клавдия, представляла собой резкий контраст: на дальнем конце Зосима и Кводрат, казалось, вознамерились сделать это место чуть более похожим на дом, обмениваясь оскорблениями в перерывах между частыми глотками эля. Напиток был явно крепким, как и вино, судя по багровым физиономиям Зосимы и глупой ухмылке Кводрата.

— Ага, и в первый же день моей службы этот вот Зосима должен был показать мне, как развести костер с помощью лучкового сверла. — Кводрат перемежал слова смехом, и его светлые усы подрагивали. — Он был весь такой морщинистый и с серьезной рожей, будто какой-то знаток выживания... а потом этот старый дурак берет и высекает сноп искр прямо на себя — миг, и подол его туники уже в огне! — Кводрат согнулся пополам, ревя от хохота, и остальная часть стола тоже взорвалась смехом. — Чуть не спалил себе хер к чертовой матери!

Лицо Зосимы побагровело, его челюсть-наковальня напряглась, когда он метнул сердитые взгляды вокруг стола.

— Ну да, ну да, было бы неправильно с моей стороны рассказывать этим парням о том случае, когда ты однажды выпердел целый контуберний из казарменного блока в Дуросторе, а? — Он встретился глазами с остальными за столом и ткнул пальцем в большого галльского центуриона. — Сожрал три порции рагу из бобов и кореньев, и, судя по всему, его пронесло на всю ночь. Семь других парней, что были с ним, не выдержали, вывалились наружу, давясь и задыхаясь. Одному из бедолаг потом неделями кошмары снились!